Анастасия Аненбург – Мой Эдем. Как вера и любовь помогают обрести свой маленький рай на земле (страница 3)
Почему-то мы часто верим, что влюбленность – особенно если она кажется «той самой», настоящей, единственной – сама по себе перерастет в крепкие, зрелые отношения. Нам кажется, что сила чувств – это уже достаточный фундамент для будущего. Но реальность обычно оказывается сложнее: любовь требует большего, чем просто взаимного притяжения. Она требует взросления, осознанности и готовности быть рядом не только в моменты счастья, но и в период неопределенности, разочарований, роста.
Молодым людям, которые чувствуют притяжение друг к другу, особенно важно научиться разговаривать – не просто обмениваться словами, а узнавать душу. Но чаще все сводится к флирту, к попыткам удержать рядом того, кто стал желанным. Чувства и гормоны берут верх, правят балом. А ведь время романтических встреч до брака – это возможность соединить два мира. Но вместо этого мы часто прячем свое настоящее, скрываем боль, опыт и даже то, что творится в семьях, из которых мы пришли. И тогда пытаемся строить воздушные замки – красивые, но без основания.
Я помню наш первый совместный Новый год. Мне – четырнадцать, а ему двадцать. Огромная разница! Можем ли мы рассчитывать на счастье для нас двоих? Медленные танцы в темноте и угрюмые рекомендации взрослых включить свет. Это был волшебный момент. Возможно, он стал точкой отсчета уже не только для меня, но для каждого из нас. А потом весна, а за ней и июньское признание в чувствах. Счастье…
На мое пятнадцатилетие во время прогулки он впервые обнял меня. Не по-дружески… С чувствами, с позволениями лишнего. Меня мучила совесть, но спустя еще некоторое время произошел наш первый поцелуй. Робкий. Он первый у нас обоих. Словно стирающий границы запретов. Но выстраивающий, вырисовывающий границы отдельного мира.
Мама как-то спросила меня: «Надеюсь, у вас еще не дошло дело до поцелуев?» Я готова была провалиться сквозь землю и поэтому соврала. Мы обе стали заложниками принципов воспитания через запреты. Мне хотелось бы сегодня, чтобы тот самый поцелуй и первые прикосновения произошли не словно мы их украли. Но законно, без страха осуждения. И не потому, что «общество разрешило», а потому, что им место и время.
Наши отношения развивались быстро и бурно. Но я была несовершеннолетней. А значит, «дружить» предстояло еще долго. Мы часто путешествовали и проводили много времени вместе. И все же нередко, когда мы оставались наедине, страсть давала о себе знать. Ведь ни что так не желанно, как запретное. В этом – порочная натура человека.
Все шло своим чередом, пока однажды реальность не напомнила, что жизнь не всегда будет крутиться только вокруг наших чувств.
Когда он сказал, что ему необходимо уехать на три месяца на практику в другой город, без возможности видеться, я словно перестала дышать. Я настаивала на совместной поездке. Я видела в этой ситуации только себя: свое одиночество и боль разлуки. За своими чувствами я не различила, что для него это была отличная возможность. Эгоистичное потребление в отношениях, в удовлетворении своих нужд. Он остался. А я до сих пор не спросила причину… Тогда мне было неважно. А ведь стоило задуматься, взять паузу и взвесить перспективы нашего общего будущего. Я была не научена размышлять таким образом? Или ленива до осознаний? Не знаю. Тогда я просто настаивала на своем.
Каждый из нас мог претендовать на роль инициатора в наших отношениях. Каждый мучился виной, обвиняя себя в слабости, в несдержанности. Каждый считал себя более порочным перед другим.
В какой-то момент, спустя всего меньше года с начала наших отношений, я, видимо, осмелела, почувствовала свою привлекательность и значимость в обществе и решила порвать с ним. Не потому, что устала от частых конфликтов. Скорее решила попробовать что-то еще.
Все это произошло в то время, когда я в начале девятого класса перешла в другую школу. Он тогда мне подарил пейджер. Наше средство связи. Невиданная роскошь конца девяностых в маленьком провинциальном городишке. Не у каждого в доме был проведен стационарный телефон, а тут – пейджер. Я снискала популярность. Возможно, не пейджер был объектом внимания, а моя уверенность в себе, приобретенная благодаря тому самому гаджету. В любом случае в новой школе я стала звездой. Мне покровительствовали девушки из одиннадцатых классов, моя соседка и ее подруги. Они были определенной верхушкой в пищевой цепи среди школьников. Да и я сама была не дурнушка. Невольно быстро показала свои знания и возможности. И это «снесло мне башню». Я поддалась эмоциям, но понимала, что совершаю глупость. Накануне того рокового поступка перед выпускным мы договорились, хотя четко этого не помню, что он приедет за мной. Но я пошла на ночную прогулку и осталась ночевать с компанией друзей. Один из одноклассников оказался в меня влюбленным. Он проявлял много внимания, и, конечно, я поддалась. Только не подумайте лишнего! Шестнадцать человек в одной комнате. Максимум, что я позволила, – это лежа гладить мои волосы и поцелуй в щечку на прощание. Только вот для меня это была измена и предательство по отношению к моей паре. Я до сих пор помню ту боль в его глазах. Вот тогда-то я и пришла с покаянием и предложением разрыва. Но сама точку поставить не смогла. Я тогда сказала: «Теперь ты знаешь, какая я. Сам решай, быть со мной или расстаться» – и ушла. Спустя всего несколько часов он появился на моем пороге. Сказал, что, возможно, поступает как бесхребетный человек. Ведь, несмотря на предательство, он прощает меня. Он не захотел рвать отношения. А просто и спокойно сказал мне мои же слова: «Теперь решение за тобой!» В этот момент я не могла понять – это акт доверия и даруемой мне свободы? Или попытка переложить на меня всю ответственность за то, что будет дальше между нами? Я знала, что виновата. Осознавала, что оступилась. Но внутри было почти упрямое, острое желание – сделать ту ошибку началом иного этапа моей жизни. Но вместе с этим желанием звучал и другой голос. Я почувствовала, что человек, стоящий передо мной, – моя судьба.
