Ана Адари – Багряный песок (страница 37)
- Это отличная новость, - одобрительно кивнул Аксэс. – Ты ведь знаешь, что я тоже должен жениться. И хорошо бы мы справили две свадьбы в одну луну. Раф готов провести обряд.
- Где? В Игнисе?
- Таковы традиции. Сначала праздник будет в столице империи, ну а потом уже у нас в Чихуане. Но мои дела в отличие от твоих далеко не так хороши. А точнее сказать, все скверно. Потому что у меня есть соперники. Братец Шарль уже здесь. И Дамиан вот-вот появится. А он чертовски хорош собой. Разумеется, Айла выберет его.
- Принцесса уже здесь?
- Да, вчера прибыла, - довольно кисло сказал король. - Сегодня появится при дворе. Я вас официально представлю. Она ведь аль Хали. Твоя сестра по отцу.
- Ее мать меня не выносит, - усмехнулся Кахир. – Потому что считает, будто именно настоятельница Веста прокляла Ранмира аль Хали. До меня дошли эти слухи. Вдовствующая императрица считает, что я соперник Рафа в борьбе за трон.
- Ну, Олола может считать все, что угодно, кто ее особо слушает? – усмехнулся король. – Какую-то сирру Бауэр, - презрительно добавил он. – А ты наполовину аль Хали. И по своему происхождению выше не только самой Ололы, но и принцессы Айлы, хоть она и законная дочь императора. Все знаюто том, что мать Веста древних царских кровей. Если уж и поклонишься сестричке, то, как можно небрежнее. И все поймут.
- Тогда почему за руку Айлы развернулась такая борьба? – удивился Кахир.
- Она дочь императора, сестра императора, а заодно и императрицы. Кроме безродной матери у Айлы нет недостатков. Поэтому у нее есть выбор. А у меня нет. И что мне делать, а?
- Полезай к ней в окно, - рассмеялся Кахир. – Я-то смог.
- В окно к принцессе Айле?! – в ужасе сказал король. – Ты бы ее видел!
- Я видел.
- Она аль Хали! Надменная, заносчивая, неприступная. И… красивая. А я в отличие от тебя король. Я не могу в окно, - уныло сказал Аксэс.
- Помнишь, ты мне говорил, что за любовной дребеденью все обращаются к Анжу? Я хотел сказать, к лэрду Ларису.
- Для тебя он отныне просто Анж. После того, как ты сделал предложение нашей Летис. А что, хорошая мысль. Позавтракаешь со мной? – гостеприимно предложил король. – По-родственному. А вечером будет большой прием. Официальное открытие праздника весны. Тогда-то и начнется, - он тяжело вздохнул.
… Брата-бастарда Аксэс нашел в одном из шатров. Анж позировал художнику. Красавец был одет по-восточному, так как это любили в Калифасе, в шальвары и коротенькую сплошь расшитую золотом и жемчугом безрукавку, открывающую не только плечи, но и поджарый живот. Анж был прекрасно сложен и не стеснялся обнажаться, тем более ради искусства. Он возлежал на подушках у стола с живописным натюрмортом. Художник любовно выписывал на холсте сочные персики, но с еще большей любовью черные кудри лэрда и его необыкновенные синие глаза.
Вокруг шатра само собой толпились дамы, которые то и дело заглядывали то через плечо художника в мольберт, то в шатер, полюбоваться на Анжа и восхищенно щебетали:
- Очаровательно!
- Лэрду Ларису невероятно идет костюм в восточном стиле!
- Какая блестящая картина получается!
- Выдающаяся!
При виде короля художник оторвался от работы и низко поклонился. Дамы, переглянувшись, дружно сделали реверанс, и отошли на почтительное расстояние. Анж тоже хотел встать, чтобы приветствовать царственного брата по этикету, но Аксэс махнул рукой:
- Сиди. Отдохните немного, мэтр, - сказал он художнику и тот торопливо удалился. Понятно, что братья хотят поговорить наедине.
- У тебя невеселое лицо, - заметил Анж.
- Айла в Чихуане. Вечером прием. Мне придется за ней ухаживать.
- Ты ведь не девственник, - осторожно заметил Анж. – В чем проблема? Боишься девушки, как будто на первом в жизни свидании. Это ведь ты впервые затащил меня в бордель, - с улыбкой напомнил он.
- Я тогда был наследным принцем, делами занималась мать. Развлекался как мог. А ты приехал из провинции, такой застенчивый. И совсем еще зеленый. Но быстро освоился, - заметил Аксэс. – Сейчас ты любимец дам и самый красивый мужчина в империи.
- Этот неофициальный титул пока за Рафаэлом Тадрартом.
- Он холоден, как лед. А ты горяч, как солнце. Я ведь пришел к тебе с просьбой, брат.
- А именно?
- Мне надо, чтобы принцесса Айла захотела остаться в Чихуане. Ты это можешь устроить.
