Ана Эрмиш – Двенадцать баллов по шкале Бофорта (страница 6)
– Мне показалось, ты тут не скучал, – заметил я, и Ксения довольно улыбнулась.
– Куда идем? – поинтересовалась она, направившись по каменной тропинке к калитке.
– Первым делом, конечно же, на море, – отрезал Егор. – Оно не прощает предательства.
Внутри что-то с глухим треском надломилось, желудок сначала камнем рухнул вниз, а затем медленно пополз вверх, вызывая отвратительное чувство тошноты. Я на мгновение замер, прикрыв глаза, и попытался вернуть контроль над собой. В ушах зашумело, и я не мог до конца понять – стучит ли это кровь в сосудах, или я слышу рокот прибоя.
Море не прощает предательства.
А простит ли мне?
Море волнуется пять
До пляжа было совсем недалеко, и минут через десять мы уже вышли на широкий берег, усыпанный золотым песком, желтыми лентами убегающий, куда хватало взгляда, по сторонам. Море сегодня было ярко-голубое, с чудесным лазурным отливом. Поверхность его, гладкая и ровная, словно зеркало, отражала небо и была на удивление спокойной, лишь у самого берега поднимаясь небольшими волнами, с шумом накатывающими на берег.
– Потрясающе, – я даже зажмурилась от удовольствия и зачем-то призналась: – Я раньше никогда не была на море.
– Ты сейчас серьёзно? – Артур удивленно посмотрел на меня.
– Серьёзно, – я пожала плечами. – Как-то не сложилось.
– Вот вы, москвичи, даёте, – хохотнул Егор. – Сидите в своей белокаменной и знать не знаете, сколько всего упускаете.
– Это всего лишь море, – улыбнулась я, сбросила белые кеды и пошла по обжигающему песку к воде.
– Всего лишь море? – переспросил Артур и неожиданно возник прямо передо мной, преградив путь. Наклонился поближе и шепнул в ухо: – Не так громко, Ульяна. Оно все слышит. Никому не расскажет, но запомнит.
Он говорил так серьезно, словно действительно верил, что море за его спиной может услышать мои слова и обидеться на них. А на лице застыло такое выражение, будто я только что оскорбила лично его. Я скептически приподняла бровь, не совсем понимая – он шутит или сошел с ума. Но его губы тут же дрогнули в улыбке:
– Посмотрим, что ты скажешь, когда окажешься в воде.
Громко завизжала Ксюха, и я перевела взгляд на подругу. Она уже успела скинуть с себя шорты и футболку, бросив их прямо на песок, и бегом кинулась к морю. Не останавливаясь, с разбегу нырнула в волны и скрылась с головой.
– Во дает, – Егор довольно ухмыльнулся и качнул головой, а затем, быстро скинув с себя вещи, побежал следом за Ксюхой.
Мы с Артуром, быстро переглянувшись, решили не отставать от друзей, и наша одежда полетела на песок. Я вбежала в воду, и в первое мгновение показалось, что она невероятно холодная. Захотелось остановиться, чтобы дать возможность разгоряченному под солнцем телу хоть немного привыкнуть, но ноги сами несли меня вперед, и останавливаться было поздно. Набрав в легкие побольше воздуха, я закрыла глаза и нырнула. Кожа постепенно привыкала, и море начинало казаться приятно-тёплым. Меня подхватили ласковые волны, и я выплыла на поверхность, размеренно на них покачиваясь.
Я огляделась вокруг и поискала взглядом ребят. Ксюха и Егор плескались недалеко от берега и брызгали друг в друга водой, как дети, хохоча на весь пляж. Нарушать их идиллию не хотелось, и я снова посмотрела по сторонам. Артура нигде не было видно, а я не понимала, почему мне так сильно хотелось его найти. Вокруг было так много людей: кто-то размеренно разгребал воду руками, кто-то лениво лежал на волнах, а некоторые напоминали друзей – создавали вокруг много шума и суеты, барахтаясь в воде и поднимая фонтан брызг. А я все крутила головой, пытаясь отыскать Артура. В конце концов, он единственный на побережье, с кем я знакома, кроме Ксении и Егора, а лезть к ним сейчас я не собиралась. Наконец, мне удалось разглядеть его, плывущего уже далеко за буйками. Как он успел оказаться там так быстро?
Меня остро кольнуло желание направиться за ним. Отплыть от берега как можно дальше – туда, где внизу, под ногами, оставалась лишь бездна. Поэтому, вспомнив свои занятия в бассейне фитнес-центра, куда ходила весь последний год, я уверенно поплыла вслед за Артуром, уже давно миновавшим нелепую преграду, отделяющую прибрежную зону от настоящих морских глубин.
Он лежал на спине, плавно покачиваясь на воде, с закрытыми глазами, широко раскинув в стороны руки. Когда я подплыла к нему поближе, парень резко открыл глаза, будто почувствовав, что оказался не один. На мгновение мне даже стало не по себе: а вдруг я ему помешала, и он специально отплыл от всех подальше? Но, даже если это было так, он ни на секунду не показал недовольства.
