Ана Рей – Глубина страха (страница 6)
– Думаю, на этом наш прекрасный разговор стоит закончить, – в слово "прекрасный" я вложила столько яда, что полицейский должен был уже корчится на полу. Но нет, он спокойно сидит, прожигая меня взглядом.
Схватив со стола оставшуюся бутылку, которую мне не дали выпить в полном спокойствии и одиночестве, развернулась, но меня остановили:
– А зонт? Не хочешь вернуть?
Я пожала плечами, ехидно улыбаясь.
– Не-а, – и довольной походкой от бедра вышла на улицу.
Ага, многого хочет. Сначала съезжай из дома только потому, что вокруг него одни неприятности, потом безмозглым автором меня назвал (ладно, немного иначе, но смысл был именно таким). После такого он этот зонт увидит только тогда, когда я замахнусь им, чтобы ему по лбу припечатать. Лучше ему меня бояться, а не призраков. Такими темпами прикончу его раньше я, а не они.
Так, а когда это мы перешли на "ты"?
3. Черный кот и куча неприятностей
Не злите хозяйку черной кошки.
Она откусит вам руку.
Эмилия
Самые страшные истории не про монстров или призраков, они про людей. Именно это я усвоила, путешествуя по миру. Ни один призрак не возникнет без ужасной насильственной смерти. Не будет настоящей мрачной истории без сумасшедшего врача в психбольнице, практикующего пытки. Без учительницы, избивающей учеников. Без графа, насилующего служанок. Без свихнувшейся матери, убившей собственных детей.
Без злобной соседки, ненавидящей всех живых существ, в особенности себя. Именно такая жила в соседнем доме и последние два дня орала на всех домочадцев и проходящих мимо людей. На заборе у неё должна была висеть табличка: "Осторожно! Злая хозяйка". Иногда она причитала так громко, что приходилось надевать наушники и включать на полную громкость.
Интересно, подростки хоть раз изрисовывали её жухлую травку или закидывали участок бумагой? У неё точно бы случился нервный срыв. Хотя, это себе дороже будет.
Но, не буду отрицать, за последние дни у меня возникало желание что-то такое сделать.
Сегодня, пока эта женщина ещё не вышла с очередной тирадой, я села у окна с компьютером и пишущей машинкой. Последнюю покупала очень давно и берегу чисто из сентиментальных чувств. На ней я написала свою первую книгу. На ней, по моему мнению, мною были написаны лучшие главы последующих книг. И на ней же, я пыталась хоть что-то написать последний год. Но нет. Пустота. Полный ступор. Ноль идей. Я даже медитировать пробовала. Сидела каждое утро с бокалом воды на этом коврике, слушала успокаивающую музыку и пыталась погрузиться в себя. Но если что-то и находила внутри, так это болящую от такой позы спину и плечи.
И сейчас тоже самое. Пустые страницы и две выпитых чашки кофе. В сам факт вдохновения, как в приход Музы в определенный момент я не верю. Это лишь порыв. Искра. Пинок. Выбирайте что хотите. Не смысла хотеть написать книгу и ждать вдохновение. Так оно в жизни не придёт. Садишься и работаешь, мысль и сюжет придут со временем, герои оживут с каждой новой главой. А если ждать ту самую музу… То лет через двадцать ты может и напишешь книгу.
Для меня это никогда не было проблемой. За одной идеей шла другая. Новое мистическое место с огромной предысторией – вот и новый сюжет. А сейчас… Я посетила две заброшенные психбольницы. В одной пациенты восстали против врачей и запрятали их тела в стены, но в итоге перебили друг друга, а во второй практиковали лоботомию. Места, от которых мурашки по коже, но проходя по коридорам в голове было перекати поле.
Куда же мне нужно поехать, чтобы смочь хоть что-то придумать? В какое место забраться?
А может и правда в дом напротив? Сидя у окна, мне открывался обзор на это перекошенное здание, проседающее в землю. За последние дни я не вспоминала о нём. После разговора с полицейским появились сомнения. Он не упоминал дом напротив, значит в нём особо ничего не происходило. Да и я просмотрела в интернете, за этим домом ничего из ряда вон не стоит. Ни убийств. Ни несчастных случаев. От силы можно предположить семейные разборки, так как несколько лет там жили разные семьи. Но почему же тогда он меня так зацепил в первый день? Сейчас, смотря на него свежим взглядом, он кажется обычным домиком, который бросили, оставив на растерзание времени и природе. Ещё немного и он разрушится, оставив после себя пыль и щепки.
Что за странная нумерация домов? Будто просто из головы взяли случайную цифру. Соседние дома также были странно пронумерованы. Нужно будет расспросить об этом Брину.
