Ана Ховская – Потерянная душа (страница 90)
Прием у старейшин закончился на очень приятной ноте. Гэйна проявила несвойственный тэсанийцам жест: подарила мне засушенный цветок Аай Ирэс в прозрачной колбе. Довольный проницательный взгляд Райэла смутил, но я не могла не улыбаться. Настроение от вечера с семьей Яшэс-Гейна выровнялось. Казалось, что так и должно было быть. Может, я сама придумывала сложности и слишком эгоистично поступала с Райэлом…
По пути в Гостевой дом, я получила вопрос от Бикены Раи: «И как тебе ужин?» и поделилась с подругой впечатлениями. А когда взглянула на Райэла, то тут же вспомнила о своем обещании не задерживаться с ним наедине.
Чтобы еще немного отвлечь себя, заодно и не дать Райэлу сделать мне повторное предложение – «войти в его комнату», я предложила выйти из шаттла на набережной и пешком дойти до Гостевого дома. Райэл охотно согласился.
Набережная тоже была освещена, только свет исходил из необычных фигур, стоящих у каждой скамьи или на месте, похожим для сидения. Я заметила еще несколько прогуливающихся пар, мы даже поприветствовали друг друга дружелюбными жестами. А затем, проходя мимо разных белых камней, причудливо собранных в единую композицию, я сняла босоножки, приподняла подол платья и легко забралась на самый верх. Присев на плоскую верхушку камня, одним боком выпирающегося за ограждение дорожки и смотрящего прямо в океан, я обняла колени и посмотрела на горизонт. Все еще можно было заметить его линию. Райэл прислонился к камням плечом где-то сбоку и молча смотрел в том же направлении.
Через какое-то время я мельком посмотрела на него, и улыбнулась глупой мысли: до его макушки можно было дотянуться пальцами и мягко взъерошить волосы. И в этот момент он поднял глаза на меня.
– А почему в твоей семье только трое?– заговорила я.– Я слышала, что нэйады стремятся родить как можно больше детей. У старейшин Яшэса и Гэйны их тринадцать… У Лэды двенадцать…
– Все индивидуально. С возрастом нэйадам сложнее зачать,– сдержанно ответил Райэл и поднялся ближе ко мне, присев на соседний камень и оказавшись на одном уровне.
На мгновение я замерла: как приятно звучал его голос рядом со мной, он словно окутывал теплым одеялом и бережно укачивал.
– Моей матери уже двести восемьдесят семь,– продолжил Райэл.– Отцу – сто девяносто девять.
– Ого!– не сдержалась я, и от неловкости прикрыла губы пальцами: никогда не спрашивала, сколько им лет.
Неожиданно откровенный взгляд Райэла на мои пальцы заставил сердце забиться быстрее. Я смущенно опустила глаза и убрала руку от лица, но не смогла сдержаться и прикусила нижнюю губу, а затем прерывисто вздохнула и нервно погладила себя по коленям.
Он глубоко вздохнул и выпрямил спину, будто долго сидел в неудобном положении, но я догадывалась, что он испытывает: он был смятен невозможностью проявить свои чувства – дотронуться до меня.
– Ты ведь чувствуешь меня?– неожиданно спросил он.
Я только отвела глаза и слегка отвернула голову в другую сторону.
– Иногда…
– Знаешь, что я желаю,– не спрашивал – констатировал он.
Я облизала губы и, выпрямляя спину, обратилась лицом к небу.
– Красивое небо,– выдохнула я.
Райэл долго молчал, пока я молилась, чтобы он перестал меня испытывать, а потом тихо проговорил:
– Моя мать беременна.
Его слова вызвали бурю эмоций и, округлив глаза, я посмотрела на него долгим немигающим взглядом.
– Беременна? Значит, у тебя скоро будет брат или сестра?– с благоговением выдохнула я.
– Это близнецы – девочка и мальчик.
Восхищенный вздох замер у меня на губах. Он вновь обратился ко мне взглядом, и на этот раз я не отвела глаз, хотя огонь охватил щеки от того желания, что вспыхнуло внутри.
– Значит, это могут быть нэйады?
– Вполне возможно. Это всегда очень беспокойный период, пока не родятся дети…
– Разве нельзя узнать заранее?
– Биоэнергия нэйад проявляется при рождении: момент истины, когда мать впервые увидит глаза детей.
– Наверное, это ужасно знать сразу, что рожденные дети уже не имеют шансов продолжить род в любом случае: нэйады они или просто близнецы.
– Это ранит,– тихо ответил Райэл.– Но это все-таки жизнь…
Мы долго смотрели друг другу в глаза. Я ощущала взаимное притяжение между нами и наслаждалась сознанием его близости и своей значимости для него. Но темная сторона не дремала: ядовито-горькие мысли прокрались в это волшебное мгновение и отравили его своей безысходностью, непроницаемая стена выросла между нами, и я опустила глаза первой. А затем и вовсе отвернула голову к океану.
