Ана Хуанг – Разрушительная ложь (страница 43)
И я ненавидела преследователя за этот разрушенный покой почти так же сильно, как за записки.
Прошли годы, а я по-прежнему не понимала, почему он выбрал меня. Из-за присутствия в социальных сетях? Внешности? Или мне просто не повезло привлечь внимание какого-то подонка, у которого слишком много свободного времени?
Я заставила себя сделать глубокий вдох.
Сейчас день, и снаружи Кристиан. Каким бы брюзгой он ни был, он не допустит, чтобы со мной что-то случилось.
Не знаю почему, но у меня не возникало в этом сомнений на каком-то интуитивном уровне.
Повторяя про себя эту мантру, я отправилась в комнату для гостей – в обозримом будущем мою комнату – и переоделась из халата в домашнюю одежду.
Когда я зашла в столовую, Кристиан уже сидел во главе стола с чашкой кофе, ручкой и кроссвордом из утренней газеты.
Стол ломился под тяжестью обильного завтрака. Стеклянные кувшины с кофе, соком, водой и чаем блестели возле тарелок со всеми мыслимыми утренними кушаньями: яйцами, приготовленными шестью разными способами, хрустящим беконом, пышными оладьями с лимонной рикоттой, бельгийскими вафлями и французскими тостами.
Две большие плетеные корзины с круассанами, кексами и булочками, и все возможные фрукты и добавки для приготовления смузи.
Это фуршет на двадцать человек, а не на двоих.
– Устраиваешь бранч? – поинтересовалась я, не понимая, зачем нужно столько еды.
– Нет, но Нина старалась, так что наслаждайся.
Не успела я спросить, кто такая Нина, как вошла круглолицая женщина с темным пучком и веселой улыбкой.
– Я Нина. – Она бросила на Кристиана неодобрительный взгляд и протянула мне стакан чего-то зеленого и кремового. – Смузи из ростков пшеницы, верно?
Я расслабилась от ее теплого дружелюбия.
– Да, спасибо. Откуда вы знаете?
Видимо, это экономка Кристиана, которая работает неполный день. Я никогда не встречалась с ней, хотя знала, что она – единственный человек кроме меня, у которого есть ключи от его квартиры.
– Господин Харпер сказал, это твой любимый.
Она подмигнула мне, а Кристиан бросил на нее мрачный взгляд.
– На этом пока достаточно. Спасибо.
Вежливость лишь отчасти скрыла сталь в его голосе.
Кажется, Нина подавила смешок, прежде чем уйти.
– Вижу, кофеин не улучшил твоего настроения. – Я заполнила тарелку едой и села рядом. – Я надеялась, он вернет доктора Джекилла. От Мистера Хайда я не в восторге.
Он всегда держался отстраненно, но сегодня утром я отчетливо чувствовала дистанцию между нами.
– Забавно. Вижу, ночной сон улучшил
– Голодной. Я не ела со вчерашнего утра, – призналась я.
Я понимала, что на самом деле вопрос о другом, но сейчас мне не хотелось говорить о записке. Я хотела просто поесть, делая вид, что все нормально.
Я оторвала кусочек круассана и сунула в рот. У меня вырвался вздох удовольствия.
Круассаны – подарок небес. Никаких сомнений.
– Хорошо. Я не знал, какое у тебя настроение, поэтому попросил Нину сделать всего понемногу, – сказал он хриплым голосом.
В груди вспыхнуло тепло.
Я застенчиво улыбнулась ему, тронутая этим жестом, хотя еду готовил не он.
Его скулы окрасил слабый румянец.
Он… покраснел?
Прежде чем я успела осознать столь ошеломительное зрелище, розовый оттенок исчез, и лицо Кристиана снова превратилось в камень.
– Раз уж ты здесь, обсудим правила.
