Анастасия Агафонова – Украденный роман моей жизни (страница 5)

Коршунова недооценила ее. Весь этот глупый лепет был отвлекающим маневром, чтобы Лера оставила Лизу с открытым ноутбуком и уйти на кухню.

Бочкаревой не доставило труда свернуть окно браузера, удалить сначала в папке «Документы» нужный файл, а после и «Корзине». Она также удалила все точки восстановления на установленной у Коршуновой на ноутбуке операционной системе Windows 7.

Закрыв все окна, она снова вывела на экран фильм. Девушка быстро написала смс брату, чтобы он ей позвонил. Оставаться и быть пойманной с поличным ей не хотелось.

Брат позвонил вовремя. Валерия вошла в комнату с большой, плоской тарелкой, на которой лежали бутерброды с плавленым сыром и ветчиной.

– Ой, извини, Тима позвонил – пробормотала Лиза – Мне нужно срочно домой.

Девушка вскочила с кровати и побежала к выходу.

– Погоди,– недоумевая, пробормотала Коршунова – А как же физика?

– Не судьба. Извини, что отвлекла – пробормотала непринужденно одноклассница.

Она быстро проскочила в коридор и начала спешно одеваться. Валерии оставалось лишь дождаться ее, чтобы закрыть дверь.

Валерия оставшись в одиночестве, решила досмотреть фильм. В отличие от своей одноклассницы, ей понравился сюжет и заставил понять – что есть выбор. Как именно одно решение влияет на дальнейшую судьбу.

Девушка находилась в неведении вплоть до восьми вечера.

Она сделала уроки, приготовила ужин, встретила отца с работы. Был обычный тихий вечер за столом с разговорами с папой по душам.

Обнаружив, что папка «Документы» пуста, девушка почувствовала холод. Внутри нее все оборвалось, словно она снова пережила потерю близкого человека. Все, над чем она работала на протяжении долгого периода времени, было уничтожено.

ГЛАВА 3

2024

Врадинский снес ноутбук с журнального столика. На удивление, экран устройства лишь немного замигал, но не отключился. Мужчина тяжело дышал. Страх медленно поднимался и связывал в горле ком. Кирилл не понимал, чего именно добивается его бывшая ученица. Продемонстрированные ему доказательства не могут быть приняты судом как претензии.

Он пытался себя успокоить, что все улики – косвенные. Его просто хотят напугать. Самой Валерии могут предъявить обвинение по делу о проникновении на личную территорию. Это куда страшнее и серьезнее, чем попытки его напугать. Хотя мужчина признавал, что созданная атмосфера нагнетала.

Внезапно из ноутбука донеслась знакомая мелодия из юности мужчины. Кажется, это была группа Linkin Park. Только был воспроизведен лишь один куплет:

Maybe someday, I'll be just like you and

Step on people like you do and

Run away all the people I thought I knew

I remember back then who you were

You used to be calm, used to be strong

Used to be generous, but you shoulda known

That you'd wear out your welcome, and now you see

How quiet it is all alone

Врадинский знал текст наизусть и понимал смысл и перевод. «Ходить по головам?» «Был спокойным и был сильным, благородным, но твое радушие износилось. Теперь ты видишь, какова бывает тишина, когда ты один.

Буквально, после пары минут после осознания перевода, когда Кирилл Андреевич в напряженном полумраке размышлял над текстом песни, его тишину нарушил звонок. Мужчина посмотрел на дисплей смартфона и выдохнул, поскольку увидел имя и фотографию жены.

– Здравствуйте, Майор полиции Федоров – поприветствовал его официальный и тяжелый мужской голос – Кем вы приходитесь Веронике Врадинской?

Кирилл Андреевич почувствовал как внутри все похолодело. Страх теперь за жену заставил его голос дрожать. Он с трудом мог взять себя в руки. Судорожно выдохнув, мужчина спросил:

– Муж. А что случилось?

– Вы не могли бы подъехать по адресу шоссе Энтузиа…

Звонок прервался. Кирилл раздраженно пытался дозвониться на номер жены, но в телефоне не было даже гудков. Сколько бы раз он не звонил– его тщетные попытки сопровождала долгая раздирающая душу тишина.

Мужчина был крайне удивлен и злился на оператора связи. Он же недавно звонил в клиннинговую компанию. Почему сейчас он слышал только тишину, он не мог понять.

Он понимал, что что-то плохое произошло на шоссе Энтузиастов. Он собирался объехать все это шоссе, не теряя веры дозвониться на телефон жены. В голову лезли ужасные мысли, а воспоминания о дочери и жене. Он боялся больше никогда не увидеть их.

Врадинский бросился к двери. На ходу он схватил ключи и куртку. Он повернул замок, но дверь не открывалась. Мужчина попытался с большим усилием открыть дверь, но она не поддавалась. Он приложил все силы, толкая плечом эту железную защитницу его дома, которая в один миг стала причиной его заточения в квартире.