– Ты неплохо плаваешь для человека, который первый раз на море, – усмехнулся парень.
– Вообще-то плавать можно еще и бассейне, в Москве их, знаешь ли, предостаточно, – хмыкнула я в ответ. – Так что я тренировалась, но до тебя мне далеко. Твоя скорость впечатляет.
Артур неожиданно рассмеялся, а я нахмурилась. Что смешного я сказала?
– Только не расстраивайся по этому поводу. Я профессиональный пловец. Точнее, был. Все время забываю, что нужно говорить об этом в прошедшем времени. – За иронией и безразличным тоном явно скрывалось что-то еще, но я никак не могла разобрать, что именно. Грусть? Тоска? Разочарование? Злость?
Картинка понемногу начинала складываться. Так, значит, вот откуда накачанные плечи и спина – парень, оказывается, спортсмен.
– А почему был? Извини, что спрашиваю. Просто любопытно, почему уходят из большого спорта.
– Из-за травмы. – Он поднял над водой правую руку, а глаза, наоборот опустил. Его тон стал холодным и отстраненным, а еще каким-то смертельно уставшим, словно ему до чертиков надоело это объяснять. – Нелепое происшествие, погубившее мою карьеру. Я сломал руку. Сначала долгое заживление, потом еще более долгие восстановление и реабилитация. Прошло уже больше года, а я до сих пор не вернулся. И уже вряд ли вернусь. Теперь только и остаётся поражать девчонок своей скоростью. Хотя, ты первая за это время, кого мне удалось впечатлить.
Я изумленно вскинула брови. Он что, пытается убедить меня, будто девчонки не выстраиваются за ним в очередь? Или он решил поиграть в игру “ты особенная и не такая как все”? Верно истолковав мое недоумение, он усмехнулся и продолжил:
– Я имел ввиду, что оказался в воде впервые за этот год. До этого не мог себя заставить.
– И как ощущения?
– Словно встретил хорошего старого друга.
Он грустно, но с особой теплотой улыбнулся, и я неловко замолчала, понимая, что попала в больное место. Я подбирала в уме слова, которые было бы уместно сказать человеку, потерявшему что-то важное в жизни. Но, к счастью, Артур избавил меня от этой необходимости – в утешающих речах я никогда не была сильна: сразу терялась, и мне казалось, что бы я сейчас не сказала, сделаю только хуже и больнее. Быстро вернув на лицо привычную обворожительную улыбку, он спросил:
– Как насчёт того, чтобы прыгнуть с волнореза?
Я опешила от его вопроса и посмотрела на длинную бетонную полосу, убегающую с берега в море. Довольно высокий, до воды, наверное, не меньше четырех метров. Страшно, если честно. Но, взглянув в насмешливо улыбающиеся глаза Артура, я поняла, что ни за что на свете ему в этом не признаюсь. Мимолетную грусть из них точно рукой сняло, и там заплясали озорные чертики – какие-то потрясающе быстрые перемены в настроении.
– Давай, – с энтузиазмом поддержала его я, как будто это была лучшая идея за последнее время, которую я только слышала.
Если он решил таким образом взять меня на "слабо" – у него ничего не выйдет. К таким играм я обладала хорошо развитым иммунитетом. Спасибо Ксении. Да уж, подруга бы мной непременно гордилась, узнай, что ее многолетние старания привить мне "вкус к приключениям" увенчались успехом.
Артур поплыл в сторону волнореза, легко разгребая воду руками. Смотреть на него было одно удовольствие: движения получались такими легкими и непринужденными, словно вода была его естественной средой обитания. И даже год без тренировок никак на это не повлиял. По крайней мере, так казалось мне, не имевшей ни опыта, ни особых познаний в этом виде спорта. Но он прав, соревноваться с ним мне, которая, в отличие от него, весь последний год два раза в неделю посещала бассейн, не представляло никакого смысла.
Я старалась не отставать, но получалось плохо, и ему приходилось несколько раз останавливаться, дожидаясь меня, но он, на удивление, не сказал ни слова. Хотя, я была уверена, что парень не сможет удержаться от подкола или шутки. Доплыв, я посмотрела на громадную конструкцию снизу вверх, и мне стало еще страшнее. Как же высоко, черт возьми… Мелькнула мысль отказаться от этой глупой идеи, послав к дьяволу и Артура, и чертей в его голове, ехидно сейчас ухмыляющихся.
– А как мы попадем наверх? – вместо этого спросила я. Мысль спасовать я постаралась отогнать подальше, пока она не успела как следует освоиться у меня в голове. То ли все-таки сказалось влияние Ксю, то ли хотелось задержаться возле Артура подольше вместо того, чтобы в одиночестве возвращаться на берег, но отступать не хотелось.
Втайне я понадеялась, что он сейчас скажет: “Наверх никак не подняться”, и можно будет, спокойно выдохнув, плыть обратно, отказавшись от дурацкого прыжка по объективным причинам. Но он поспешил меня расстроить.