Ана Мелия – Наливай и читай. Сборник душевных историй и напитков (страница 6)

И тут он заходит. Представился – Леша. Плюс двадцать лет пошли ему на пользу. Он стал выше, статнее, серьезнее. Глаза все те же – внимательные. Взгляд долгий и, знаешь вот, какой-то глубокий. Будто он пытается прочитать, что у тебя внутри. Что неинтересно ему на поверхности разглядывать, а хочется все твои секреты знать.

Я взгляд его не выдержала, глаза отвела, но потом целый вечер мы, как школьники, переглядывались. Он – с интересом, подкалывая меня, а я – то краснея, то бледнея. А когда собралась домой, он тут же встал и предложил проводить. И вот шли мы, лето как раз заканчивалось, днем было жарко, а вечером прохладно, я даже замерзла. Он посреди улицы меня остановил, обнял, и так мы молча стояли долго-долго. Потом целовались, он меня так к себе прижимал, что меня в жар бросало. Не знаю, что это было. Говорят, есть любовь с первого взгляда, может, это, конечно, и она, но мне другое объяснение на ум приходит. Мне с ним так спокойно было, как, наверное, никогда в жизни. И еще я перестала ощущать эту изматывающую тоску в душе, что я одна, одинока, что никому до меня нет дела. Вот с ним все было по-другому. Знаешь, как будто у меня всю жизнь внутри так болело, потому что и тело и душа знали, что мне для счастья нужен он рядом. Поэтому меня эта боль не оставляла, просто дышать мне не давала, чтобы я не сбилась с пути, не потеряла цель. Ведь могла бы за кого-то там замуж выйти и даже попытаться жить по-человечески, но это было бы не то. А когда дождалась, меня просто как током ударило, вот для чего все это было. И вот на следующий день… Слышишь? Звук слышишь? Везут, что ли?

На секунду обе девушки застыли, перестали дышать, обратив все свои чувства в слух, боясь пропустить самый крошечный шорох.

– Точно! Везут!

Обе тут же бросились убирать свои кровати, застилая их свежими пододеяльниками, расправляя каждую складочку на постельном белье. Сбросили халаты, чтобы потом не тратить ни одной драгоценной секунды. В суете забегали по палате, убирая волосы в хвостик, чтобы не мешались, проверяя, на месте ли вещи. Звук в коридоре стал заметнее, теперь уже гремело так, будто там началась стройка и везут арматуру. Когда звук с конца коридора стал приближаться к их палате, не выдержали привычного стука в дверь с криком «Кормление!», выскочили. И тут же застыли в волнительном предвкушении. Еще через мгновение металлическая каталка, что гремела, как бидоны на молокозаводе, подкатила к их палате.

– Ну, разбирайте, – усмехнулась медсестра.

Они обе быстро проскользили взглядом по одинаковым кулечкам, с головы до ног накрепко замотанных в тугие пеленки, оставляя на свободе только крохотные сморщенные личики, все красные от голода и крика, с губками, чмокающими что-то понятное только им.

– Это мой! Я его по бровям узнаю! – воскликнула соседка, схватила кулек и побежала в палату.

– А это – моя, – прошептала Лена, нежно и аккуратно поднимая сверток, внутри которого крепко спала ее дочка. – Иди ко мне, малышка. Сегодня мы переночуем здесь последнюю ночь, а завтра поедем домой, к папе. Он сегодня приходил, но его опять в палату не пустили. Велел целовать нашу принцессу везде, где только достану, поэтому подставляй свой носик, крошка, папу надо слушаться…

Не знаю, как вы, а я обожаю терпкие овощные смузи. В них прекрасно все: и консистенция, и вкус, и польза. Поэтому, едва прочитав рецепт моей читательницы Натальи Самариной, я сразу решила: надо брать. Рецепт у Наташи был легкий и свободный, без указания «сколько вешать в граммах». Но я решила приготовить его лично, чтобы написать четкое количество ингредиентов. И знаете – это было бессмысленно. Видимо, вот эта возможность подстраивать его под себя – как раз один из его важнейших компонентов. Так что пишу, сколько именно продуктов брала я, а вы ориентируйтесь на свой вкус – все равно будет отлично!

Томатный сок

Нам понадобится:

– 2 сочных свежих томата

– ½ красного болгарского перца

– 1 стебель сельдерея

– ½ зубчика чеснока

– зелень (петрушка, кинза, укроп)

– ½ ч. л. соли

– щепотка сахара и черного перца

Все моем, мелко режем, закидываем в блендер и взбиваем. Если, как уточняет автор, у вас все в порядке с нервной системой и есть время, можно эту массу протереть через сито. Мне хватило мощного блендера. И если хочется более жидкой консистенции, добавить воды. Все.

Прекрасно идет вприкуску с жаренным на оливковом масле черным хлебом.

Пьем, наслаждаемся и читаем истории дальше!

А на Пасху обычно тепло…

Ксюша хотела замуж.

