Амита Траси – Небо цвета надежды (страница 43)
– Пусть родит, – послышалось откуда-то из-за спины Мадам.
Эти слова прозвучали подобно грому, и мне даже показалось, что одежда на бельевой веревке всколыхнулась, но на самом деле виной этому был обыкновенный сквозняк. На пороге стоял Арун-сагиб. Ну конечно, сегодня же четверг, а мы обе напрочь забыли о его приходе.
– А если я скажу, что это мой ребенок? – Он холодно посмотрел на Мадам.
– Я… я… – Мадам запнулась.
– Я хочу, чтобы она родила этого ребенка. Тебе от этого никаких убытков не будет.
– Да, хозяин. Простите. – Она вышла из комнаты, оставив нас наедине.
– Не смотри так на меня. – Он поднял руки. – И не жди, что я буду содержать этого ребенка. Ты вообще знаешь, от кого он?
Я покачала головой, хотя точно знала, что отец моего ребенка – он. И он знал это не хуже меня. Тогда какой смысл вообще что-то говорить? Я боялась, что Арун-сагиб разозлится и лишит меня своего покровительства. А кто поверит проститутке, которая спит с таким количеством мужчин? Правду я утаила, но зато смогла облегченно вздохнуть.
Каждый день на протяжении многих месяцев я тщательно разглядывала в зеркале собственное тело, гладила растущий живот и подмечала изменения: тело округлилось, и даже лицо казалось посвежевшим. Я чувствовала себя тоненьким ростком, превращающимся в ствол дерева. Арун-сагиб никогда не гладил меня по животу и не справлялся о самочувствии, но со временем стал расспрашивать о ребенке, словно знал, что это его дитя.
– Если это мальчик, будет потом помогать мне, – говорил он.
Я знала, какая судьба ждет детей, рожденных такими женщинами. Мальчику суждено было стать сутенером, он будет принуждать к этому занятию других девушек и забудет о печальной участи своей матери. Как Арун-сагиб собирался поступить, если у меня родится девочка, я не спрашивала. Я даже думать об этом боялась. Все, что мне оставалось, – это ждать и надеяться, что этого малыша ждет лучшая доля, лелеять в себе те же надежды, которыми когда-то жила моя амма.
Глава 24
Тара
Раза стоял на пороге моей кухни, а я готовила чай. В последнюю неделю Раза часто заходил ко мне узнать, все ли в порядке, и постепенно мне стало не хватать его ежедневной заботы.
– Зашел сказать, что знаю кое-кого, кто может помочь. Я вчера встречался с Динешем, они с женой освобождают из борделей женщин – тех, кого насильно заставляют заниматься проституцией.
– Думаешь, у них получится ее найти? – Я отвернулась от плиты, на которой закипал чай, и выжидающе посмотрела на Разу.
– Я… я не знаю, – ответил он, – но попытаться надо. К тому же сейчас, когда мы точно знаем, что Салим ее не похищал, я могу помочь тебе найти частного детектива, если ты хочешь выяснить, кто был похитителем.
– Хватит с меня детективов.
Мне надоело спорить в Разой о том, чем занимался в ту ночь Салим. Я никогда не сомневалась, что похититель – Салим, и сейчас тоже была в этом уверена. Но в любом случае в похищении Мукты виновата только я. Той ночью мне достаточно было только крикнуть – и она была бы спасена.
– О чем задумалась? – спросил Раза.
– Да ни о чем. Мне вчера попалась статья о девушках, которых продают в бордели, и я попыталась представить, как живет Мукта и что ей довелось испытать. Пишут, что если девушки отказываются повиноваться, то их избивают или даже убивают. Как думаешь, Мукта… – Я сглотнула, не в силах произнести это вслух. Чайник за моей спиной перекипел, и вода выплескивалась на плиту. Я по-прежнему не могла признаться, что Мукта – моя единокровная сестра.
– Это нелегко, но постараться отыскать ее – это все, на что мы способны, – мягко сказал он.
Я кивнула, чувствуя, как щеку обжигает слеза.
Ехали мы долго – по разбитым дорогам, в облаке пыли от окрестных строек. Раза взял напрокат машину, и теперь мы направлялись на встречу с Динешем и Саирой. Водитель, паренек лет двадцати, поглядывал время от времени на нас в зеркало и словно с давним знакомым болтал с Разой.
– Мемсагиб, – обратился он наконец и ко мне, – если бы Раза-сагиб мне не помогать, я уже валяться в канава.
Раза рассмеялся.
– Я помог ему найти работу, только и всего.
– Но я благодарить! Ведь иначе эти
Наклонившись вперед, Раза похлопал его по спине. Постепенно я проникалась уважением к Разе, мое сердце оттаивало, и он становился мне все ближе. Его присутствие успокаивало меня, утешало, и он, казалось, тоже это видел.
– Добираться туда часа два, но то, что они делают для девушек, просто поразительно, – рассказывал Раза, пока наш водитель ловко объезжал пешеходов. – В городе у них есть еще один офис, но мне хочется, чтобы ты увидела, какой реабилитационный центр они построили.
