Ана Ховская – Потерянная душа. Том 1 (страница 18)

– Да, нанотехнологии, а то, что у меня аллергия на лактозу, они не учли.

Я дотянулась до планшета и взяла его. Тонкая рамка была из такого же прозрачного материала, что и мой браслет на запястье, а белый матовый экран не подавал признаков активности. Я повертела его и не заметила ни одного отверстия для зарядного устройства и даже швов. В погасшем состоянии планшет почти просвечивался, а внутри отсутствовали какие-либо микросхемы. Я поводила указательным пальцем по гладкому стеклу, но ничего не добилась.

Боковым зрением заметила движение справа и сразу оглянулась. Это вошла Нэйя. И пока она шла ко мне, я завороженно рассматривала ее. На ней был все тот же белый комбинезон, и несмотря на то, что был свободным, нисколько не скрывал достоинства фигуры.

– Почему ты не поела?– спросила она с естественным беспокойством на лице.

– У меня аллергия на лактозу, и я не знаю, что налито в стакан. У меня с детства непереносимость многих продуктов,– ответила с привычной отстраненностью к собственным особенностям.

– У тебя нет аллергии, это раз, а во-вторых, здесь нет лактозы. Попробуй. Это вкусно и питательно.

Я скептически растянула губы и голодными глазами покосилась на поднос.

– Тогда что это? Откуда вы можете знать, на что у меня аллергия?

– Кира, у тебя нет аллергии,– уверенно объявила Нэйя.– Больше нет.

Мои брови удивленно взвились.

«Нет аллергии?! Такого быть не может! С первой каплей молока матери я попала в реанимацию, никто не мог понять, в чем дело. А эта женщина заявляет, что у меня больше нет аллергии?»

– Ты не доверяешь мне,– догадливо проговорила Нэйя и коснулась моего плеча.– Но я гарантирую тебе: все, что ты почувствуешь после еды, это приятное насыщение и только. И давай-ка, наконец, тебя оденем!

Она выпрямилась и прошла к стене слева от зеркала, провела ладонью по ее поверхности на уровне своих бедер, и перед моими глазами предстал встроенный шкаф с полками, на которых стопками лежало что-то белое, а снизу стояла обувь.

Нэйя взяла одну вещь, пару обуви и поднесла их ко мне.

– Это тебе подойдет. Можешь одеться.

Я благодарно приняла одежду и развернула ее. Это был белый комбинезон, очень похожий на тот, что был на самой женщине-враче. Удивительно, но на одежде не было швов. Вообще! А белые тапочки-лодочки казались шедевром искусства итальянских обувных мастеров.

Не успела подумать, откуда все это могло здесь быть, как неожиданно осознала свои физические потребности.

– А можно мне сначала в душ и туалет?

Нэйя слегка замялась.

– Хорошо. Но душ пока не работает, а вот другие гигиенические процедуры ты можешь осуществить,– ответила она и указала рукой на стену справа от зеркала.

Видимо, там тоже была дверь, скрытая в стене. Должно быть, это очень дорогая клиника. В муниципальных больницах такого не увидишь.

Я взяла одежду и обувь и на цыпочках проследовала в указанном направлении. Нэйя открыла дверь. За ней оказалась небольшая белая комната с банкеткой. Это единственный предмет, о котором я имела представление. Правда, еще и зеркало, встроенное в стену рядом с ней. Сложив на банкетку вещи, я огляделась.

Кроме нее, здесь не было ни раковины, ни крана с водой, ни унитаза, только два странных предмета: прозрачная высокая капсула – в одном углу и небольшая круглая белая чаша с широким плоским бортом – в центре. В полном недоумении я оглянулась, надеясь на пояснения Нэйи. Но дверь в комнату была уже закрыта. Искать ответ пришлось самой.

Разведя руки в стороны и невольно растопырив пальцы, я осторожно прошла к чаше и заглянула в нее. Высотой почти как стандартный стул, диаметром около полуметра, гладкая и сверкающая, будто полированный керамогранит с вкраплением голубых кристаллов, без единого отверстия и пустая. В голове не укладывалось, как можно это использовать, чтобы справить нужду, кроме как просто написать в чашу.

Я перевела взгляд на стеклянную капсулу. Она могла бы походить на душевую кабину. В капсулу можно было войти через проем, и, очевидно, она закрывалась такой же прозрачной дверцей, выезжающей откуда-то из стены. Но и внутри нее я не обнаружила крана с водой и сливного отверстия. Только вертикальный ряд встроенных голубых кристаллов от потолка до пола по центру задней стенки капсулы наводил на мысли о какой-то функциональности этого устройства.

Как Иван-дурак, я почесала макушку. Может быть, отверстия для воды были спрятаны внутри стены и открывались так же, как и все двери здесь?

Мозг отказывался давать ответы. Недолго думая, я просто присела на чашу, опершись ладонями о борт, и, кожей ягодиц ощутив прохладную гладкую поверхность, исполнила, наконец, желания своего организма.