Нет. В нём всё равно что-то есть. Моё предчувствие не лжёт. За этим домом что-то стоит. Да даже если это обычная бытовая ссора, я должна это узнать. Иначе не успокоюсь. Если там ничего нет и моё предчувствие меня подвело, то могу смело переходить в другой жанр и писать фэнтези или развратные романы. Это можно будет считать окончанием моей карьеры, как автора хоррор книг.
– А ну иди отсюда, паршивая блохастая дрянь! – со стороны соседского дома раздался оглушительный вопль и топот по деревянному крыльцу.
Я закатила глаза. Началось.
– Поубивать бы вас всех уличных тварей, – я напряглась, – От вас одни болезни, да блохи с тараканами.
Она так на животное орёт? Нет уж, это последняя капля. Может срывать свою глотку на людей, но других пусть не трогает. Я встала из-за стола и вышла на улицу. Наши участки разделял забор, высотой почти пять футов и с крыльца мне открывался хороший вид на то, как эта женщина в малиновом халате бегала со скалкой по жухлому газону за черной кошкой.
Герци! Её насыщенную шерстку и яркие желтые глаза, которые сейчас сверкали страхом, я точно узнаю.
– Хватить мучить животное! – крикнула я, что есть мочи, заставив обернуться абсолютно всех, находящихся на улице людей.
– А ты что, хозяйка?
– Не это вас должно волновать. Перестаньте орать и пытаться убить животное, – я подошла к забору вплотную.
Герци, увидев меня, со всей прытью побежала ко мне.
– Так ты у нас защитница уличный тварей, – женщина направилась в мою сторону, – Сама как бездомная, вот и защищаешь их. Заехала в проклятый дом, полный тараканов, и разводишь там таких же блохастых.
Женщина плевалась ядом, пока я успокаивающе гладила кошку по вздыбленной шерсти. Она дрожала в моих руках и прижималась к ногам.
– И снова это не ваше дело, кто я и кого защищаю, – женщина фыркнула, – Это живое существо, и вы не имеете права наносить ему вред.
На сморщенном лице соседки было столько самомнения и злости, что оно покраснело и стало похоже на засушенную хурму. А непонятный пушистый халат лишь усиливал оттенок помидора.
– Это мой участок, кому хочу, тому и наношу вред, а ты здесь мимоходом, – она привалилась к забору, – Свалишь отсюда через пару недель, поэтому не выделывайся.
– С чего вы взяли, что я скоро свалю?
– Ты городская девчонка, вон одни тусовки на носу. Ты в этом городе не выживешь.
Этой женщине нужны очки. Я ненавижу тусовки.
– Вам капли для глаз подарить? А то видите плохо.
Я подняла Герци с земли и прижала к груди. Кошка свернулась комочком.
– Две блохастые нашли друг друга, – женщина снова громко фыркнула. Прям как свинья, ей богу, – Тебе бы язык обрезать, чтобы не дерзила старшим.
– Не поможет, он у меня снова вырастет. Специально для вас.
– Голодранка, – женщина толкнула забор, – Без дома и, скорее всего, без семьи. Никто не научил уважительно относиться к старшим.
– Уважение – это не то, что раздаётся просто из-за возраста. Его нужно заслужить. А я живодёрство не уважаю.
– Бессовестная. И такого же кота нашла.
– О, это нет кот, – ядовито-сладко протянула я, – Это кошка. Герцогиня. Считаю, ей подходит.
Для наглядности, приподняла Герци в руках, словно на кошачьем конкурсе.
И опять это свинячье фырчанье. Ещё немного и её блеклые светлые волосы порозовеют, а крупный нос станет пяточком.
– Это драное животное украло у меня колбасу!
– Сама вы драная, – прошипела я, не выдерживая.
Она может обзывать меня, но не
– Ты права не имеешь обзывать меня! – эта живодёрка попыталась до меня дотянуться, но Герци зашипела похлеще тигра.
Вот она, моя девочка. Цапни ещё эту каргу за руку, чтобы не повадно было.
– Ох, извините, – в моём голосе ни капли раскаяния, – Жаль, что в нашем мире существуют такие твари, которые спокойно избивают животных.
– А ну иди сюда, – она снова потянула свою ручонку ко мне, – Научу тебя, проститутку бездомную, уму разуму.
– Уже проститутка? А с чего это? – я сделала шаг назад, – Вы знаете что-то о моей работе? Может я не проститутка, а дорогая эскортница?
Греци зашипела и попыталась лапой ударить соседку по руке.
– Я тебя сейчас проучу. И тварь твою черную тоже, – уверенно топая, женщина двинулась вдоль забора, направляясь к моей калитке.
Ситуация явно выходила из-под контроля, но мы и не с таким справлялись. Женщина в малиновом халате со скалкой в руке? Отличная идея для книги. Хотя на таком халате будет кровь не видна.
Герци стала шипеть ещё сильнее, буквально вставая дыбом у меня в руках, как только соседка пересекла калитку, которую я, по невнимательности забыла закрыть. Но, чувствую, эту женщину она бы все равно не остановила.