Ан Ма Тэ – Стена и Молот (страница 10)

– Далее, наши повара, которые будут кормить и нас с вами и детей… Михал Константиныч, покажитесь.

Дородный усатый дядька поднял руку и чуть-чуть привстал. Коля повернул голову.

– Можно просто – дядя Миша. – Пробасил повар.

– Спасибо, – сказала директриса, – и ещё Надежда Владимировна. – Полная тётка махнула рукой.

– Ещё тётя Тая на кухне. – Пискнул кто-то из девушек.

– Ага, верно. Таисия… – директриса вопросительно повернулась в кореянке.

– Сергеевна. – Быстро ответила та.

– Да… и ещё в помощь нашим поварам, уважаемый… Мансур Хамидович. Правильно? От него ещё мы будем ждать настоящий узбекский плов. Так?

Коля видел, как узбек в тюбетейке улыбнулся и согласно закивал.

– Поскорей бы! – крикнул кто-то, под одобрительное шушуканье.

А директриса знакомила всех дальше.

– Так, это у нас люди ответственные за, так сказать, жизнеобеспечение. А, вот ещё. Медицина у нас представлена очень симпатичным фельдшером. Алина Витальевна, покажитесь.

Милая мелированная девушка коротко помахала ладошкой.

– За всякими недомоганиями можно к ней. У неё целый рюкзак бинтов и таблеток. Полостную операцию проводить мы в наших условиях, конечно, не будем, но если вдруг – «тьфу-тьфу-тьфу» – директриса постучала по столу, – что-нибудь такое случиться, то, дежурная машина всегда будет здесь. Везём в город, в больницу. Та-а-ак…

Она отложила один листок и взялась за другой. Наморщила лоб, вчитываясь.

– Та-ак. – повторила она. – А теперь, все те, от кого зависит, чтобы никакое такое «вдруг» у нас не случилось. Итак, вожатые… Значит, у нас в лагере будет четырнадцать отрядов. В каждом по десять человек. Итого: сто сорок детей. Ну, может кто-то в последний момент не подъедет, но всё у нас сделано из расчёта на эту цифру. Так, вожатые… Давайте сами по порядку. Вон, с того конца, пожалуй. – Она мотнула головой в сторону окна, в противоположный от Коли край. Там, как раз, сидели «эти». Послышалось быстрое вошканье и приглушённый шёпот – «давай ты, Марк. – Да нет, пусть Данька начинает. Он старше. – Да, ты с краю, давай уж..». В итоге встал светленький плотный парнишка, которого Коля видел в поезде с гитарой.

– Здравствуйте. – Он немого смущённо улыбался. – Меня Марком зовут.

– Чего же боле? – хмыкнул опять чей-то голос.

– Ну да, – Марк кивнул, как бы даже соглашаясь с этой репликой. – Мне двадцать два года. Вот и всё…

– … что я могу сказать о войне во Вьетнаме. – Тихонько прошипел тот же голос.

Дальше встал светло-русый парень в рубашке с длинным рукавом, заправленной в светло-песочные брюки. Коля не видел его в поезде, но по всему его облику было понятно, что и он из «этих».

– Добрый день, – сказал он, оглядывая всех сидящих. – Я Данил, мне двадцать шесть лет, фамилия моя Половцев. Да, и я местный, из Находки. Нас тут несколько таких. – Он приветливо ещё раз обвёл глазами зал, и собрался было сесть, как его прервала Валентина Викторовна.

– Вы ещё, насколько мне известно, старожил этого лагеря. Это уже ваш третий сезон. Правильно?

– Да, всё правильно. Я учусь, уже заканчиваю Уссурийский Пединститут. В позапрошлом году я сюда попал на практику, потом в прошлом году… Ну, и вот, в этом, уже почти автоматически.

– Элеонора Робертовна отзывается о вас очень положительно. Надеюсь, и в этом году вы также постараетесь.

– Я надеюсь, что все постараются. – Улыбаясь, ответил Данил и сел.

– Вот, прошу всех вожатых обратить внимание на него. – Это уже включила кореянка Элеонора. – Человек знаком с этим лагерем, всё тут знает, весь распорядок, всё расположение. Для нас это очень ценный кадр, поэтому прошу, обращайтесь к нему за советом. А вы, Данил Сергеевич, пожалуйста, делитесь опытом.

– Да просто «Данил», Элеонора Робертовна.

Потом встала девочка в длинной юбке и голубой джинсовой рубашке навыпуск.

– Я Аня Коломиец, тоже учусь в пединституте в Уссурийске. Мне двадцать один год. Я тоже из Находки. – Она быстро села. Сразу поднялась ещё одна девчушка в такой же юбке и почти такой же рубашке навыпуск, и лицом почти точная копия предыдущей.

– Я Юля Коломиец. Учусь в Находкинском Педагогическом колледже. Мне девятнадцать лет.

Затем встала ещё одна девушка из поезда, потом ещё, но Коля уже не слушал – скоро очередь дойдёт до него и ему надо будет представиться. Что ему сказать? Такая, вроде бы, простая вещь, вдруг показалась непреодолимым препятствием. Коля никогда не был силён в изобретении уклончивых формулировок, да, от них, десантников, этого и не требовалось. Точнее требовалось прямо противоположное – коротко и ясно доложить суть. И чего ему докладывать? Что он отчислен из военно-воздушного десантного училища имени дяди Васи? За «недостойное, порочащее курсанта поведение» и мордобой. Что генерал лично хотел его пристрелить в собственном кабинете, и он бежал на Дальний Восток?

