Анастасия Андрианова – Ночь упырей (страница 27)
Ругнувшись, он наспех умылся в кухонной раковине и, как был в пижаме и с мокрым лицом (не вытираться же кухонным полотенцем), выскочил на крыльцо, по пути захватив из кармана куртки пачку сигарет.
Раннее утро в пригороде оглушило его прохладой, тишиной и тусклым светом фонарей. Машины уже выстраивались в небольшие очереди на светофорах, но в целом тут было куда спокойнее, чем у общежития. И Смородник отметил, что это ему нравится. Наверное, было бы неплохо со временем уйти на пенсию и поселиться в небольшом домике с огородом.
Хотя какая пенсия? Сенница спит и видит, как бы поскорее отправить его на костёр.
– Доброе утро, – поздоровалась пожилая женщина с упитанной таксой на поводке, проходя мимо дома.
– Здрасьте, – каркнул Смородник и закашлялся.
Женщина ещё несколько раз недоверчиво обернулась на него, окидывая с ног до головы недоумевающим взглядом.
«Кажется, я испортил Мавне репутацию», – подумал Смородник мрачно, выкинул бычок и вернулся в дом.
Мавна уже полностью оделась, собрала пышные волосы в свободный пучок на макушке и деловито возилась у плиты. Смородник неловко замер, чувствуя себя донельзя странно. Он стоит в чужом коридоре ранним осенним утром и смотрит, как девушка, которая до мурашек ему нравится, готовит завтрак. Будто бы он подсматривает в щёлку за чужой жизнью. На его месте должен быть Варде. Или любой другой парень, которого Мавна захочет пригласить.
Но, с другой стороны, она ведь захотела пригласить его.
Глупости. Просто ей было страшно, а он удобно подвернулся под руку.
– Привет, – осторожно произнёс Смородник, стараясь не напугать. Вдруг она уже забыла? Да нет, проснулась ведь раньше него и видела, что они… Темень, звучит ужасно, но всё-таки спали вместе.
– Доброе утро, – мурлыкнула Мавна, ничуть не испугавшись. – Прости, не показала тебе вторую ванную. Думала, ты ещё поспишь. Будешь завтракать или в душ?
Смородник так и стоял в нерешительности. Эти её слова тоже звучали для него совершенно фантастически, будто не из его жизни. Слишком мило. Слишком по-домашнему. Слишком хорошо, чтобы быть правдой.
Поняв, что она ждёт ответа, а он сам тупо стоит, переминаясь с ноги на ногу, Смородник всё-таки прошёл дальше, быстро взял свою сложенную одежду и двинулся к двери в ванную.
– В душ.
Наверное, прозвучало грубовато – он подумал об этом уже позже, когда закрыл дверь изнутри и прижался головой к кафельной стене. Но знал, что Мавна его не осудит. Уже привыкла.
Какое-то время Мавна суетилась, судорожно выбирая между омлетом, горячими бутербродами и овсянкой быстрого приготовления. И всё-таки каша победила, настойчиво маскируясь в её голове под самый здоровый вариант. Ну и что с того, что она планирует добавить туда неприличное количество сахара и масла, да ещё и плюхнуть в каждую тарелку по ложке черничного варенья. Бутерброды Смородник и на заправке схватит, а вот желудок у него явно не железный, пусть он и пытается убедить всех вокруг в обратном.
– Генетика, генетика, – по-доброму ворчала Мавна, размешивая кашу в кастрюльке, – такой образ жизни и лошадь убьёт, ни одна генетика не справится.
Она поймала себя на том, что ей до одури нравится это ощущение. Пустой тихий дом, сладковатый аромат каши на плите, разобранный диван с примятыми от сна подушками, осенний сумрак за окнами и – тихий плеск льющейся воды в ванной. Если бы уют можно было показать одним мгновением, Мавна выбрала бы это: закрыла бы в банку, плотно закупорив крышкой, и спрятала бы подальше от чужих глаз, чтобы жадно наслаждаться самой.
Она поставила тарелки на стол в ту самую секунду, когда щёлкнул замок и Смородник, привычно одетый в чёрные джинсы и толстовку, вышел из ванной, бережно держа в руках пижаму Илара.
– Куда убрать? – буркнул он, пряча глаза.
Мавна махнула рукой:
– Ай, да на стуле оставь. Сама потом отнесу. Садись скорей завтракать, пока не остыло. Ты что будешь, чай или кофе?
Смородник уставился на неё исподлобья долгим взглядом. Мавна фыркнула в ладошку: если бы не её терпение, она раздражалась бы из-за этих упрямых хмурых переглядок. Но пока что ей было даже забавно.
– Кофе, – наконец выдавил Смородник, присаживаясь боком на краешек стула и неуверенно пододвигая к себе тарелку с кашей. – Растворимый. Если есть. И сахар. Пять ложек.
– Почему я не удивлена? – протянула Мавна, нажимая кнопку на чайнике.