- Ты куда это клонишь? – синие глаза опасно сверкнули. – Айла, если останется в Чихуане, то королевой. Твоей женой. А твоя жена для меня неприкосновенна. Я слишком многим тебе обязан.
- Я и не говорю, что ты должен с ней переспать. Держи ее на расстоянии.
- Это будет сложно, - задумчиво сказал Анж.
- Дамиан опасный соперник. Очень. Я хочу, чтобы Айла даже не заметила его присутствия на празднике весны. Сделаешь?
- Хорошо. Это ведь политика. Чихуану так нужен этот брак?
- Необходим, - серьезно сказал Аксэс.
- Она останется, - и Анж улыбнулся.
… Айла была взволнованная и крайне возбуждена. Но это от радости. Вместе с ней из Игниса прибыли шикарные платья. О, нет! Она не будет выглядеть в этой блестящей толпе гостей замарашкой! К тому же решается ее судьба. Мать хочет, чтобы Айла вышла за Шарля Готвира.
Еще чего! Ни он, ни Аксэс Закатекас Айле не по душе. А вот Дамиан… И грата наряжалась так сегодня исключительно для него. В конце концов, у Нарабора достаточно влияния. Стоит только захотеть.
Она и искала глазами принца Дамиана, едва вошла в парадную залу Чихуанского дворца. Сначала прием, потом ужин, и – танцы. Ночью фейерверк.
- Король здесь! – объявил церемониймейстер.
Его величество вошел вместе с матерью. Гота была в черном. Но все сделали вид, что так и должно быть. Следом за королем шла его сестра. И тут же лэрды из королевской свиты, особо приближенные.
- Как же хорош сегодня Анжело! – услышала Айла за спиной восторженные женские голоса. Ее фрейлины говорили шепотом, но когда их так много… Поневоле, услышишь!
- Сапфиры, которыми украшен камзол, точь-в-точь как его дивные глаза! Синий ему необычайно идет!
- Какие кружева на воротнике! А перстни? Роскошно, но, тем не менее, изысканно! Как выгодно отличается лэрд Ларис от других кавалеров!
- Ах, ему все к лицу!
- А какая грация!
- Он само божество!
- Я бы полжизни отдала за один его поцелуй!
«О ком это они?» - Айла уже невольно искала глазами предмет разговора. О лэрде Ларисе она, как и все в империи, была наслышана, но до сих пор они не встречались. Анж, всего лишь лэрд, не появлялся в Игнисе, Айла, незамужняя грата, стараниями матери избегала визитов в развратный, как та говорила Чихуан.
- Грата Айла, - услышала она низкий мужской голос за спиной. – Рад вас видеть.
Она обернулась: Дамиан. Хорош. Одет почти безупречно. Но Айла уже увидела
И тут лэрд Ларис поймал ее взгляд, слегка поклонился и улыбнулся. Айлу словно обожгло. Какая неземная красота! Дамиан тоже, конечно, хорош собой, но он какой-то… приземленный что ли. Мужчина-воин. Правитель.
А Анж… Он любовник. Поэт. Демон-искуситель. Потому что не отрывает от Айлы своих бездонных синих глаз. Это непозволительно, так смотреть на девушку! Это надо прекратить! Но отвернуться Айла была не в силах.
- Вы отдадите мне первый танец, грата Айла? – спросил наследник Нарабора.
- Да. Конечно, - ответила она машинально.
Потом она шла по сверкающему паркету в бальном зале, как в тумане. Потому что на обеде Анж сидел напротив. Чуть левее, все же Айла была законнорожденной принцессой, а он всего лишь лэрдом, но ей было его отлично видно. Как он улыбается сидящей рядом даме, как передает ей блюдо с дичью, хотя необходимости в этом нет: слуг вокруг полно.
Но дама хочет вкусить нежнейшую фаршированную перепелку из рук лэрда Лариса. Девица вообще с него глаз не сводит. А он ей что-то говорит. На ухо. И щечка юной леди розовеет. Айла с досадой слышит ее серебристый смех. Потому что ей хочется, чтобы черный локон Анжа коснулся
Мужчина не может быть так преступно прекрасен!
- Вы разрешите пригласить вас на танец, грата?
У нее вдоль позвоночника мурашки побежали, а сердце заскакало в груди, будто кузнечик.
- Вы уже успели оценить весенний Чихуан, грата Айла?
- Нет, я только вчера прибыла.
Она невольно разозлилась на себя. Слова изо рта вылетают какие-то чужие. И слишком уж она холодна. Анж может счесть ее надменной и злюкой.
- Вы настоящая принцесса, – вдруг интимно улыбнулся он и наклонился к самому уху Айлы. Ее нежную кожу обжег горячий шепот: – Я не могу вам этого не сказать. Поражен в самое сердце. Я ведь романтик, и сам пишу стихи. Я вам как-нибудь их почитаю. Все они посвящены Прекрасной Даме. И тут вы! Как из сказки. Вам читали в детстве книжки, грата?
Ну вот! Он, кажется, считает, что Айла так и не выросла!