Ана Эрмиш – Мальчик за стенкой (страница 5)

Ближе к вечеру домой вернулась Женя, и от вида глупой улыбки, которой озарилось при ее появлении лицо кучерявой шпалы, как Никита ласково называл друга, захотелось закатить глаза и треснуть его посильнее. Когда только этот нелюдимый дикарь успел превратиться во влюбленного идиота?

Едва успев сбросить куртку, Женя уселась на диван, нагло сдвинув ноги Никиты в сторону, и сунула ему в лицо листовку.

– Что это за хрень? – Парень выхватил у нее из рук бумагу и пригляделся.

– Прочитай. Читать же ты умеешь, – фыркнула девушка и с сарказмом добавила: – Надеюсь. Потому что иначе работу будет найти совсем сложно.

– Очень смешно, – пробормотал Никита.

С флаера на него смотрел неестественно радостно улыбающийся парнишка в зелёной униформе, а рядом большими буквами было написано: “Приходи работать к нам в команду!” Ниже перечислялись все достоинства компании: хорошая зарплата, дружный коллектив и, конечно же, быстрый карьерный рост. Никита только усмехнулся – да он лучше и правда сдохнет где-нибудь под мостом, чем пойдет туда работать.

– И что это? – Он демонстративно скомкал бумажку и бросил ее обратно Жене.

– Ай! Ну ты и придурок, Никитосик. Я ему, значит, помогаю, работу ищу, а он.

– Ты не помогаешь, ты бесишь.

– Да ты послушай! Я сегодня в магазин после пар забегала, смотрю, а там эта листовка висит, вот и поспрашивала у персонала. Ради тебя, заметь. Так вот, им человек в ночную смену нужен! Ты прикинь, как удобно: днём на учёбе, ночью на работе, жилье снимать не нужно, ещё и деньги за это платят. Ну чем не мечта? – и она довольно рассмеялась, наблюдая за реакцией Никиты.

Никита даже отвечать не стал, потому что уже был на грани того, чтобы высказать ей все, что думает. Вот только после этого Антон не посмотрит, что они лучшие друзья, и выставит вон. И тогда  точно придется идти в супермаркет, про который трещит Женька. Или под мост.

– Ладно, – девушка не унималась и достала из кармана телефон. – У меня есть ещё варианты специально для тебя. Как знала, что ты сам даже не подумаешь. – И она с видом кота, наевшегося сметаны, начала тыкать пальцем по экрану смартфона. Наверняка, не пожалела времени и подобрала для Никиты самые “лучшие” вакансии. – Вот, смотри. Можно пойти в доставку. Туда всех берут, даже тебя могут взять. Или вот, требуется промоутер. Это так теперь называют тех самых ребят, которые листовки на улице раздают. Хотя, ты не справишься, слишком ответственно. Можно грузчиком, там вообще все просто. Полы мыть не предлагаю, не мужское это всё-таки дело, – она коротко хихикнула, не обращая внимания на покрасневшее от злости лицо Ника. – О, как насчёт таксиста? Зарплату шикарную обещают. А, погоди, папочка у тебя же ещё и машину отобрал…

– Антох, напомни мне, почему она вообще тебе нравится? – процедил Никита, а Антон прикинулся слепоглухонемым, делая вид, что крайне увлечен происходящим на экране. Лишь бы только его не втягивали в эти разборки.

– Ты бы лучше спасибо сказал, – Женя выключила экран, хотя что-то подсказывало Никите, что это далеко не весь список, который она ему приготовила.

– За что?

– Лежа здесь, не докажешь папочке, что у тебя мозги на место встали. Думаешь, он отменит свое наказание? А что, если нет? Так и будешь жить здесь, с нами? Твой отец прав, ты просто маленький избалованный ребенок. Ноль ответственности. Ты не хочешь решать проблемы и разбираться со своей жизнью. Все, что ты сейчас делаешь – это прячешь голову в песок и ждёшь, пока все разрешится само собой. А я тебе предлагаю реальные варианты того, куда можно устроится без образования и опыта работы. Есть идеи получше?

– Вообще-то есть одна. Отвали, а? Тебе какое вообще дело?

– К моему великому несчастью ты, Никитосик, лучший друг Антона. И по какой-то неведомой мне причине важен для него. А мне важно то, что важно ему.

– Ты повторила слово “важно” три раза, – заметил Никита.

– Это не важно, филолог недоделанный!

– Четыре.

– Важно, важно, важно, – повторила Женя, дразня его.

–– И это ты меня называешь ребенком?

– Ты невыносим! У меня глаз дёргается, если я разговариваю с тобой больше пяти минут.

– Тогда давай ты помолчишь и не будешь лезть не в свое дело? Мне не нужна твоя помощь. И ты плохо знаешь моего отца, он одумается.

– Зато я хорошо знаю тебя. И ты не сможешь прожить без денег отца или помощи Антона. Согласись?

– Не соглашусь, – качнул головой Никита скорее из чувства противоречия, потому что на самом деле не собирался даже проверять это утверждение. Его устраивала собственная жизнь и менять он ничего не собирался. Как и что-то кому-то доказывать.

– Ник, Женя разумные вещи говорит, – Антон, наконец, решил высказать свое мнение.

Вот только, к разочарованию Никиты, поддержал не его, а девушку. Женя довольно ухмыльнулась, а Никита бросил на друга хмурый взгляд. Рано радовался, полагая, что друг всегда будет за него.

