Ана Адари – Код крови (страница 28)

- Простите, император! Я виновата! Она все время убегает! – и сирра упала на колени, пытаясь обнять огромные сапоги Ранмира. Он невольно попятился:

- Кто убегает?

- Она, - сирра кивнула на темную нишу. – Я попробую ее оттуда достать. Хотите, я вам ее покажу? – женщина кинулась к нише.

- Стоять! – рык императора заставил сирру остолбенеть. Она невольно втянула голову в плечи. – Назад! – скомандовал Ранмир.

Сирра попятилась, и сжалась в комок, когда огромная рука императора опустилась на ее плечо.

- Кто там? – Ранмир кивнул на нишу.

- Ваша дочь.

- Моя дочь?! – он совсем забыл, что у него есть дочь. То есть, детей у Ранмира было много, но все - бастарды. И если мальчиков он еще помнил, а некоторых и по именам, то о девочках имел смутное представление. Знал только, что они есть.

- Принцесса Эсмира.

- Но почему она здесь? – с недоумением спросил Ранмир.

- За ней приглядывала ваша мать, а она умерла. И сьор Самир велел отправить девочку к отцу.

- Не мешало бы и меня спросить, - проворчал Ранмир.

- Если она вам докучает, вы ее больше не увидите.

- Она давно мне докучает, и вы ничего не можете с этим поделать. Как ей удается убегать?

- Это маленький зверек. Она очень хитрая.

- Возьмите в помощь еще с десяток нянек, но сделайте так, чтобы ребенок впредь не попадался мне на глаза.

- Слушаюсь, император.

Но видимо и десяток сирр не мог удержать принцессу, которая, собственно, мало была на нее похожа. Скорее, дикая кошка. Однажды Ранмир услышал отчаянный визг. Ребенка, похоже, удалось поймать, и он выразил бурный протест. Пока эта кошка ходила за Ранмиром по пятам, во дворце, по крайней мере, было тихо.

- Эй, кто там! – крикнул император.

В дверь робко протиснулась давешняя нянька.

- Что там за шум?

- Ваша дочь… Я хотела сказать, кронпринцесса.

- Она не кронпринцесса, - нахмурился Ранмир. За дочерью ненавистной Сатары он никаких титулов не признавал. Это было прошлое, которое Ранмир стремился забыть.

- Грата Эсмира. Она ведь грата?

В этом сомнений не было, вид девочки говорил сам за себя, и Ранмир кивнул.

- Так вот маленькая грата укусила стражника. А няньке воткнула в руку нож.

- А зачем вы разбрасываете ножи в комнате у ребенка?

- Это не ребенок, а исчадье Мрака! Простите, император! – сирра испуганно зажала рот.

- Она аль Хали, - вырвалось у Ранмира. – Конечно, девочке не нравится, когда ей что-то запрещают.

- Но вы же сами приказали…

- Отпустите ее. Она мне не мешает.

- Но вы же сами…

- Теперь я знаю, что это не кошка. И не другой какой-нибудь зверь. В моем присутствии девочка ведет себя тихо. И держится на почтительном расстоянии.

- А что если она попытается его сократить?

- Тогда я сам приму меры.

Эсмира не пыталась. Ранмир со временем привык к тому, что за ним кто-то ходит. И не обращал на ребенка внимания. А она не докучала. Однажды Иньес сказала:

- Во дворце появилась еще одна принцесса.

- Я знаю, - кивнул Ранмир.

- Принцесса аль Хали, - подчеркнула Иньес.

- И что с того?

- Надо ли заняться ее воспитанием, мой сьор?

- У нее достаточно нянек. С одной я уже беседовал. Скажите о девочке сирре Ололе. Она знает, что делать.

Ранмир уже привык к тому, что женскими делами в его дворце занимается фаворитка. В частности, воспитанием детей. Все, что с ними связано Чикиту все больше раздражает. Если Олола сочтет, что девочке надо познакомиться со своими единокровными братьями, пусть так и будет. Если же нет, то Ранмиру нет до этого дела. Он вообще не думал, что когда-нибудь увидит этого ребенка. Встреча императора с Эсмирой планировалась только на ее свадьбе.

