Ана Диер – Вкус Ночи (страница 6)
Я не слушал её, в голове вспыхивали воспоминания о странной до ужаса встречи на карнавале. Тогда я сорвался впервые за долгие годы и намеревался лишь развлечься и подкрепиться, но её магнетизм впечатался на сердце отметиной, которую не вытравили даже годы. Тогда, двигаясь на королевской платформе, мы смеялись так искренне, она рассказывала, что собирается стать юристом, мечтает избавлять город от грабителей и убийц, но волею судьбы сама стала жертвой одной из них.
— Она не может умереть, Кейт.
— Чего? Ты рехнулся, что ли?
— Давай, кровь вампира в ней есть, всё получится.
— Ты не можешь! Нельзя обращать кого попало! Если не удаться? Она не пила твою кровь, то, что ты здесь, помазал по её губам, ничего не значит!
— Не получится не узнаем, я не могу позволить ей умереть, это всё меняет, Кейт, она справится! Мы научим её.
— Я не буду нянькой для чокнутой вампирши, это бред, просто давай позвоним копам и уберём труп этой дряни отсюда.
Я уже не слушал сестру. Столетия одиночества и вот она, та, кто остался в сердце и никак не хотел уходить, здесь и сейчас всё могло измениться, я мог подарить ей новый мир, как когда-то подарили его Франческе.
— Не делай этого, Крис. Ты не имеешь права за неё решать!
— Я должен, — я поднял взгляд на сестру, а потом безжалостно свернул шею попавшей в эту ситуацию случайно девушке. По телу пронеслась боль, вина и страх, которых я давно не ощущал, но назад пути не было.
Я поднял её тело на руки и молча двинулся к машине, пока Кейт поджигала труп вампирши.
Глава 3 — Сомнительные дары
«Он подарил мне целый мир, вручил ключи от бесконечности, но украл самое ценное — меня».
Катрина Ориндейл
Сегодня чёртово небо решило упасть на мою бренную голову, размозжив тело по серому асфальту, не иначе! Новый Орлеан вновь погружался в атмосферу дурацкого карнавала, который я ненавидела, атмосфера праздника вселяла в людей счастье, а я словно угасала с каждым следующим за закатом днём. Остаться в этом городе казалось моей самой большой ошибкой, со времён той ночи, ведь Орлеан не принимал тех, кто не верит в его оживающий дух.
Пять лет упорного обучения и практики закончились, а работать приходилось в загибающейся забегаловке, куда стекаются пьяные туристы по ночам. Выряжаться в помпезную кожаную юбку и напяливать парик блондинки, не являлось пределом моих мечтаний, но без работы и вовсе ждала нищета и позорное возвращение в родной городок.
— Выдохни, тряпка! — я уставилась на собственное отражение в зеркале, прикидывая, правильно ли, было перекрасить свой блонд в этот горький шоколад.
По ту сторону волшебного, зеркального мира на меня смотрела всё та же глупая девчонка, что пытается хоть как-то научиться выживать в жестоком и взрослом мире, который однажды отнял у неё родителей.
Нерешительная, замкнутая и абсолютно одинокая. Такой стала Катрина Ориндейл, и все жалкие попытки создать из этой ничтожной простушки уверенного в себе юриста провалились с треском. Судьба словно стучалась в мои двери всякий раз, когда жизнь начинала налаживаться и торопилась сбросить в пропасть прошлого.
— Последняя попытка, не возьмут здесь, соберу чёртов чемодан и уеду в Амстердам.
Я ещё раз досчитала до десяти, стараясь унять дрожь в руках, и взяла в руки губную помаду бледного, пудрового оттенка. Часы уже отсчитали полдень, а значит, поторопиться точно следовало, нельзя было показать в первый же день свою суперсилу — опаздывать всегда и везде.
Схватив сумку, я выбежала на оживлённую улицу города, приветливо здороваясь с рабочими, что устанавливали праздничное освещение на деревьях. Солнце припекало, в воздухе витала весна с ароматом пряностей и просыпающейся природы. Прохладный ветерок всё ещё заставлял надевать джинсовую куртку, но ощущения скорого тепла уже не отпускало разум.
— Катрина, прекрасного дня! — крикнула дотошная соседка со своего невообразимо красивого балкона, где она с любовью расставила горшки с геранями и зеленью.
Дальше по улице показались ребятишки, что разносили газеты по адресам; весело смеясь, они отсалютовали мне, провожая свистом и пожеланием хорошего дня. Казалось, весь наш квартал был чем-то неразделимым, живым организмом, что непременно был связан друг с другом невидимыми нитями. Каждая деталька, как кусочек пазла, без которого общая картина уже не сложится. Вероятно, поэтому я и не могла просто всё бросить и сдаться, сбежав, как крыса, поджав хвост.
— Мисс, помогите мне, пожалуйста! — голос старушки на другой стороне соседней улицы, заставил остановиться и бросить взгляд на часы. — Дочка, помоги занести пакеты.
— Ох, спасибо, не представляю, как бы я всё это сама и на второй то этаж! — причитала старушка, открывая морщинистыми руками дверь своей квартиры.