Антон с удивительным для себя упорством добивался расположения девушки пару месяцев. И для нерешительного парня, которому даже поход в магазин без тщательной подготовки был все равно, что выход в открытый космос – это действительно значило многое. Поэтому совсем ничего удивительного, что теперь он мягко перетягивал чашу весов на сторону Жени. И старая многолетняя дружба затрещала по швам.

– И что в них разумного?

– Покажи отцу, что ты в состоянии справиться с трудностями, и это его переубедит.

– Ты вообще на чьей стороне? – зло бросил Никита.

– Брат, я всегда на твоей стороне! Но и Женя ведь тоже, она просто хочет тебе помочь. И, мне кажется, стоит к ней прислушаться. Ты сейчас действительно сбегаешь от проблем.

– И это мне говорит человек, который не стал выступать на коференции с охрененным проектом из-за страха перед публикой?

– Ник, сейчас речь не обо мне, а о тебе.

– Немного двулично, не находишь? Или это ты так красиво предлагаешь мне свалить отсюда?

– Никит, не в этом вообще дело. Оставайся, но чего ты этим добьешься?

– Ла-а-адно, – протянул Никита, спуская ноги с дивана. – Я понял. И тебя, Женечка. И тебя, Антоша.

Он решительно направился в коридор, на ходу поднимая с пола свой рюкзак и запихивая в него выпавшие вещи. Движения его были резкими и нервными, а внутри все сильнее растекалась злость и обида.

– Ну ты куда собрался, Ник? – раздосадованно окликнул его Антон. – Не глупи, куда ты пойдешь?

Никита промолчал, объявляя другу немой бойкот. Куда идти, он еще решил, но оставаться в доме предателя точно не собирался. Натянул кроссовки и, набросив на плечи куртку, выскочил из квартиры.

Глава 5

Никита вышел из подъезда и тоскливо огляделся по сторонам. Снова повалил снег, опускаясь на землю мягкими хлопьями. Вокруг начинали сгущаться сумерки, и фонари, несколько раз неуверенно моргнув, зажглись. Снежинки тут же радостно заискрились в их свете, кружась вокруг в медленном танце. Начали со всех сторон обступать Никиту, надеясь увлечь в свой хоровод – хватали за рукава куртки, ложились на щеки, оставляя на них обжигающе холодные поцелуи, запускали ледяные пальцы в волосы.

Никита лишь раздраженно смахнул их с себя и накинул на голову глубокий капюшон, скрывая лицо от непрошенных прикосновений.

Это в детстве зима – здорово. Когда несколько часов подряд бегаешь по двору, строя замки и крепости, катаясь с огромных ледяных горок или устраивая бои снежками. А потом возвращаешься в теплый дом, развешиваешь на батарее рукавицы, облепленные таким толстым слоем снега, что с них тут же начинает течь вода, и идешь пить горячий чай с чем-нибудь вкусным. Но, когда тебе за двадцать и некуда идти, снег – это уже не так уж и хорошо.

Поправив на плече рюкзак, Никита направился по узкой тропинке из двора. Какое-то время он бездумно брел по улице, а затем начал с интересом разглядывать все вокруг. Людей, на которых раньше почти не обращал внимания – в основном они проходили мимо парня быстрым шагом, стараясь побыстрее вернуться с работы домой. Некоторые шли медленнее – это были в основном парочки, гуляющие под руку или молодые родители с колясками. Сам Никита уже очень давно не оказывался на улице просто так, он привык всюду добираться на машине, передвигаясь лишь короткими перебежками между автомобилем и пунктом назначения. Даже встречи с девушками были или в ресторане, или в клубе, а то и вовсе в снятом номере отеля. Долгие прогулки – это не про Никиту. По крайней мере, не про повзрослевшего Никиту. Мальчик, обожающий часами торчать на улице остался далеко в прошлом.

И вот теперь он шел, вспоминая давно позабытое ощущение. Кроссовки, не совсем предназначенные для такой погоды, утопали в снегу, и в них начал набиваться снег. Но Никита почти не обращал на это внимания, продолжая идти вперед, даже не задумываясь о том, куда вообще движется. Сейчас он просто гулял, глубоко вдыхая морозный воздух полной грудью.

В какой-то момент он остановился и, присев на корточки, сгреб голой рукой снег из сугроба. Слепил снежок, чувствуя, как пальцы закололо от холода, а по запястьям потекли тонкие ручейки тающего в ладонях снега. Изо всех сил бросил прямо в раскидистую ветку высокой ели, растущей вдоль дороги. Ветка дрогнула и обрушила вниз целый снегопад. Никита довольно улыбнулся и сунул озябшие руки в карманы.

Злость, с которой он вышел от Антона, постепенно стихала, освобождая место для обиды на старого друга, прорастающей своими корнями все глубже. Весь мир вокруг в один момент встал на дыбы, как взбесившийся конь, и сбросил его с седла. Все вокруг твердили одно и то же – отец, Антон, даже Женя, а Никита не хотел их слышать. Убеждали решать проблемы, которых для него не существовало, брать ответственность за свою жизнь, которой он не желал. Его все устраивало, но окружающие почему-то дружно решили, что он должен измениться. Ничего он никому не должен – в этом Никита был совершенно точно убежден.