Но взгляд все чаще натыкался на сидящую на корточках маленькую черноволосую девочку. Эсмира безошибочно находила в огромном дворце отца и, убедившись, что он надолго останется на одном месте, доставала свои игрушки и неслышно ими занималась. Приглядевшись, Ранмир заметил, что это солдатики. Конница, пехота, крохотные гондолы. Карманы Эсмиры оказались полны этого барахла. Но она Ранмиру совершенно не мешала. Играла, молча, в то время как он занимался своими делами, держалась в отдалении. Ей достаточно было того, что император в поле ее зрения.

«Что ей от меня надо?» - гадал порою Ранмир.

Однажды из любопытства он сам решил подойти. Девочка тут же вскочила. Она смотрела на грозного отца с любопытством, но без страха. Как только Ранмир протянул к ней руки, Эсмира отпрянула. Двигалась она с удивительным проворством, будто и впрямь была кошкой.

- Шустрая, - ухмыльнулся Ранмир. И отступил.

В конце концов, какое ему дело до принцессы? Была бы она мальчиком, тогда бы и его жизнь сложилась по-другому. Возможно, он даже не был бы сейчас императором.

Сердце до сих пор отзывалось болью. Ранмир помнил, с какой надеждой он возвращался с гор, после утомительного похода. И какой мертвой тишиной встретил его собственный дворец.

- Проклятье! – он стукнул по столу огромным кулаком.

Эсмира вздрогнула и подняла голову от своих солдатиков. Какое-то время отец и дочь смотрели друг на друга. Эсмира словно почувствовала, на кого разозлился император. Но глаз не опустила. Они были большие, черные, с красной точкой вместо зрачка. Как у всех высокородных. Разве что зрачки у Эсмиры были гораздо больше, чем положено. Казалось, у нее в глазах горит огонь.

Ранмир вдруг понял, что она его совсем не боится. Если это любовь, то странная. В руки девочка не дается, не хочет, чтобы ее приласкали, даже поговорили с ней.

А умеет ли она вообще говорить? До сих пор Ранмир не слышал из ее уст ни слова, только отчаянный визг.

- Эй, ты, - позвал он. – Как там тебя?

- Эсмира, - раздался чистый и звонкий голос. – Эсмира аль Хали.

Она сказала это с гордостью. Для своих лет ребенок говорил удивительно чисто и уверенно. Ранмир понял, что его дочь далеко не дурочка. На вид она вполне здорова, хотя хорошенькой ее не назовешь. Слишком уж крупная, и черты лица резкие. Да, без всякого сомнения, это его дочь.

- Ну, иди сюда. Я Ранмир. Ранмир аль Хали.

Он не сказал отец. Знает ли это девочка? Что ей вообще про него сказали?

Эсмира не тронулась с места. Ранмир понял, что она очень упрямая. Подойдет, когда захочет. Он разозлился, но потом вдруг рассмеялся. Любезничать с женщинами он никогда не умел. Разве что изловить ее, эту маленькую дикую кошку? Ранмиру захотелось ее рассмотреть. В конце концов, это его единственный законнорожденный ребенок. От высокородной граты. Хоть и девочка, но безупречная, с чистой кровью.

Чем бы ее приманить?

- Пирожное хочешь? – спросил он. – Или конфет?

Эсмира отрицательно покачала головой. И Ранмир махнул рукой. Дела важнее.

К девочке постепенно привык не только он. Дошло до того, что во время Малого Совета, когда все увлеченно обсуждали возможный бунт на нижнем ярусе Игниса, чуткий Махсуд вдруг прервался на полуслове и прислушался.

- Кто это там, в углу? – удивленно спросил он.

- Надо же, и сюда пробралась, - рассмеялся Ранмир. – Такое ощущение, что для этого ребенка не существует никаких запретов и замков.