Они завтракали молча. Изредка роняли какие-то общие, ничего не значащие фразы. Пару раз оглянулись на светлеющее окно. Улыбались, когда случайно сталкивались взглядами. Мавна вспомнила, что хотела подкрасить ресницы, но, конечно, закрутилась и не сделала этого. На миг она засомневалась, не выглядит ли заспанной серой мышью? Но вдруг её внимание привлёк какой-то белый квадратик на полу.
– Что это тут такое?
Мавна встала со стула и подняла бумажку, оказавшуюся чеком. По привычке взглянув, она в замешательстве нахмурилась, пытаясь вспомнить, кто и что в их семье покупал на такую сумму. Больше сорока тысяч… Сорок шесть даже. Диван? Телевизор? Да вроде давно всё есть. Ноутбук Илара? Она присмотрелась получше.
Парфюмерная вода «Дерзкая вишня»
Реквизиты косметического магазина.
Дата покупки – пара дней назад.
Доставка в постамат.
Вишня… Духи с вишней…
Мавна поднесла руку ко рту. Не может быть. Звучит как полный бред. Сорок шесть тысяч за духи?!?! Да на эти деньги можно спокойно жить пару месяцев! Какому сумасшедшему вообще придёт это в голову?
– Смонь… – упавшим голосом позвала она. – Тут такое дело…
– Что случилось? – буркнул Смородник, вытянув шею.
Мавна молча показала ему чек. Смородник сжался, неловко сгорбил плечи и сложил руки на столе перед пустой тарелкой.
– Это что? – спросила Мавна.
– Чек.
– От чего?
– От духов.
– От моих?
– От твоих.
Мавна застонала, спрятав лицо. Лучше бы соврал, в самом деле.
– И как я с тобой расплачусь? Ты хоть понимаешь, в какое неудобное положение меня ставишь?
Смородник поёрзал на стуле.
– Нет. Не надо платить. Это подарок.
Мавна, скомкав в пальцах злополучный чек, подсела на соседний стул.
– Это очень дорогой подарок. Очень. Ты понимаешь? Мне не нужно это. Я не привыкла тратить столько денег. Меня более чем устроили бы мои духи за триста удельцев. Я была бы очень рада их получить. А это… Ну, это даже как-то неприлично. Такие дорогие подарки дарят невестам. Дарят на большие праздники. Самые близкие люди. Дарят в благодарность за что-то или с неприличными намёками. И что я теперь должна думать?
Смородник посмотрел на неё долгим напряжённым взглядом. Если бы Мавне не было так стыдно узнать правду о духах, она бы фыркнула от смеха: буквально слышалось, как крутятся шестерёнки у него в мозгу. Конечно, с присущей Смороднику социальной неприспособленностью было сложно понять всё то, что она наговорила, все эти условности, принятые в обществе. Но он ведь не маленький мальчик. И не инопланетянин. Вполне себе взрослый опытный мужчина, который не мог не знать, что поставит её в неловкое положение своим дорогим подарком. И только всё усложнит к ядрёной Темени. Ну кто его просил? Почему он всегда так стремится перестараться?
Уют утра за пару секунд успел разбиться, сменившись напряжением и головной болью.
– Я очень надеюсь, что это всё-таки не грязный намёк, – вздохнула она.
Смородник моментально вспыхнул как спичка:
– Конечно нет!
– Но ты же понимаешь, что я не смогу с тобой расплатиться.
– Не нужно.
Мавна снова вздохнула. Очевидно, этот разговор ставил их обоих в идиотское положение, но… Покровители!.. что было у него в голове, когда он решил потратить такую сумму на пахучую водичку? Пусть и пахла она, безусловно, сумасшедше. Мама сказала бы: «Это ж сколько мешков картошки на такие деньги купишь?» Мавна предпочла бы перевести в количество порций хачапури с двойным сыром.
Она покосилась на Смородника. Он слегка покраснел и ёрзал, будто ему в штаны насыпали шершней. Бедный, глупый, а теперь ещё и нищий чародей. И что с ним таким делать?
– Горе ты моё, – шепнула Мавна. – Тебе хоть на жизнь деньги остались?
– Остались.
– А на что-то кроме дешёвой лапши?
Смородник промолчал.
– Ладно. – Мавна встала из-за стола и собрала тарелки и ложки. – Если будет время и желание, заходи на обеды ко мне в кофейню. У нас есть нормальные блюда в меню. Покормлю, что уж с тобой делать. Главное, про лапшу свою забудь, совсем на ней зачахнешь ведь.
Мавна с трудом договорила фразу до конца – горло перехватило какой-то болезненной нежностью. Хотелось обнять его, прижать голову к своей груди и поцеловать в макушку – таким бестолковым, потерянным и глупым он сейчас казался. Никто для неё такого ещё не делал. У неё и настоящих брендовых духов-то никогда не было. А тут – такой флакон, ещё и от парня, с которым они совсем недавно знакомы. И даже без тайных смыслов и обязательств. Просто так. Разве такое бывает не в кино?