Анастасия Андрианова – Ночь упырей (страница 31)
Варде закивал, но это ощущалось так, будто его голова просто колышется у Мавны на коленях.
– Да.
Он говорил долго. Ничего не значащую ерунду – вспоминал милые моменты, перескакивая с одного на другой. Мавна вздыхала, если нужно – поддакивала. И терпеливо ждала.
Она старалась не прислушиваться к своим ощущениям. Лучше не думать о том, что прямо сейчас из неё высасывает энергию сверхъестественное существо, за которое она чуть не вышла замуж всего несколько недель назад. Если он правда вытягивает из неё жизненные силы, то пусть продолжает это делать так же, как сейчас: лёжа и с милой болтовнёй.
В какой-то момент Мавна ясно услышала, как хлопнула входная дверь. Слишком громко, чтобы это было случайностью. Мавна так хлопала дверью своей комнаты, когда была подростком, – обычно после глупых ссор с Иларом. Значит, кто-то в этом доме крепко разозлился… И вариантов было немного.
– Подожди, пожалуйста, – пробормотала она, аккуратно вставая. Варде послушно переложил голову с её колен на диван.
Мавна вышла из комнаты отца Варде. Покрутила головой, разглядывая гостиную. Пусто.
– Смонь, ты тут? – спросила она на всякий случай и заглянула на кухню.
Никого. Наверх он, наверное, не пошёл бы, раз даже у неё дома постеснялся найти вторую ванную. Пошёл покурить? Но, раз хлопнул дверью, значит…
Значит, она, дурочка, и не подумала о том, как выглядит их с Варде уединение в запертой комнате. Но, с другой стороны, разве она не имела права поговорить с другом? Покровители, как всё сложно! И оставалось только молиться, чтобы не запуталось ещё больше.
Набросив пальто, Мавна сбежала по ступенькам вниз с крыльца и покрутила головой. На улице стало холоднее, сыпал противный мелкий снег – первый в этом году. Машина ещё стояла за забором, значит, Смородник всё-таки не уехал. Ну конечно, он бы не оставил её одну. Она это знала.
Мавна завернула за угол и облегчённо выдохнула, когда нашла его сидящего на лавке с сигаретой в зубах. Огонёк уже настолько подобрался к фильтру, что курить там, по сути, оставалось нечего. Смородник зябко нахохлился и тихо ругнулся, когда сигарета погасла.
– Ты без шапки, – заметила Мавна, подходя к лавке.
Он сделал вид, что не заметил её. Мельком стрельнул глазами в её сторону и даже не повернул лицо. Мавна осторожно присела на краешек, пряча руки в широкие рукава пальто. Изо рта вместе со вздохом вырвалось облачко пара.
– Ты покурить вышел? Пошли в дом. Холодно, замёрзнешь. У тебя вообще шапка есть? Или чародеи не носят шапки? Шарф я дарила. Почему не надел? Не понравился?
Смородник выкинул бычок в траву и хмыкнул:
– Нет.
– К чему относится этот ответ?
Подкрадывалось липкое чувство, что она навязывается, но другое ощущение мешало отстать от него и вернуться в дом. Кажется, Смородника и правда задело, что они заперлись с Варде надолго. Неспроста же он так взбешённо хлопнул дверью…
С одной стороны, его не касалось, что они там делали. И Купава бы сказала, что ревность – однозначно «красный флаг». А с другой… Почему-то Мавне это было приятно. Но неприятно осознавать, что она нечаянно могла причинить ему боль.
– Прости, – тихо сказала она, подняв лицо к небу, такому тёмному, что жуть брала. С него сыпались вниз и покусывали лоб снежные крошки. – Мы просто говорили. Клянусь.
Смородник повернул к ней голову, внимательно всматриваясь:
– Не оправдывайся.
– Даже не думаю. Говорю правду, как тебе нравится.
– Не в том смысле. – Он махнул рукой. – Не объясняйся. Я вспылил почему-то. Не должен был.
Мавна украдкой улыбнулась. Теперь он оправдывался, в своей привычной бурчащей манере, но как же это мило звучало. Как мурчание дворового кота, который милостиво дал себя погладить.
Смородник потряс пачкой сигарет, пытаясь добыть ещё, но, очевидно, там уже было пусто. Он выругался, смял коробку и сунул в карман куртки.
– Ты слишком много куришь, – недовольно заметила Мавна.
– Иначе свихнусь.
– Я-то не свихнулась.
Они посидели молча ещё минуту, глядя на тёмное небо за забором, раскинувшееся над болотами. Где-то вдалеке завизжал упырь.
– Пойдём в дом? – предложила Мавна. – Нам всем нужно прояснить разные вещи. Про упырей и всё такое. Мы уже поняли, что втроём, в принципе, хотим похожего. Ну, это если не считать оладьи и хачапури. Тут наши вкусы полностью совпадают, да?
Смородник хмуро думал о том, что у него закончились сигареты. Нужно будет заехать за новым блоком, а пока он, демонстративно сложив руки на груди, сидел на ненавистной упыриной кухне. От запаха гнили и плесени тут не помогала даже качественная уборка, так что в следующий визит нужно будет надеть респиратор. На левой кисти ещё будто бы ощущалось короткое прикосновение Мавны – она тронула его за руку, прежде чем они вернулись в дом, и этот маленький пятачок кожи сейчас казался самым тёплым, чуть ли не светящимся. Хотелось прятать это непривычное ощущение беззащитности, и агрессивная поза вкупе со злобным выражением лица подходили для этой цели как нельзя лучше.