Я нахмурилась:
– Хорошо…
– Ты здесь, потому что ты в опасности, а поскольку теперь ты полностью под моей защитой, нам следует принять соответствующие меры, – сказал он резко. – Оставайся здесь, пока мы не поймаем человека, оставляющего записки – это первое. Сегодня моя команда перевезет остальные твои вещи. Пока ты здесь, будешь спать в гостевой комнате и соблюдать правила дома. Никаких подруг или мужчин… – Его голос похолодел при слове «мужчины». – И не прикасайся к незнакомым устройствам. Шансы пятьдесят на пятьдесят, что они убьют тебя. В остальном, в обозримом будущем можешь считать это место своим домом.
Пятьдесят на пятьдесят, что меня убьют? Что у него за устройства?
– Ого. – Я выдавила широкую улыбку. – Кто сможет устоять перед таким приветствием? Ты действительно умеешь окружить девушку теплом и уютом.
Кристиан проигнорировал мой сарказм.
– Хорошо, что ты не публикуешь сообщения о своем местонахождении в режиме реального времени, но я хочу, чтобы ты ждала двадцать четыре часа вместо обычных трех-четырех. Варьируй график, сделай его непредсказуемым – в том числе маршруты, по которым ездишь домой. Еще у тебя будет телохранитель. Брок позаботится о тебе, когда меня нет рядом. Он ненавязчив; ты даже не заметишь его присутствия, если тебе не понадобится помощь. И последнее…
– О, хорошо. А то я испугалась, что уже все. Продолжай.
– Ты должна рассказать подругам правду. – Кристиан пристально на меня посмотрел. – Если они не будут знать, что ты в опасности, они могут непреднамеренно тебя ей подвергнуть или оказаться в опасности сами. Невежество не всегда благо.
Моя улыбка исчезла. На языке возник протест, но я его подавила.
Кристиан прав.
Как бы я ни избегала волновать друзей и иметь в качестве сопровождающего телохранителя, наблюдающего за каждым моим движением – тоже преследователя, но с менее гнусными намерениями, – мне нужна защита.
Кроме того, не следовало вводить подруг в заблуждение, будто все в порядке. А если преследователь нацелится на них, не сумев добраться до меня? Я никогда себе не прощу, если с ними что-то случится, потому что я их не предупредила.
Мои ногти сердито впились в колени.
– Хорошо, – сказала я наконец. – Я скажу им. Но у меня тоже есть несколько правил.
Если мы устанавливаем новый порядок жизни, мне тоже нужно внести свою лепту. Кристиан – эксперт по безопасности, но это моя жизнь.
– Ну разумеется. – Голос Кристиана прозвучал сухо. Несомненно, он помнил, как я добавила собственные правила в нашу договоренность о поддельных отношениях.
– Это твой дом, и я буду уважать твои правила. Но также прошу уважать мою частную жизнь. Это значит, что в мою комнату без разрешения входить нельзя, даже когда – особенно когда – меня там нет. Не трогать мои вещи, даже если они находятся в общем пространстве. Не говорить мне, куда ходить и с кем видеться, если только это не представляет прямой угрозы безопасности. И… Я прикусила нижнюю губу, обдумывая последнюю просьбу.
– И? – Он поднял темную бровь.
Мои ногти глубже впились в кожу.
– Не приводить домой женщин. Меня не волнует, спишь ты с ними или нет – пока я здесь, их быть не должно. Это не… будет выглядеть неправильно.
Эксклюзивность подразумевалась, но не указывалась в контракте прямо. У меня не возникало проблем с соблюдением целибата, но я сомневалась, что то же самое можно сказать о ком-то вроде Кристиана. Думаю, женщины бросаются на него каждый день, независимо от статуса в отношениях.
Сердце странным образом екало, когда я представляла его с другой женщиной.
Я объясняла себе, что это связано с поддержанием приличий и не имеет ничего общего с… чем-то еще.
Веселье Кристиана растворилось в лужицах янтарного льда.
– Я не изменяю, Стелла.