Ана Адари – Код крови (страница 32)
- Это невозможно, - вырвалось у Дэстена.
- Скажи мне, чего ты хочешь? – с любопытством спросил Намир аль Хали. – Ну, станешь ты императором. Получишь безграничную власть. А дальше что? Республика? Я ведь знаю, что ты отдал транспортер мэтру Леви. Ты раскрыл тайну фамильных артефактов, код крови. Раскрыл ее сам, не прибегая к обряду и не дав, таким образом, клятву. Поэтому ты счел, что можешь поделиться этой тайной с кем угодно, хоть с рабами. Им ты тоже хочешь дать транспортеры?
- Все равны, - сурово сказал Дэстен. – Сословная иерархия - это всего лишь предрассудки.
- Я снова слышу Тактакора, - удовлетворенно кивнул Намир. – Я устал с ним спорить. Устал доказывать, что достижения высокоразвитой цивилизации - это благо в руках лишь тех, кто морально к этому готов. Кто не использует эти достижения для удовлетворения низменных потребностей. В руках же баранов, к коим я отношу аборигенов, эти достижения становятся злом. Ну, раздашь ты рабам транспортеры. И что они с ними будут делать? Смотреть картинки и шастать друг к другу в гости. Работать при этом перестанут совсем. А зачем работать? Если можно постоянно развлекаться. Пока у рабов нет свободы перемещения, мы можем ими управлять. Но как только они получат эту свободу, империи больше не станет, это верно. Но что тогда наступит? А я тебе скажу. Хаос. Империя это далеко не вселенское зло. В ней строгий порядок и иерархия. Единоначалие. Рабы стоят на низшей ступени развития в том, что касается умственных способностей. Их потребности низменны. Есть, спать, размножаться. Работают они только из-под палки. А если есть возможность отлынивать от работы, они обязательно этим воспользуются. У них нет такого понятия как долг, ответственность, стремления стать лучше, и подумать о чем-то кроме еды. Это максимум, к чему они стремятся: поесть повкуснее и посытнее. И спариться.
- Но вы ведь и не пытались дать им образование! Поделиться знаниями!
- А зачем? Ты полагаешь, они смогут поверить в то, что подъемная сила крыла это не черная магия? Разберутся в сложнейших расчетах? Хотя бы поверят в них. В науку. Люди охотнее верят в колдовство. Как ни странно, магия им понятнее. Почему? А потому что. Не надо ничего доказывать и объяснять, никаких теорем. А потому что магия. И точка. Ни логики, ни смысла, одна слепая вера. Тактакор предлагал добровольно убраться отсюда. Поискать своих. Ты и эту его идею поддерживаешь?
- Да.
- Глупо. Ты ведь полукровка. Наша цивилизация тебя вряд ли примет. Ты навсегда останешься чужаком.
- Я готов рискнуть.
- А я нет! – резко сказал Намир. – Поэтому реактор в Игнисе я заблокировал навечно. Его теперь не удастся разогнать. Ковчег главного Храма для вас, сторонников Тактакора потерян. Когда я стану императором, то заблокирую и остальные. Навечно.
- Вы не станете императором.
- Посмотрим. Но я прекрасно понимаю, что сейчас еще рано. Мне нужно время. Поэтому я и предлагаю договориться. Ты дашь мне время, а я оставлю тебе мать.
- Но я не могу предать своих сторонников! Они в меня верят!
- Ты уже однажды нарушил клятву. Обещал сирре Ололе, что женишься на ней и обманул. Главное начать, сир Хот. Предал одну, предашь и других. Ты же видишь: ничего ужасного после твоего предательства не случилось. Ты счастлив со своей женой, Олола держит в своих руках императорский двор.
- Но она несчастна! – вырвалось у Дэстена,
- А ты почем знаешь? – насмешливо спросил Намир. – У нее в руках безграничная власть. Чего мы все хотим? Золота, любви и власти. Потеря одного прекрасно компенсируется другим, если этого другого много. Допустим, золота. Или власти.
- Неправда! Не все такие, как вы думаете!
- А я полагал, что ты повзрослел, - тяжело вздохнул Намир аль Хали. – Ты хочешь вместе со своими сторонниками развязать кровавую войну. Да, вы готовились, но и я не спал. Арсенал Игниса все еще огромен. Ваши столицы защищены, но не остальные города. Хочешь воевать? Пожалуйста.
- Это не только мое решение, - губы у Дэстена пересохли. – Императора Ранмира ненавидят все.
- Ты лидер. Вожак стаи. Все остальные гораздо слабее. Ты думаешь, Закатекасам охота воевать сейчас, когда Гота, наконец, беременна? Она останется дома, а Линару придется вести в бой чихуанских солдат. Гота прекрасно знает, что ее муж гораздо лучшее танцует балет, чем воюет. Да, Линар изменился. Думаешь, я не знаю, что одним из сьоров, штурмовавших красные каменоломни был он? Тем не менее, это по-прежнему принц Линар. Который ненавидел и ненавидит войну. Гота любит его до безумия, и мысль о том, что он может погибнуть, для принцессы подобна смерти. Тем более сейчас, когда она ждет первого ребенка. Таким образом, Закатекасы тебя поддержат. Атль уже стар, Осор, напротив, еще молод. Нэша тоже беременна.