Упырь, зараза, порозовел щеками и приобрёл блеск в бегающих глазках. Смородник внимательно поглядывал на Мавну из-под сдвинутых бровей, чтобы заметить первым, если вдруг ей станет плохо после такого «донорства». Мало ли что…
Но Мавна держалась бодро. «Умница», – подумал Смородник, с нежностью наблюдая, как она заваривает чай, наливает варенье в вазочку и высыпает в тарелку задубевшие сушки.
– Сядь уже, – буркнул он. Прозвучало угрожающе, но Мавна улыбнулась и смущённо заправила волосы за уши. Разлила чай по трём кружкам и села рядом с Варде, напротив Смородника.
– Мальчики, давайте сюда руки, – потребовала она, протянув ладонь. – Заключим мир.
Смороднику заключать мир с упырём не хотелось, и некстати вспомнилась ноющая боль между ног, которая сопровождала его ещё довольно долго после позорной встречи в подворотне. Но с упрямством Мавны невозможно бороться, да и не хотелось упираться ради своих принципов. Смородник протянул свою крупную ладонь к умилительно-маленькой лапке Мавны.
Варде, с подозрением на них покосившись, сделал то же самое.
Мавна растопырила пальцы, большим коснувшись руки Смородника, а мизинцем – пальца Варде. Не сговариваясь, парни подвинулись так, чтобы ладонь Мавны накрывала обе их кисти.
– Мальчики, давайте пообещаем, что будем стараться для общего дела. Варде, ты найдёшь отца и своё место. Я обязательно помогу чем смогу. Буду давать тебе тепло и кровь, если понадобится. Но и ты, пожалуйста, помогай мне. Ты, Смородник, снимешь с себя все обвинения и заживёшь свободно. А я сделаю всё, чтобы помочь пропавшим детям вернуться. – Её уверенный голос надломился, как тонкая веточка. В груди у Смородника всё сжалось. Она шутит, суетится, пытается казаться весёлой и бодрой, а сама как хрупкий лёд, чуть надавишь – и крошится. Он ободряюще стиснул её пальцы, прохладные и нежные. Мавна подняла на него влажные глаза и искренне улыбнулась одними губами.
– Я тебе помогу, как и обещал, – хрипло каркнул он.
Варде сглотнул, выпрямился на стуле и стиснул челюсти. Наконец-то из потерянно-мальчишеского его лицо стало мужественным и уверенным.
– Я тоже всё сделаю.
Мавна просияла, встала и обняла его, прижав к груди. Потом обошла стол и чмокнула Смородника в макушку. Его хребет окатило потоком мурашек.
– Я знала, что вы у меня хорошие. Создадим чат на троих? Так будет удобнее. Можем ещё Лируша позвать. Хотя ему, наверное, лишняя информация ни к чему.
– Слишком болтливый, – отрезал Смородник.
– Ладно. Буду писать ему отдельно.
Мавна убрала руку с его плеча, и Смородник поймал себя на лёгком разочаровании. Надо же, раньше его бы бесило прикосновение. Но не теперь. В кармане тренькнул телефон.
– Готово! – гордо сообщила Мавна. – Теперь мы можем быстрее обмениваться новостями. Быстрее среагируем и поможем друг другу, если что-то случится. Да, мальчики?
– Угу, – процедил Смородник сквозь зубы.
– Ага, – вздохнул Варде, тоскливо обернувшись на огни за окнами.
– Отлично. – Мавна ударила в ладоши и деловито закусила губу. В шоколадных глазах застыла страшнейшая решимость, и Смородник готов был заурчать от гордости. Смотрел бы и смотрел на неё. – Тогда разберём задания. Вардюш, скажи, твоё кольцо даст мне какое-то преимущество? Точно упыри сочтут меня за свою, если я буду его носить? А что насчёт чародеев?
– Ты и так насквозь провоняла чародеями, – буркнул Варде, но от его замечания Смороднику стало только смешно. Он кашлянул, скрывая весёлое фырканье. – Кольцо поможет. Они будут знать, что тебя лучше не трогать, хотя Калех может поступить по-своему. Нельзя на сто процентов полагаться на кольцо.
– У меня куча оружия, – отмахнулась Мавна. – Справлюсь.
– Главное, сумей им воспользоваться, – не удержался от ворчания Смородник. – Но не думай, что будешь ходить по упыриным местам одна. Это опасно. Как и ты, – он указал на Варде, – не надейся, что я сниму огни. Тебя чуть не разорвали товарищи по стае, без огней они будут рады вышвырнуть тебя из дома и свободно пользоваться вашим болотным проходом.
Варде скривился и открыл рот – наверняка чтобы огрызнуться, но встретился взглядом с Мавной и понуро опустил голову.
– Проясним несколько вопросов, – продолжил Смородник деловым тоном. – Ваш молодняк не высовывается зимой из-за льда на болотах, тогда как высшие могут охотиться. Но не могут проносить под болота кровь, так? Только живых доноров. А проход в этом доме тоже перестаёт функционировать?