Анастасиос Джудас – Фигляр (страница 6)

Парень с татуировками на шее:

Высокий, жилистый молодой человек в чёрной водолазке и плаще едва скрывал татуировку на шее — какие-то символы на китайском. Его взгляд был колючим, а рот поджатым, словно он с трудом сдерживал эмоции. Он стоял рядом с плечистым мужчиной, как будто принадлежал к той же компании.

Женщина в яркой шляпе:

Дама средних лет появилась чуть позже, чем остальные. На ней было тёмное пальто, но ярко-красная шляпа с широкой лентой выделяла её из толпы. Её пальцы играли с чётками, которые она держала в руках, а взгляд постоянно скользил по толпе, будто она искала кого-то конкретного.

Мужчина с коричнево-бурым лицом:

Невысокий, но коренастый мужчина с загорелой, словно выжженной солнцем кожей стоял неподалёку от входа на кладбище. Он не торопился подходить, словно хотел остаться незаметным. Его тяжёлые ботинки и грубая куртка накинутая поверх костюма намекали, что он человек, привыкший к суровым условиям работы.

Элегантная женщина с жемчужным ожерельем:

На ней был идеально сидящий чёрный костюм, а на шее мерцали жемчужные бусы. Её руки были аккуратно сложены перед собой, а губы слабо поджаты. Казалось, она знала Сонг-вона лично и сейчас боролась с желанием заплакать.

Мужчина с мягкой улыбкой:

Этот гость выделялся своей непринуждённостью. Несмотря на траурный костюм, его лицо было удивительно спокойным, а уголки губ слегка приподняты, как будто он вспоминал что-то хорошее о покойном. Его седые волосы были аккуратно уложены, а в руках он держал небольшую книгу, будто хотел зачитать что-то в память о друге.

Худощавый молодой человек с камерой:

В толпе гостей выделялся парень лет двадцати пяти, худой и немного сутулый, с камерой в руках. Он выглядел неловко, явно понимая, что съёмка в таком месте неуместна, но иногда всё-таки снимал. Глаза постоянно искали подтверждение, что его здесь терпят.

Девушка в длинном пальто с распущенными волосами:

Она стояла чуть в стороне от остальных, сжимая руки в перчатках. Её длинные чёрные волосы спадали на плечи, а лицо казалось напряжённым и бледным. Казалось, она была здесь впервые, и всё происходящее её пугало.

Мужчина с бородой и серым платком:

Бородатый мужчина с серым платком, аккуратно сложенным в кармане пальто, держал руки за спиной. Его осанка была прямой, словно у учителя или судьи, а взгляд задумчивым. Он стоял рядом с пожилым мужчиной в ханбоке, поддерживая того, если понадобилось бы помочь.

Женщина с длинной сигаретой:

Единственная из гостей, которая позволила себе закурить. Её тонкие пальцы держали длинную сигарету, а глаза наблюдали за процессией с некоторой отстранённостью. У неё были острые черты лица и вызывающе высокие каблуки.

Подросток в спортивной куртке:

На общем фоне он выглядел неуместно — подросток, одетый в спортивную куртку и джинсы, словно пришёл сюда случайно. Но в его глазах читалась искренность, когда он кланялся в сторону гроба.

Гости, несмотря на разность характеров и статуса, объединены молчаливым уважением к покойному. Каждый несёт в себе частицу его жизни — кто-то был другом, кто-то должником, кто-то просто свидетелем его могущества.

Хотя на похоронах господствует строгость традиций, напряжённое молчание иногда прерывается шёпотом воспоминаний, которые рассказывают друг другу эти яркие персонажи.

Глава 4

КЛАДБИЩЕ ЧОНГСИН. ДЕНЬ.

Пак Чон-хо осматривает собравшихся на кладбище людей. Его взгляд задерживается попеременно то на подростке в спортивной куртке, то на парне с татуировкой на шее.

Ли Гён-су (пытается понять кого, высматривает Пак Чон-хо):

— Господин, вы кого-то ищете?

Пак Чон-хо (продолжая осматривать толпу):

— Да, ищу того про кого ты спрашивал в поезде.

Ли Гён-су:

— И кто он?

Пак Чон-хо:

— Это один молодой человек.

Ли Гён-су: (с непониманием)

— Почему его приходится искать вам?

Пак Чон-хо(досадуя):

— А действительно, почему? Гён-су, давай найди мне того кого я ищу.

Ли Гён-су (с ещё большим непониманием):

— Простите саджан-ним, но кого я должен найти?

Пак Чон-хо:

— Гён-су, второй раз за сегодня ты демонстрируешь свою неосведомлённость.

Ли Гён-су:

— Простите господин Пак Чон-хо, возможно, если бы я знал, кто именно вас интересует, я был бы более полезен.

Пак Чон-хо (подзуживая собеседника):

— Меня интересует молодой человек, которого мы заберём с собой в Сеул.

Ли Гён-су:

— Простите господин Пак, но боюсь при такой постановке задачи, я малополезен. Осмелюсь спросить, чем важен этот молодой человек?

Пак Чон-хо:

— Это сын Канг Сонг-вона.

Ли Гён-су (с неподдельным изумлением):

— Вот это поворот. У Канг Сонг-вона был сын?

Пак Чон-хо (с неохотой):

— Приёмный.

Ли Гён-су:

— Это может всё поменять. Он наследник?

Пак Чон-хо:

— Вот это мы сейчас и выясним.

Главный монах заканчивает читать молитву, и пришедшие кланяются в сторону гроба, прощаясь с усопшим. Церемония окончена. Люди начинают расходиться.

От группы скорбящих в сторону Чон-хо и Гён-су направляются четверо. Впереди высокий человек в безупречно сидящем на нём костюме, уже упоминавшийся плечистый мужчина с короткой стрижкой и двое встречавшие Чон-хо и спутников на вокзале.

Высокий мужчина подходит и обращается к Пак Чон-хо:

— Господа, позвольте представиться, меня зовут Дон Ку-сон.

Пак Чон-хо (прохладно):

— Полагаю мне можно не представляться. Я слушаю вас господин Дон Ку-сон.

Дон Ку-сон (оставаясь вежливым):

— Господин Пак Чон-хо, у нас с вами есть вопросы, которые мы должны обсудить, прежде чем вы покинете Пусан.