- Но братья Готвиры…
- Старший, наследник Дома, счастливо женат на твоей двоюродной сестре. Их сын еще совсем кроха. Эти Виктории из дома дальних все похожи на сладкие конфетки, - усмехнулся Намир. – Муж у твоей сестренки под каблуком. Если ты ей скажешь, что война откладывается, грата Виктория Бледная только обрадуется. Охота ей была так быстро становиться вдовой. Она надавит на мужа, наследника Дома, самого воинственного из Готвиров. Анрис поупрямится, конечно, но в итоге сдастся. Особенно после жаркой ночи, в постели очаровательные граты дальних особенно убедительны. Мне ли этого не знать. Анрис предпочтет остаться с женой. Дела во Фригаме найдутся, она больше всех пострадала во время торпедных атак, Ранмир ведь ударил по северным дважды. Остается младший брат Анриса. Рэнис Готвир. Не такая уж большая проблема. Как видишь, все в твоих руках, сир Хот.
- Почему вы меня так зовете? Я давно уже сьор Халлард!
- Никогда ты не будешь сьором. Не обольщайся. Но если ты так хочешь, я назову тебя Халлардом. И даже сьором. Если мы договоримся.
- Вы должны поклясться, что и пальцем не тронете мою мать. Забудете дорогу в ее спальню.
- Клянусь, - насмешливо сказал Намир, приложив к груди правую руку. – В конце концов, она далеко не единственная красивая женщина на свете. Есть много других.
- Вот и обратите свое внимание на них, - сердито сказал Дэстен.
- Куда деваться? – притворно вздохнул сьор аль Хали.
- И еще вы должны отпустить мою мать в Нарабор, повидаться с отцом. Вместе с моей… - Дэстен запнулся.
- Ну, продолжай. С твоей единокровной сестрой. Мы ведь решили, что знаем все тайны друг друга.
- Вы также должны понимать, что мир не может длиться вечно.
-Я прекрасно это понимаю. Но мне, как и тебе нужно время. Хотя бы пять солнц.
- Пять солнц! О, Мрак, что вы задумали, сьор аль Хали?!
- Не пытайся меня понять, сир Хот, - Намир встал. – Извини, сьор Халлард, конечно. Я чужой даже среди вас, высокородных. Язнаю гораздо больше и вижу гораздо дальше. Границы вашей Республики, которую вы приметесь делить, как только своего добьетесь. Я пытаюсь удержать вас от гибели. Мы бы славно протянули, ну скажем, еще пару тысяч солнц. Пока артефакты высших не сгинули бы навеки. Погребенные под толстым слоем песка.
- Но почему не дать их людям?! – Дэстен тоже встал.
- Я же тебе сказал: они еще не готовы. Они пока дикари, которым нужны стеклянные бусы, а не транспортеры. Пусть играют с теми вещами, которые для них не опасны. И для планеты. Но не дай Огонь, допустить этих дикарей к торпедам.
- А Ранмир не дикарь? – вырвалось у Дэстена.
- А это, мой мальчик, уже государственная измена, - погрозил ему пальцем Намир. – Впрочем, я об императоре такого же мнения, а потому тебя не сдам. Возвращайтесь в Нарабор, сьор Халлард, - официально сказал он. – И можете захватить с собой грату Викторию. Одну или с дочерью, как моя супруга пожелает…Может быть, мы все-таки выпьем вина, чтобы скрепить наш союзный договор?
- Спасибо, но нет, - твердо сказал Дэстен. – И еще одно: никто не должен знать об этом нашем договоре.
- Это само собой. Слово сьора.
Дэстен чуть, было не рассмеялся. Разве оно что-то стоит? Слово аль Хали? Но сдержался. Нэша тоже не хочет этой войны. Граты ждут детей, в кои-то веки беременна не одна, а сразу две наследные принцессы. Пять солнц мира дали высокородным и сьоров, и маленьких грат.
Одна из них, стоя у портала, цеплялась за пышную юбку матери, одетой согласно рангу в пурпур аль Хали, как для официального визита. Дэстен с улыбкой смотрел на единокровнуюсестренку, тоже в красном платьице, но пока еще коротеньком, открывающим тоненькие детские щиколотки и крохотные ступни в удобных кожаных туфельках с загнутыми носами. Ее назвали согласно традициям аль Хали: Калафия. Но пока грата была крошкой, все звали ее Фия.
Сын Дэстена и Нэши, маленький принц Дамиан еще ни разу не видел свою тетю, которая всего на два солнца старше. Сегодня в Нараборе будет семейный праздник.
И неважно, какой целью куплен этот мир. Важно, что он надолго. И граты этому только обрадуются.
Глава 18
Глава 18
«В конце концов, моя жена и самом деле не единственная красивая женщина на свете. Тем более Виктория уже не молода», - думал Намир аль Хали, решивший с наступлением темноты прогуляться по Калифасу. Как всегда в сопровождении верного сира Хиса. После того как прежний любимчик, Махсуд обосновался в столице империи, упрочив свое место в Малом Совете, о чем Намир порою думал с досадой, пришлось приблизить другого слугу. А жаль. Мухсуд был хорошим собеседником, с ним Намиру ни разу не было скучно. Теперь же проныра развлекал разговорами императора на заседаниях узкого круга приближенных. Старший брат правителя тоже мог присутствовать на Малом совете, его никто не лишал этого права, просто Намира официально не звали. А напрашиваться он не привык.