– …ита Истомина. Педагогический Колледж. Из Брянска – ухо толкнуло привычное слово. Коля поднял глаза. Очередная «эта» из поезда рассказала о себе и села. Потом поднялась улыбчивая девушка, по лицу как будто совсем девочка. Тоже из поезда.

– Здрасьте. – выпалила она, краснея и улыбаясь одновременно. – Меня зовут Люба Сластина. Я тоже из Находки. – Когда она улыбалась, на щеках у неё розовели задорные ямочки.

– Конфеткина-Клеёнкина. – прошипел невидимый за сидящим народом шутник. Люба шикнула на него и села.

После неё встала чуть полноватая блондинка в джинсах с каре, с каким-то рассеянно-удивлённым лицом, по виду ей было хорошо за двадцать.

– Наталья Канкина из Уссурийска. Тоже пединститут, только я уже выпустилась несколько лет назад. Сейчас работаю в школе. Специальность: английский язык.

Затем поднялся белёсый худощавый парнишка в бежевых джинсах и белой футболке.

– Здрасьте всем. Меня зовут Артём, я тоже из Находки. Педагог я не профессиональный, а скорее стихийный, и даже где-то экстремальный. Но с детьми сделаю всё, что смогу. – Он явно пытался острить. Кажется, это его голос выдавал «пошутилки» со второго ряда. – Мне двадцать шесть лет, как и Данилу. Фамилия моя…

– Кащеев-Барашкин! – это уже Люба нанесла ответный удар. Коля поневоле улыбнулся – парень и в правду был тощеват и на его голове мелкими волнами, словно приклеенные, лежали пшеничные волосы.

– …а фамилия моя древнего рода Верёвкиных. – Закончил тот и с показным достоинством сел на место.

Колю, непривычного к такому вольному общению со «старшими по званию» слегка покоробило от манеры шутника. Но, ни директриса, ни Элеонора, казалось бы, не смутились, они со снисходительными улыбками выслушали Артёма и перевели взгляд на следующего человека. Это был крупный рыхловатый парень в широких синих шортах и кроссовках на босу ногу.

– Мандрыгин Андрей. Москва. То есть сам из Подмосковья, Дедовск; а живу и учусь в Москве. У меня тоже своего рода педагогическая практика. Кандидатскую пишу по теме пионерских лагерей. Собираю материал, ну вот, к вам вожатым. – Он сел.

Коля вдруг понял, что все присутствующие смотрят на него.

– Э-э. – Он встал на ноги. – Меня зовут Молотов Николай. – Начал он. Он так и не придумал, как ловчее сказать, поэтому рубанул как есть. – Десантное училище. К вам вожатым. Мне двадцать четыре года. – И, уходя от возможных опасных вопросов, он быстрее сел, чувствуя, как его продолжают буравить любопытные взгляды.

– Хорошо. – Сказала директриса. Так вроде из вожатых у нас все. – Она переложила листок назад и открыла следующий. – Теперь, так сказать, на десерт. Дамы и господа – она улыбалась – Этот заезд у нас особенный. Для практики английского языка у нас имеется особенный гость, прямо из Соединённых Штатов Америки. Саймон Клеменс, прошу любить и жаловать.

– Саймон, плиз! – Она смотрела на стройного подтянутого парня в шортах, который так и сидел, не сняв кепку. Парень, поняв, что обращаются к нему встал, радостно улыбаясь во все зубы.

– Hello, everyone! – Оннемногопомялся. – As you heard, my name is Simon Clemens. It’s a really big privilege for me to be here with you.–Онвопросительнообвёлглазамикомнату.

– Так, нам кто-нибудь с переводом поможет? – встряла директриса.

– Давайте я. – Училка английского из Уссурийска с готовностью встала и перевела: «Всем привет. Как вы уже слышали, меня зовут Саймон Клеменс. Для меня это огромная привилегия быть здесь с вами… – Goon, please… – последнююфразуонасказала,обращаяськамериканцу.

– Oh, yeah, right… That’smyfirsttimeinRussia. And I’m really happy to have an opportunity to deal with Russian children, teach them English and communicate with them.

– Я первый раз в России. И я счастлив этой возможности работать с русскими детьми, общаться с ними и обучать их английскому. – Перевела училка.

– My dad often comes here for business, so this time I accompanied him in his traveling to Vladivostok. So… When I knew that… there is a need in English native speaker for the summer camp, I said that is my chance to achieve the new horizon.

– Мой отец часто приезжает в Россию по бизнесу, и в этот раз я поехал с ним за компанию во Владивосток. А когда я узнал, что для летнего лагеря требуется носитель языка, то я сказал, что это мой шанс, э-э-э… достичь новых горизонтов. – Американец лучезарно улыбался и кивал, слушая перевод.

– Yeah. I don’t speak Russian. Unfortunately… So, I guess I’ll need your help in almost everything. «Where to go-what to do», you know… Please, don’t get angry with me if I’ll do something wrong… Thank you.