Ужасно хотелось вымыть руки и умыться, но за неимением такой возможности, оделась и обулась. Комбинезон приятно прилегал к телу. Тапочки-лодочки безупречно сели на стопу, идеально обволокли ее и оказались очень удобными.

«Слишком все идеально!– заметила подозрительно.– Есть во всем этом какой-то подвох!»

Когда подошла к тому месту, где вошла в комнату, дверь без чьей-либо помощи бесшумно отъехала, и я оказалась вновь в палате вместе с Нэйей. Она вопросительным взглядом окинула меня с головы до ног и, не заметив никакой реакции, предположила:

– Разобралась. Тебе очень идет белый цвет.

– По-моему, здесь его слишком много,– критично отметила я.

– Это пока,– сообщила Нэйя.– Итак, ты попробуешь завтрак?

– Да, но мне бы сполоснуть руки…

– О, идем, я покажу,– доброжелательно улыбнулась Нэйя и вернула меня в так называемую гигиеническую комнату.

Женщина подошла к зеркалу и мягко нажала на светящуюся панель на уровне талии. Я и не заметила этого пятна. В тот же миг в стене открылось углубление с теплым светло-зеленым светом внутри. Нэйя повернулась ко мне и продемонстрировала, что нужно сделать: просунуть кисти в углубление, растопырить пальцы и вынуть через три секунды.

– Попробуй. Это приятно.

«Ну не крокодил же там сидит»,– настороженно косясь на углубление, подумала я и подошла.

Сунув кисти рук в зеленый свет, ощутила приятную прохладу, и кажется, даже влажность. Вынув руки, поднесла их к носу и вдохнула. Пахло каким-то растением, а влага быстро испарялась с кожи, оставляя ощущение свежести и бархатистости.

– Приятно, верно?– улыбнулась Нэйя, наблюдая за моей реакцией.

Я кивнула, потирая ладони. Мы вышли в палату, и теперь я чувствовала себя более комфортно.

– Теперь завтрак?

Есть действительно очень хотелось. И я решительно направилась к подносу с едой.

– Хорошо, надеюсь, вы окажетесь правы насчет отсутствия у меня какой-либо аллергии,– проговорила внутренне удивляясь своему спокойствию.

Сев на кровать, я свесила ноги и поставила поднос на колени. Медленно поводив ложкой по содержимому тарелки, я стряхнула смесь и поднесла к носу… Пахло приятно, но меня не обманешь! Я с детства научена настороженно относиться к любому новому продукту, появляющемуся на столе. И этот случай не был исключением, что бы там ни говорила Нэйя. Я поднесла ложку ко рту и сначала попробовала кончиком языка…

Реакции не последовало.

Зачерпнув кашицу, на секунду заколебалась в своем решении, но потом просто открыла рот и сунула ложку. На какую кашу это похоже, так и не поняла, но мои рецепторы были в восторге от вкуса и текстуры этого блюда. Я сглотнула и в течение нескольких минут выжидала реакцию организма. Когда поняла, что еда безопасна, голод проявился с неожиданной силой: с аппетитом опустошила миску и облизала ложку напоследок.

Кажется, мои глаза жадно сверкнули, когда посмотрела на реакцию Нэйи. Она дружелюбно улыбалась и внимательно наблюдала за мной. Только сейчас заметила, что ее глаза имели цвет, напоминающий молочный шоколад, который я пробовала лишь раз в жизни. Красивый цвет, сочетался с ее кожей и волосами.

– Это вкусно!– похвалила я, беря в руку стакан с ярко-зеленой жидкостью.– Спасибо.

– А это фруктово-травяной сок, в нем много химических элементов так необходимых тебе сейчас.

Сок я слегка пригубила и, ощутив приятный привкус, выпила его до дна. Облизывая губы и действительно ощущая приятное насыщение, я благодарно улыбнулась, наверное, в первый раз, как пришла в себя. Нэйя взяла салфетку с подноса и протянула мне. Я промокнула улыбающиеся губы и положила салфетку на поднос.

– Вот и отлично! А теперь отдыхай.

– Снова?!– улыбка слетела с губ.– Я хорошо себя чувствую. Может, вы расскажете все-таки, где я нахожусь и что со мной произошло?

– Тебе еще немного надо привыкнуть к себе, к этому месту. Привести мысли в порядок. Поспать.

– Я в порядке!– вспылила неожиданно громко.

Нэйя спокойно поднялась, забрала поднос с посудой, поставила его на полку и, сложив руки в карманы комбинезона, посмотрела на меня нечитаемым взглядом.

Я немного остыла, но не опустила глаз.

– Пожалуйста! Я что, не имею на это права? Я же не в психиатрической клинике?

– Наш медицинский корпус не имеет ничего общего с психиатрией,– ответила она.– Хотя и есть сотрудники, занимающие эту нишу. Когда ты дашь объективную оценку своего физического и морального состояния, я приглашу коллегу, который ответит на твои вопросы и поможет понять произошедшие с тобой перемены, а также поможет адаптироваться к твоему новому положению. А сейчас отдыхай.

– Какому положению?– с протестом спросила я.