Я опустила окно и смотрела на прохожих, они жались в подворотнях, прячась от ливня. Спрятанное за темными тучами небо ревело, а на лицо мне падали холодные капли дождя. Чтобы свыкнуться с полученными новостями, мне понадобилась неделя. Несколько дней я пыталась гнать их прочь, не в состоянии представить, что Мукта живет подобной жизнью. Глядя на людей, которые выходили на мокрые, залитые дождем улицы и боролись с ветром, вырывавшим из их рук зонтики, я думала, что где-то там, среди этих людей, находится и Мукта, и отыскать ее должна я, ведь именно я сломала ей судьбу. Все вокруг казалось размытым – может, от слез, а может, просто от дождя.
– Почти приехали, – сказал Раза.
Здание было похоже на обычный дом с огромным внутренним двором. Когда мы подъехали ближе, я увидела качели и игравших в прятки девочек. Дом стоял в поле, вокруг гулял ветер. Мы вышли из машины, открыли ворота и вошли внутрь. Девочки прекратили играть и с любопытством глазели на нас.
– Раза-бхай, как поживаешь? – Подошедший к нам мужчина приветственно сложил руки. – Добро пожаловать, мадам Тара, прошу прощения, что вам пришлось проделать такой долгий путь, но на этой неделе нам нужно побыть здесь, в нашем приюте, – проверить кое-что и убедиться, что у девушек все в порядке.
– Ничего страшного. Спасибо, что согласились уделить мне время. – Я улыбнулась и сложила руки в ответном приветствии.
– Динеш, – представился он. – Давайте пройдем ко мне в кабинет.
По дороге Раза рассказал мне о девушках.
– Знаешь, они тут настоящие ангелы – не только спасают девушек, но потом еще несколько лет поддерживают их, обучают ремеслу, к которому у бедняжек лежит душа – например, шитью или рукоделию, так что, выйдя отсюда, девушки уже могут зарабатывать себе на жизнь. А если кто-нибудь осмелится привлечь похитителя к ответственности, они помогают с юристом.
Сидя тем душным вечером в кабинете Динеша, мы с Разой рассказывали о моих попытках найти Мукту. Динеш кивал и вздыхал. Он был невысоким, с залысинами и взглядом, говорившим о жизненном опыте. По словам Динеша, дело нас ждало нелегкое. Рядом сидела его жена Саира, одетая в синее сари, с собранными в пучок волосами. В окно за их спиной я видела, как группа девушек занимается йогой, а ветер колышет листья на деревьях.
– Важно, чтобы вы понимали принципы нашей работы, – сказала Саира и кивнула женщине, которая принесла нам чай.
– Да-да, – согласился Динеш, взяв стакан чая, – понимаете, похищенных девушек обычно продают в бордель. После чего их часто переводят из одного борделя в другой. В Каматипуре борделей множество, и мы не знаем, в котором из них ее искать. – Он посмотрел на меня: – Ее похитили одиннадцать лет назад, поэтому не исключено, что следы ее затерялись навсегда. Звучит жестоко, но обманываться не стоит.
Я слышала, как за окном свистит ветер, и судорожно сжала сумочку.
– Значит… возможно, я так никогда и не узнаю, что с ней случилось?
– Да, такое тоже вероятно, и вы должны быть готовы к подобному исходу.
– Работаем мы следующим образом, – перебила его Саира. – Среди наших сотрудников есть мужчины, которые знакомятся с девушками, выдавая себя за клиентов. Они дают девушкам деньги, одежду и еду, чтобы те поверили нам. Эти девушки уже немало пережили. Хозяева борделя покупают их всего за четыре-пять тысяч рупий… хм… в долларах это где-то около сотни? Их держат в тесных каморках без окон и постоянно бьют. Поэтому они всего боятся.
Девушки за спиной Динеша и Саиры замерли, отчего напоминали сейчас статуэтки. Некоторым из них было всего-то лет двенадцать, а за улыбками на их лицах скрывались пережитые страдания.
– Завоевав их доверие, – продолжала Саира, – мы пытаемся убедить их, что поможем им зажить другой жизнью. После чего мы вместе с полицией устраиваем облаву. Некоторых прячут в контейнерах или за потайными дверьми – прячут так хорошо, что найти их бывает нелегко. Иногда они перевозят проституток в другой город, например из Мумбаи в Калькутту. Как бы то ни было, на этот раз мы будем искать и Мукту тоже, а когда проведем облаву, сообщим вам о результатах.
– Мне бы тоже хотелось поучаствовать в этой операции, – сказала я.
– Нет, так не пойдет, – ответил Динеш, – это опасно…
– Но мне это нужно! Я должна увидеть, что это за место, – перебила его я.
Наверное, вид у меня был совсем отчаянный и жалкий, потому что Динеш вгляделся в мое лицо, а затем вздохнул.
– Вам, похоже, действительно хочется разыскать эту деревенскую девочку. Вы были близкими подругами, да?
Я кивнула.