Ана Хуанг – Разрушительная ложь (страница 54)

Под разочарованием таилось нечто более горькое.

Боль.

Кристиан просто мастерски умеет заставлять людей верить в несуществующие вещи.

Это просто для вида. Не на самом деле.

Мы больше не говорили, пока не зашли в его квартиру, где я пожелала спокойной ночи и удалилась в комнату для гостей, прежде чем он успел что-то ответить.

Заснуть не получалось, поэтому я лежала и пялилась в потолок, пока прохладная, темная тишина рассеивала раздражение, обнажая скрытую боль.

Меня тянуло к Кристиану сильнее, чем к любому другому мужчине за долгие годы. Более того, он начал мне нравиться. Как он утешал меня, когда я нашла в квартире записку, его улыбки, от которых порхали бабочки в животе, его непоколебимая вера в меня во время фотосессии… Все это так медленно подтачивало мое сопротивление, что я не заметила, насколько открылась, пока не почувствовала укол отвержения.

Он обжигал, как попавшая на кожу кислота, и это моя вина. Никогда нельзя ослаблять бдительность.

При всем неприятии отношений, в глубине души я романтик, и я боялась, что Кристиан раскроет эту часть меня – и ее невозможно будет собрать обратно.

Он опасен не только для врагов, но и для близких.

И единственный способ спастись – держаться от него подальше.

Глава 22

Шаг вперед, два шага назад.

Так можно описать мои отношения с Кристианом.

Я думала, мы сдвинулись с мертвой точки. Учитывая, как легко он оттолкнул меня после ужина у Данте – я ошибалась.

Я редко таила чувство обиды, но с возвращения в Вашингтон прошла уже неделя, а я до сих пор от него не избавилась.

Нет ничего более неприятного, чем считать кого-то другом и вдруг понять, что он относится к тебе иначе. Дисбаланс в любых отношениях меня расстраивал.

Хватит, Стелла. Я не хочу об этом говорить.

И ведь я не просила его раскрывать какие-то сокровенные, темные секреты. Данте и Вивиан знали про Магду, а значит, все не настолько страшно.

Конечно, мы с Кристианом общались не настолько долго, но все же.

Я с преувеличенной силой провела картой по аппарату на кассе самообслуживания.

Тем утром я ездила к Мауре и зашла по дороге домой за продуктами, чтобы купить порошок из ростков пшеницы для любимого смузи.

Совет: не ходите за продуктами, когда расстроены.

Я пришла за порошком, а ушла с двумя пачками попкорна, ведром мороженого, большой плиткой шоколада и шестью упаковками греческого йогурта.

Кондиционер работал на полную, но когда я уходила, по коже пробежал более глубокий и жуткий холод.

Каждый волос на руках и затылке встал дыбом.

Рев крови в ушах заглушал все остальные звуки, пока осматривалась вокруг, сжимая побелевшими костяшками телефон.

Вроде никого подозрительного, но зловещие перемены в воздухе ощущались настолько остро, что я почувствовала их кожей.

Кто-то наблюдает за тобой. Мягкое предупреждение прозвучало в голове.

И это не Брок, чье присутствие невидимо, но всегда теплое и обнадеживающее.

По позвоночнику пробежала дрожь.

Преследователь никак не проявлялся с тех пор, как вломился в мою квартиру, и Кристиан тоже не рассказывал ничего нового. Я не спрашивала; часть меня не желала ничего знать.

С глаз долой, из сердца вон – только это явно неправда.

Кем бы ни был этот урод, он никуда не делся и скорее всего ожидает новой возможности наброситься.

Я не рассказывала о переезде в социальных сетях, но по-прежнему жила в том же здании. Если он смог проникнуть в мою квартиру…

Хватит. Он не сможет проникнуть к Кристиану.

Он не навредит мне, когда я среди людей. Рядом Брок. Я его не вижу, но он есть.

Все хорошо. Ты в порядке.

Тем не менее я как можно скорее направилась назад к «Миражу».

Вскоре холод испарился под полуденным жаром. Когда я заперла за собой дверь квартиры Кристиана, то почувствовала себя почти глупо из-за ужаса, парализовавшего меня посреди людного магазина средь бела дня.

Все хорошо. Ты в порядке.

Я намотала на палец кулон и начала медленно, глубоко дышать, пока страх окончательно не исчез.

Да, меня преследуют, но им до меня не добраться.

Возможно, Кристиан расстроил меня, но я доверяю ему собственную защиту.

Он скоро найдет преследователя. Все успокоится, и я смогу вернуться к нормальной жизни.

Сомнений нет.

Мне удавалось успешно избегать Кристиана до того вечера – он вернулся домой так рано, что солнце по-прежнему висело низко в небе, бросая золотистые блики света на светло-серые полы.

Я как раз закончила подготовку к интервью с Джулианом, обозревателем в «Вашингтон Уикли». Он подробно расспросил обо мне и моем сотрудничестве с «Деламонте», и мы провели последние полчаса, обсуждая темы и логистику.

Я рисовала в гостиной, когда открылась входная дверь, и каждый волос на моем теле встал дыбом.

Не нужно видеть Кристиана, чтобы его почувствовать. Он наполнял собой любое пространство.

Не смотри, не смотри…

И я посмотрела.

И разумеется, увидела его – он шел ко мне через комнату, слово король к трону.

Широкие плечи. Острые скулы. Дорогой костюм.

– Бездельничаешь? – Я встала и сунула блокнот для рисования под мышку. Мне не нравилось сидеть рядом с Кристианом. Так я чувствовала себя еще уязвимее. – Время еще нерабочее.

Я заговорила с ним впервые после Нью-Йорка, и честно говоря, у меня закружилась голова.

Его шаги замедлились, и он остановился передо мной.

– Я подумал, ты захочешь отпраздновать.

Я недоуменно нахмурилась.

– Отпраздновать что?

– У тебя миллион подписчиков, Стелла. – Кристиан смотрел на меня без улыбки, но в его глазах светилось легкое веселье. – Стало час назад.

Миллион подписчиков.

Такого просто не может быть. Вчера вечером было только… девятьсот девяносто шесть тысяч, плюс-минус несколько сотен.

Боже.

Учитывая скорость моего развития с тех пор, как я начала «встречаться» с Кристианом, четыре тысячи новых подписчиков за ночь – вполне реально.