Именно в тот день мы перешли некую внутреннюю черту, за которой начался новый отсчет – путь к тому самому дню, когда отношения получат внешнее подтверждение.
Первый год был полон ошибок. Мы спотыкались, ранили друг друга, порой терялись в чувствах, не умея различать любовь и зависимость, страсть и близость. Уроков тогда мы вынесли не так уж много – слишком юные, слишком ослепленные эмоциями. Но то ли по великому терпению Небес, то ли потому, что мы начали взрослеть, в какой-то момент мы приняли главное решение – больше не строить отношений, основанных лишь на чувственном влечении и страхе потерь. Мы выбрали путь настоящей глубины. Стали искать не удовольствия, а смысл, решили быть не только рядом, но и заодно. С этого момента мы ступили на тропу, которая со временем связала нас навсегда – не узами страсти, а узами настоящей любви и осознанного единства.
Это было самое начало.
Глава 2. Один вопрос на двоих
Я ждала этих слов три с половиной года. С первой щемящей боли в сердце при мысли о нем. Но почему он выглядит так, будто боится? Почему мое сердце бьется, как у птицы, запертой в ладонях?
Я сглотнула, дыхание сбилось. «Да!» – выдохнула. Тихо. Но внутри – крик. Мое сердце в этом моменте металось между надеждой и страхом перед неизвестностью, между желанием быть с ним и тревогой совершить ошибку.
…Он пригласил меня в кафе. Ранняя весна – время, когда в душе уже цветет сакура, а на улицах все еще гололед, грязь и серое небо. Все вокруг сонное и душное. Хотелось вырваться, хотя бы на миг. Даже если в иллюзию.
Он выбрал уголок в полумраке. Музыка приглушала неловкость. Я в бордовом платье, он в джинсах и черной водолазке – именно так, как мне нравилось. Встав из-за стола, он опустился на одно колено и протянул мне раскрытую коробочку. То самое кольцо! Мы выбрали его накануне – просто, как бы между делом. Я тогда не задалась вопросом, почему не отдал сразу или позже в машине. Но промелькнула мысль о том, что он хочет сделать момент особенным. Простое кольцо, изящные изгибы, пять крошечных бриллиантов – как свет речного песка. И бесконечность между двумя сердцами.
Без пафоса. Без лишних слов. «Выходи за меня?»
Остаток вечера прошел в более приподнятом настроении, но с некой глубиной молчания. Каждый, возможно, больше был сконцентрирован на своих личных переживаниях: рисовал планы на будущее, соотносил картинки из прошлых мечтаний с новой действительностью.
Эта весна принесла мне то, чего ждут миллионы: она дала мне начало и надежду. С ужином быстро было покончено, и после утомительного насыщенного дня мы отправились спать. Вместе, а не каждый у себя. Потому что ночевали в тот день мы у наших друзей, семейной пары с полугодовалым сынишкой.
Каждая девушка ждет этого заветного, немного волшебного мгновения. Кто-то представляет его с детства: свечи, лепестки роз, закат на берегу моря. Кто-то не фантазирует, но просто хочет, чтобы оно случилось – особенное, незабываемое, именно ее. Я не представляла, не фантазировала, просто желала, просто очень ждала.
Девушки мечтают о браке не потому, что им просто хочется надеть белое платье или показать кольцо подружкам. Эта мечта – глубже, древнее, она почти инстинктивна. Это как внутренний сценарий, прописанный еще с детства. Девочкам читают сказки, где все заканчивается свадьбой, им дарят кукол-невест, платьица с фатой, показывают фильмы, где главное – как он встанет на колено. С годами это превращается в жажду быть выбранной, признанной, любимой настолько, чтобы кто-то захотел прожить с ней всю жизнь. Сама свадьба – не про торжество, не про декор и фото. Это момент, когда она, возможно впервые, почувствует себя центром мира. Единственной. Особенной. Важной. Это ответ на вечный внутренний вопрос: