Анабелла Стирз – Психосоматика лишнего веса. Секрет, который мешает нам худеть (страница 20)

Примите, что процесс нелинеен. Могут быть периоды, когда вес возвращается, и это не провал, а информация. Что происходило в вашей жизни в этот момент? Какой стресс или страх активировался? Что пыталось защитить ваше подсознание? Каждый такой эпизод – возможность глубже понять себя и укрепить новые способы обеспечения безопасности.

История Марины, с которой началась эта глава, продолжилась. После нескольких лет терапии и внутренней работы она начала медленно терять вес. Не потому, что села на очередную диету, а потому что больше не нуждалась в защите, которую давал ей вес. Она научилась отстаивать границы словами. Научилась говорить о своих потребностях и страхах. Проработала травматический опыт прошлого. И её тело, больше не получая сигналов опасности, начало отпускать вес естественным образом.

«Самое удивительное, – рассказывала она, – что похудение перестало быть целью. Я просто стала жить полнее, смелее, честнее с собой. И вес ушёл как побочный эффект этой более полной жизни. Я больше не боюсь быть видимой. Я больше не боюсь своей привлекательности. Я знаю, что могу защитить себя, если это понадобится, но мне не нужно прятаться за стеной из килограммов».

Её слова отражают суть этого подхода. Когда мы работаем со страхами, спрятанными в килограммах, мы работаем не просто с весом. Мы работаем с нашей способностью жить полноценной, открытой жизнью. Мы возвращаем себе право занимать место в мире, быть видимыми, быть уязвимыми, быть живыми во всей полноте этого слова. И вес, который больше не нужен для защиты, уходит сам.

Глава 9. Депрессия и заедание пустоты

Ольга проснулась в три часа дня, хотя легла спать только в шесть утра. Снова. Она посмотрела на потолок, и привычная тяжесть накрыла её, как мокрое одеяло. Нужно было встать, принять душ, хотя бы позавтракать. Но зачем? Работа выполнялась механически, друзья давно перестали звонить после бесконечных отказов от встреч, увлечения, которые когда-то приносили радость, теперь казались бессмысленными. Единственное, что хоть как-то прорывалось сквозь серую пелену равнодушия, это еда. Не голод, не удовольствие от вкуса, а просто заполнение пустоты внутри чем-то материальным, осязаемым.

Она встала, дошла до кухни и открыла холодильник. Остатки вчерашней пиццы, сыр, шоколад, который покупала вчера вечером. Села за стол и начала есть, глядя в пустоту. Ела не потому что хотела, а потому что это было единственное действие, которое хоть немного изменяло состояние. На несколько минут тяжесть отступала, появлялось что-то похожее на облегчение. Потом возвращалась пустота, но теперь с добавкой вины и отвращения к себе. И эта вина становилась ещё одной причиной продолжать есть, потому что больше ничего не помогало.

История Ольги типична для депрессии, осложнённой расстройством пищевого поведения. Связь между депрессией и набором веса сложна и двунаправленна. Депрессия может приводить к набору веса, а набор веса может усугублять депрессию, создавая порочный круг, из которого всё труднее выбраться. Чтобы понять эту связь, нужно разобраться в нейробиологии депрессии и в том, как мозг пытается справиться с этим состоянием через еду.

Депрессия – это не просто плохое настроение или грусть. Это серьёзное нарушение работы мозга, которое затрагивает системы нейромедиаторов, отвечающих за регуляцию настроения, мотивации, энергии и способности испытывать удовольствие. Основные нейромедиаторы, вовлечённые в депрессию, это серотонин, дофамин и норадреналин. Когда баланс этих веществ нарушается, человек теряет способность функционировать нормально.

Серотонин часто называют гормоном счастья, хотя это упрощение. Серотонин участвует в регуляции настроения, сна, аппетита, импульсивности. При депрессии уровень серотонина или чувствительность рецепторов к нему снижены. Человек чувствует подавленность, тревогу, нарушается сон, появляются навязчивые негативные мысли. И мозг, пытаясь исправить ситуацию, начинает искать способы повысить уровень серотонина.

Один из самых доступных способов быстро повысить серотонин – это употребление углеводов, особенно простых, быстро усваиваемых. Механизм работает следующим образом. Когда вы едите углеводы, повышается уровень глюкозы в крови. В ответ поджелудочная железа выделяет инсулин. Инсулин помогает аминокислотам попасть в мышечные клетки, но одна аминокислота, триптофан, остаётся в крови. С меньшей конкуренцией со стороны других аминокислот триптофан легче проникает через гематоэнцефалический барьер в мозг. В мозге триптофан превращается в серотонин.

Это не просто теория. Люди интуитивно чувствуют эту связь, не понимая механизма. Когда человек в депрессии тянется к шоколаду, выпечке, макаронам, это не слабость характера. Это мозг пытается самостоятельно скорректировать нейрохимический дисбаланс единственным доступным ему способом. Проблема в том, что это временное решение, которое создаёт долгосрочные проблемы.

Наталья заметила закономерность, которую не могла объяснить. Каждый раз, когда накатывала волна особенно тяжёлой тоски, она шла в магазин и покупала что-то сладкое. Пирожные, печенье, мороженое. Съедала всё за один присест, иногда даже не помня процесс, словно находилась в трансе. Минут через двадцать-тридцать наступало облегчение. Мир не становился радостным, но острота боли притуплялась. Тяжесть в груди слегка отпускала. Она могла дышать свободнее.

Но это облегчение длилось недолго. Через час-полтора уровень сахара в крови падал, и состояние становилось даже хуже, чем до еды. Тоска возвращалась с новой силой, добавлялась физическая вялость, туман в голове, раздражительность. И к этому присоединялось чувство вины: опять сорвалась, опять съела столько ненужного, опять не смогла себя контролировать. Эта вина усиливала депрессию, и круг замыкался.

Важно понимать, что тяга к углеводам при депрессии имеет биологическую основу. Мозг не капризничает и не пытается саботировать ваши усилия похудеть. Он пытается выжить в условиях нейрохимического дефицита. Для мозга в состоянии депрессии сладкая булочка – это не просто еда, это попытка самолечения. Проблема в том, что это самолечение неэффективно и усугубляет ситуацию в долгосрочной перспективе.

Кроме серотонина, в депрессию вовлечён дофамин – нейромедиатор, связанный с мотивацией, удовольствием, системой вознаграждения. При депрессии дофаминовая система работает неправильно. Человек теряет способность предвосхищать удовольствие и мотивацию действовать. То, что раньше приносило радость – хобби, общение, достижения, – теперь кажется бессмысленным и не стоящим усилий.

Еда, особенно высококалорийная, сладкая и жирная, активирует дофаминовую систему. Когда вы едите такую пищу, происходит выброс дофамина, и на короткое время возвращается способность чувствовать хоть что-то похожее на удовольствие. Для человека в депрессии, который не может испытывать радость от обычных вещей, еда становится одним из немногих доступных источников положительных эмоций, пусть и мимолётных.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.