– И все же тебя можно поздравить,– вежливо выговорила я.
Райэл еще некоторое время рассматривал меня: чувствовала, как его взгляд прожигает кожу, но не могла пересилить свое убеждение, что близости между нами не бывать. Потом он легко поднялся, мягко, но грустно улыбнулся и медленно побрел в сторону от камней.
Я посмотрела ему вслед, и от чувства вины сердце едва не захлебнулось кровью. Желание быть с ним было безумным. Тоска сдавливала грудь. Но я не могла позволить этому случиться: страх был сильнее потребности в его любви. Хотя можно ли было положить их на одни весы?
В Гостевой дом мы вернулись в тяжелом молчании. У каждого был груз на сердце, и кто знает, кому было тяжелее: ему, который не понимал, почему не может позволить себе иметь то, что ему уже было отдано законом природы, или мне, которая запуталась в сетях страха и не видела выхода.
Райэл, как и всегда теперь, заботливо и с затаенной нежностью принес в мою комнату травяной сок и маленькие пирожные, когда я вышла из гардеробной в пижаме. Он поставил их у прикроватного столика и замер в нерешительности покинуть комнату. Райэл смотрел с таким обожанием и тоской, что я была вынуждена обрушить бетонную стену между нами, не в силах больше ощущать вину и неукротимое желание ринуться к нему в объятия. Я помнила, как сладко он целовал и обнимал…
Райэл почувствовал отчуждение и, прощаясь, низким голосом проговорил:
– Завтра мы вылетаем в Кэйлан. Будь готова к раннему вылету… Моя нэйада!
Я лишь опустила глаза и едва заметно кивнула. Он повернулся и пошел к выходу. Я сжала пальцы в кулаки, и хотела было остановить его, даже набрала в грудь воздуха, но не смогла выговорить ни слова, крепко сжала губы и проглотила горькие слезы. А розовые пирожные на прозрачном блюде стали досадным напоминанием о моей участи.
Глава 106. Кэйлан
Утром я едва открыла глаза: в них будто песка насыпали. Тело ломило нещадно, словно меня всю ночь перекатывали по булыжникам. Я смотрела на себя в зеркало и не могла понять, что не так: лицо бледное, осунулось, глаза тусклые и дикий голод сводил живот.
– После завтрака полегчает,– заверила я себя и надела удобный комбинезон для перелета в другой город.
Я планировала забраться в кресло шаттла, укрыться чем-нибудь и как следует выспаться, хотя и проспала больше восьми часов.
– А почему мы не телепортируемся, как с одной планеты на другую? Ведь это было бы проще? И время сэкономит,– представив долгий полет в кресле, не предназначенном для сна, зевая, спросила я Райэла за завтраком.
– Телепортация отнимает много энергии. Мы стараемся рационально использовать ее. Накопители тоже имеют свой предел. Нет особой причины применять именно такой способ передвижения, тем более что тебе было бы полезно увидеть Тэсанию с высоты.
«Я бы сейчас посмотрела какой-нибудь спокойный сон»,– мысленно проворчала я и налила еще один стакан чая.
Райэл тоже не казался отдохнувшим. Но он был спокоен и сдержан всё утро и весь полет, в который мне так и не удалось заснуть. Что-то ныло внутри, беспокойно ворочалось…
Золотой город встретил сверкающими крышами – это первое, что я увидела с высоты. Внизу же было много белого, разных тонов желтого, невероятных оттенков песочного и персикового. И все это гармонично перемешивалось с обильной зеленью улиц. Принципиально архитектура Кэйлана не отличалась от Эйрука или Самнэя, но декор зданий, улиц и их расположение были совершенно не похожи.
Поселились мы в Гостевом доме на самом берегу. Это было уютное одноэтажное строение, где на крыше располагалась веранда, ограждённая по периметру перекрещенными золотыми кольцами. А на ней два больших круглых кресла с ярко-желтыми подушками вместо сидений. Погода была потрясающей, мягкий ветерок не раздражал и шелест волн звучал приятной мелодией. Я так и зависла у края веранды, разглядывая изумрудно-голубую гладь океана, почти белый песок, красивый причал, больше похожий на воздушный понтон с ажурными перилами, длинные полосы деревьев – великанов, уходящих вдаль по обе стороны от Гостевого дома, и крыши соседних домов с идентичными верандами, пока Райэл не появился с чаем на подносе.
– Здесь так красиво!– благодарно улыбнувшись, проговорила я и, взяв стакан, снова повернулась к океану.
– Мы можем некоторое время провести здесь, искупаться, остаться на второй завтрак, а потом немного прогуляться,– сказал он.
– Немного?!– удивилась я.
– Прием у старейшин состоится сегодня, так как завтра последний день этого года, и все будут праздновать и готовиться к переходу в новый год. Завтра у нас большая прогулка,– сообщил Райэл, и показалось, что он что-то не договаривает.– Но сегодня мы успеем посетить одно интересное место. Это займет много времени, а до ужина успеем немного прогуляться по городу.