Наконец, старушка развела руками, пропуская меня в своё скромное жилище, и, осыпав благодарностями, вручила свежее зелёное яблоко.
— Ничего, но в следующий раз, закажите лучше доставку, меня могло не оказаться на улице.
— Ох, да разве же могу я доверять этим нелюдям? Принесут попорченного и чего мне, старухе-то потом делать?
— И то верно, берегите себя.
Я выскочила из её дома, когда стрелка часов уверенно переползла к двум часам дня. Такси поймать оказалось чем-то нереальным, а автобус я пропустила ещё полчаса назад и, закрыв глаза, сидела на остановке, выжидающе повторяя про себя тиканье стрелок на часах.
— Катрина, садись давай!
Подъехавший с оглушающим рёвом тормозов жук раскрыл двери прямо перед остановкой, и Саша высунулась с водительского сидения, махая рукой.
— Боже, тебя мне Бог послал?
— Да уж скорее дьявол, куда надо?
— Тресен воулд холдинг. И я снова опаздываю.
Подруга хмыкнула, срываясь с места. Скоростным её жука не назвать, но компактный автомобиль аккуратно срезал дорогу по узким улочкам старой части города. Я нагло разглядывала любимую подругу, с которой удавалось видеться чрезвычайно редко.
— Ты в курсе, что ТВХ – это компания Брана Салдинга? — наконец сказала она, сворачивая на очередной переулок.
— Сегодня что, весь мир против меня? — я откинулась на кожаное сидение, вспоминая, как грубо отшила Брана пять лет назад.
— Может это, наоборот, хороший знак? Он был влюблён в тебя.
— Ты же знаешь, что нет? Просто хотел пополнить список своих девиц.
Подруга резко нажала на клаксон на руле, разгоняя толпу детей с мячом на дороге, и повернулась ко мне.
— Могла бы и попробовать, всяко лучше, чем грезить, что однажды красавчик на одну ночь вернётся за тобой.
Стало особенно мерзко, на душе заскреблись чёрные кошки, напоминая о моей глупости в прошлом. Та ночь отложилась в памяти и не хотела прятаться как можно дальше в сознание, каждый раз напоминая о холодных руках Короля Марди Гра. Прошло столько лет, но день за днём по утрам я слышу в голове выгравированную на душе надпись, оставленную им.
— Я не ждала.
— Не ври мне, я же жила с тобой. Хочешь, схожу с тобой на собеседование?
— Было бы неплохо.
Жук припарковался на обширной парковке у стеклянного офисного центра, возвышающегося над площадью с фонтанами. Он заметно портил архитектуру, вовсе не вписываясь в европейский стиль площади, но когда у тебя много денег разве кого-то это волнует? Юридическая компания, что обосновалась на первом этаже, неплохо себя зарекомендовала, и поговаривали, что они даже работали с элитой, о чём я могла только мечтать. Такой шанс потерять было нельзя, и я уверенно вышла из машины, прижимая к себе сумку.
В просторном холле пахло кокосовым маслом и табачным дымом, что полностью шло вразрез с дорогой обстановкой и высоким зеркальным потолком. На ресепшене тоже стояли признаки успеха в виде золотых статуэток в придачу к блондинистой голубоглазке, что болтала по телефону.
— Добрый день, я в Тресен воулд холдинг, меня должны были ожидать.
Девушка уставилась на меня, хлопая ресницами, потом что-то сверила на мониторе своего компьютера и растянулась в фальшивой улыбке.
— Мистер Салдинг ожидал вас полчаса назад, но я провожу вас в его кабинет, вдруг повезёт.
Она пожала плечиками и двинулась к лифту, виляя задом, обтянутым в кожаную юбку, едва скрывающую всё, что необходимо. Приземистая в фигуре Саша брезгливо цокнула и подхватила меня под руку. Лифт со стеклянными дверями бесшумно поднялся на второй этаж и открылся сразу в личном кабинете Брана, что восседал в кожаном кресле с сигаретой в руках.
— Значит, я не ошибся, читая резюме, это и правда ты Катрин Ориндейл, — он поднялся с места, встречая нас. — и твоя вечная тень Саша Форкс, или же постойте, ты её тень?
Я почувствовала, что ненависть закипает в груди беспорядочной волной. Он не изменился не на год, всё тот же девятнадцатилетний парень, что запомнился мне в прошлом. Тёмные волосы, острый взгляд зелёных глаз, что жадно проходится по моей фигуре, и дурацкие шуточки, льющиеся как помои из ведра.
— Хорошо выглядишь, — буркнула Саша, окидывая мужчину взглядом.
— Стараюсь, девчонки, я же богатый и весьма успешный юрист, обязывает, понимаете ли.
Он подошёл к кожаному дивану и стеклянному столу, где уже стояли бокалы и виски.
— Я думаю, надо выпить за столь прекрасную встречу!
— Я за рулём, Салдинг, может, вы быстро поговорите и мы пойдём, а? — Саша смотрела на него в упор, я бы даже сказала сверлила взглядом, чувствуя сарказм мужчины, что вызывал мурашки по коже.