«Ну и что? – скажете вы. – Это же национальная особенность нашей страны: девочки, девушки, женщины, которые отчаянно хотят выйти замуж». Выйти, выскочить, запрыгнуть на ходу, взять штурмом, хитростью, измором. Главное – быть замужем. Любой ценой.

Да, Ксюша очень хотела замуж, но мечталось ей четко и конкретно: замуж по любви. Поэтому, влюбившись без памяти в семнадцать лет, она не находила себе места. Конечно, девушка верила, что мечты сбываются, но чтобы так быстро! Возлюбленный был ее ровесником, поэтому сразу после школы ушел в армию, а она, как и полагается, писала письма, брызгала их духами, целовала накрашенными губами и терпеливо ждала, коротая вечера под рассказы подруг, свободных от обязательств, зато полностью занятых мимолетными увлечениями.

Готовиться к возвращению жениха Ксюша начала за полгода. Пошла подрабатывать официанткой в ресторан, скопила денег. Похудела, обновила гардероб, практически получила ПМЖ в солярии, отчего ее родная бабушка при встрече с ней выронила из рук кастрюлю с окрошкой, не признав в «обугленной» любимую внучку. Сделала маникюр, педикюр, новую стрижку, пирсинг. И на весь остаток своих накоплений сняла на выходные номер в самой дорогой гостинице города.

Он вышел с поезда похудевший, возмужавший, погрубевший. Оглянулся вокруг в поисках друзей, но, увидев только Ксюшу и родителей, откровенно приуныл. Заехали к нему, он наскоро пообедал, переоделся, был немногословен и чересчур резок с абсолютно неготовой к этому Ксюшей.

Ей и самой стало как-то неудобно от своей чрезмерной подготовленности: он в свою очередь не очень-то уж и пытался ее впечатлить. Ругался матом, смеялся над какими-то непонятными ей шутками, со скучающим видом расспрашивал, долго ли они пробудут в гостинице, а то его ждут друзья и, мол, перед ними неудобно.

В гостинице природа взяла свое, они не вылезали из постели, разве что перекусить и прыгнуть обратно. Но прошли выходные, и то, с какой скоростью он оделся и испарился, сухо чмокнув ее в щеку на прощание, показалось Ксюше нехорошим знаком.

Так и вышло. Ее возлюбленный пропал, объявившись только через неделю, по телефону сообщив, что хоть и благодарен ей за ожидание, но это был ее выбор, а он ей ничего не обещал. И что они друг другу не подходят, поэтому она, конечно, может ему звонить, если нужна будет помощь, но в целом он желает ей удачи и всего хорошего. Это даже сквозь мощные диоптрии розовых очков, что целых два года не снимала Ксюша, выглядело тем, чем и было на самом деле: свадьбы не будет.

Плакала целый месяц. По классике: вместе с Бриджит Джонс на диване и с чипсами, или в компании подруг, напиваясь и норовя позвонить и сказать ему все, что думает. Но вот наконец здравый смысл взял верх над эмоциями: пока она ждала и проливала слезы, подружки, те самые, что без обязательств, успели найти парней и начали друг за другом выходить замуж.

Ксюша вытерла слезы, нарастила волосы, пошла учиться, чтобы однажды, стоя в ветреную погоду на остановке, осознать: все это было неспроста. Путь к заветной мечте оказался слегка извилистым, но за терпением всегда идет награда. Вернее, к ней награда не подошла, а подъехала, элегантно вынырнув перед остановившимся автобусом, опустив окно и заманивая ее в теплый салон на зависть всем обитателям остановки.

Она впорхнула на кожаное сидение иномарки, освещая машину изнутри своей молодостью, чего, как выяснилось минутами позже, здесь действительно не хватало. За рулем сидел красивый ухоженный мужчина в дорогом костюме, с парфюмом, в котором отчетливо звучали нотки харизмы, власти и денег, с уверенной улыбкой и хорошо поставленной речью.

Аркадий был старше Ксюши на двадцать лет, и если наедине эта разница почти не ощущалась, то внешне оказалась китайской стеной, разделяющей их. Аркадий был женат, воспитывал двоих детей и, хотя прежней любви и влечения к своей жене не питал, бросить ее в настоящий момент не мог, потому что дети как раз вступили в сложный пубертат и могли не вынести такого стресса. Вот если бы подождать хотя бы пару лет, когда они поступят в институт и заживут своей жизнью, тогда было бы совсем другое дело…

Чтобы скоротать ожидание, Аркадий снял Ксюше квартиру в центре, купил машинку красного цвета, помог сдать на права, устроил к себе в фирму и раз в квартал увозил подальше от суеты, туда, где можно отдохнуть от дел и проблем. Был щедр, тактичен, но самое важное – действительно нуждался в любви и был открыт для нее. Отчего их встречи всегда были желанны и удивительны, полны романтики и нежности. А то, что, уходя, он перепроверял телефон и тщательно стирал их трогательные СМС, было лишь очередным подтверждением, что человек он глубоко порядочный, не желающий раньше времени обижать супругу.