Спустя полчаса Врадинский сдался. Тяжело дыша и обессиленный он сидел на полу возле входа. От отчаянья он хотел рвать волосы. Мужчина снова попытался звонить и дочери и жене, но вновь и вновь слышал тишину. Даже гудки были бы хорошим знаком и говорили бы о том, что у него связь с внешним миром, что он может узнать о состоянии его любимых.

***

2010

Валерия отчаянно пыталась вернуть утраченный рассказ. Она прочитала статьи в интернете, чтобы понять, можно ли восстановить удаленный файл. Однако все ее попытки были тщетны.

Когда на часах было два часа ночи, а ее руки начали непроизвольно трястись, девушка поняла, что нужно прекратить себя мучить. Всхлипывая от безысходности, она решила закрыть ноутбук и лечь спать.

Ворочаясь долго в постели, она пыталась себя настроить на то, что на все перепишет заново и потом будет умнее и сохранит все на флешку.

Во сне ее преследовали персонажи ее книги, которые судя по всему, боялись быть забытыми. Особенно рыжеволосую служанку Нину со смуглым лицом от золы из печи.

По замыслу Валерии, Нина была худой. Строгие хозяева Фроловы были очень скупы, чтобы хорошо кормить своих слуг. Их сын – Данил отличался добротой и приносил юной красавице яблоки и булочки. Именно его доброта заставила трепетать сердце Нины.

Проснувшись, Валерия захотела записать то, что она помнила. Вопреки своим убеждениям, что она сможет снова все написать, девушка боялась, что получится не то. Она опасалась, что новая версия будет хуже из-за упущенных моментов. Возможно, будут другие диалоги, другие эмоции. Коршунова также понимала, что текст может отличаться из-за банального настроения самой писательницы. Как поймать ту самую волну, на которой писалась первоначальная версия, девушка не знала.

Зато Валерия понимала одно, она хочет мести. Ее экспрессивная и вспыльчивая натура не могла позволить простить Бочкаревой такой поступок. У девушки не было четкого плана действий. Ей руководил гнев, и он желала его вымести на одноклассницу.

Брюнетка не сказала отцу об инциденте. Ей казалось, что это только ее дело. Поэтому спокойно позавтракав, Валерия взяла из холодильника йогурт, и, собравшись в школу, вылетела из дома, словно она вышла на тропу войны.

Первым уроком у них была алгебра. Все одноклассники собрались в классе. Кто-то спал на парте, кто-то из девочек красился, смотрясь в зеркальце, немногие повторяли материал, уткнувшись в учебник.

Валерия зашла в класс. Она окинула взглядом присутствующих. Найдя виновницу своих слез, Коршунова, открыв йогурт, стремительно подбежала к Бочкаревой.

Тамара Федоровна зашла именно в тот момент, когда Лера вылила йогурт однокласснице ей на голову.

– Ну, как вкусно, тварь?– с издевкой спросила Коршунова.

– Ты охринела? – возмущенно взвизгнула Лиза, вскакивая, почувствовав на своем лице и волосах вязкую субстанцию.

– Я думаю, ты привыкла ощущать на своем лице что-то вязкое, белое, теплое – едко ответила Валерия, намекая на слухи, которые крутились вокруг одноклассницы и ее любвеобильности.

– Я тебя уничтожу! – воскликнула Лиза разгневанно и вцепилась в волосы девушки.

Несмотря на свой пол, Валерия могла постоять за себя. Чувствуя, как сильно Бочкарева вцепилась в ее волосы, брюнетка отпихнула ее так, что одноклассница улетела в парту. Кто-то ржал и снимал на камеру, видя, как одноклассницы выдирают друг-другу волосы, сопровождая это криками и матами.

– Коршунова!- прогремела учительница – Ты, что здесь устроила?

Девочка прекратила драку, когда услышала голос совести, который напоминал ей учителя.

–Быстро за мной! К директору – приказала Тамара Федоровна.

Ученица взглянула на женщину. Разочарование, гнев, осуждение – все это читалось во взгляде преподавателя. Она взяла Коршунову за капюшон клетчатой черно-голубой толстовки и повела к директору.

Всю дорогу по коридору она читала мораль девушке: что она недостойна золотой медали, что вообще подает плохой пример своим внешнем видом, что отцу будет стыдно за нее.

Последнее повеселило юную бунтарку, поскольку родители никогда ее не осуждали, а наоборот учили отстаивать свои интересы и давать сдачи, несмотря на пол. Папа лично занимался с девушкой, но всегда говорил, что применять приемы каратэ только в крайних случаях. Коршунова посчитала, что уничтожение ее романа и есть крайний случай. Она была уверена, что ее слишком мягко обошлась с одноклассницей, учитывая тяжесть ее преступления.

Валерия считала себя потерпевшей стороной. У нее болела голова от ноющей боли, которой ее наградила Бочкарева, вцепившись в ее волосы и оставив ей начес треш-модели.

– Я считаю, что эта гребанная сука заслуживает подобного обращения!– выпалила девушка, не в силах больше сдерживать свои эмоции.