Амита Парих – Цирковой поезд (страница 64)
В Германии дела обстояли не лучше. В 1933 году нацистское правительство выпускает «Закон о предотвращении генетических заболеваний потомства», что, по их задумке, должно было приблизить их к созданию «высшей расы». Те, кто поддерживал эту инициативу, полагали, что носители наследственных заболеваний должны быть стерилизованы, чтобы предотвратить распространение так называемых «нежелательных» генов в будущих поколениях. Под действие этого закона попали группы людей с физическими отклонениями и ограничениями, а также люди с проблемами ментального характера, глухие или слепые. Принятие закона только усугубило существующую в обществе пропаганду против людей с ограниченными возможностями. Их заклеймили как недостойных жизни и как экономическое и эмоциональное бремя, насильно возложенное на общество.
Перед началом Второй мировой войны в 1939 году Адольф Гитлер ратифицировал программу
Приведенные ниже источники дают достаточно полное представление о том, как к людям этой категории относились в нацистской Германии: Майкл Берли «Смерть и избавление: Эвтаназия в Германии 1900–1945», Сьюзен Э. Эванс «Забытые преступления: Холокост и люди с ограниченными возможностями» и «Век геноцида: критическая статья и показания очевидцев».
Описанные подходы и методы лечения людей с ограниченными возможностями во времена, описанные в романе, побудили меня создать именно такой образ Тео. И хотя он чрезмерно опекает Лену, его отношение к дочери обусловлено господствующим в то время в обществе подходом к таким людям. Надеюсь, приведенный выше исторический контекст поможет читателям лучше понять желание Тео держать Лену поближе к себе.
Меня всегда завораживали цирки. Вдохновение для описания «Мира чудес» я черпала из представлений «Цирка дю Солей» и «Цирка 7 пальцев», родиной которых является Канада.
Однако особенно меня впечатлила история немецкого цирка Адольфа Альтхоффа, который не переставал давать представления во время Второй мировой войны, но при этом скрывал национальность евреев в своей труппе. Как и Хорас во время визитов проверяющих, он отвлекал их выпивкой и закусками, давая своим подопечным евреям время спрятаться.
Прошу заметить, что в моем произведении я не преследовала цель пересказать или изменить историю Альтхоффа или истории спасенных им семей.
Богатая история «Цирка дю Солей» также послужила мне источником вдохновения, ведь они продолжали работать в оккупированной немцами Франции.
Однако «Мир чудес» – лишь плод моего воображения. После проведенного мной исследования цирков, которые не прекратили давать представления во время Второй мировой войны, стало очевидно, что самым проблематичным для них было пересечение границ, особенно в период эскалации военных действий. Некоторые владельцы цирков (такие, как Альтхофф), умудрялись продолжать работать даже во время войны, хотя это скорее исключение. Поэтому к моему цирку стоит относиться как к художественному образу.
Благодаря тому, что события моего романа приходятся на золотой век развития искусства иллюзионистов в Соединенных Штатах, я многое почерпнула из этой эпохи для своего произведения. На создание образа Хораса меня подтолкнули такие маги, фокусники и иллюзионисты, жившие в конце XIX века и начала двадцатого веков, как Говард Терстон, Гарри Келлар и Гарри Гудини. А книга Джима Стейнмайера «Исчезающий слон» показала мне подходящий исторический контекст и дала пищу для вдохновения.
Фокусы и трюки иллюзионистов покоряли зрителей по всей Европе, но в своей книге я сконцентрировалась на Франции и Великобритании. Во Франции в середине XIX века часовщик и иллюзионист Жан-Эжен Робер-Уден превратил магию из развлечения для бедных в привилегию богатых. Именно Робер-Уден по праву считается отцом современных магических шоу (Гудини выбрал себе псевдоним, похожий на его имя). Кроме того, в Париже находится небольшой, но восхитительный и достойный посещения Музей магии, в котором выставлены всевозможные магические фокусы и иллюзии, старинный инвентарь для представлений и показаны современные технологии, используемые в представлениях.
В Великобритании видными магами в то время были представители династии Маскелайн (Джон, Невил и Джаспер), а также иллюзионист, фотограф и продюсер Дэвид Девант. Когда я писала этот роман, то посещала магазины, специализирующиеся на продаже атрибутов для фокусов, а также Ипподром, Египетский зал и Театр Святого Георгия.
Вероятно, самой страшной частью романа является тот фрагмент, где Тео и Александра ссылают в Терезиенштадт. Терезиенштадт был учрежден в Протекторате Богемии и Моравии и работал с 1941 по 1945 год, служа перевалочным пунктом, концентрационным лагерем и местом для ссылки.
И раз уж одной из тем «Циркового поезда» является создание иллюзий, стоит упомянуть, что евреям Терезиенштадт рекламировался как «спа-курорт», куда приглашали пожилых и наиболее известных евреев из Германии, Австрии, Чехии и Западной Европы. Терезиенштадт известен тем, что функционировал почти как настоящий город: в нем была своя валюта, школа, библиотека и некоторые другие достижения современной цивилизации. А также существовала своя футбольная лига. Евреев, доставленных туда, заставляли работать на износ, и многие умирали.
Терезиенштадт был уникальным с культурной точки зрения местом, так как туда насильно собрали самых видных еврейских деятелей культуры: писателей, музыкантов, философов, поэтов. Все они жили в тесных бараках, находя отдушину лишь в своей богатой культуре. И хотя описанные в романе представления всего лишь выдумка, для тех мест различные музыкальные и театральные выступления были не редкостью, потому что участие в них гарантировало лучшие жилищные условия.
Разумеется, все это не делало жизнь жителей Терезиенштадт приемлемой: даже те условия, в которых жили местные артисты, несовместимы с нормальной жизнью. А рядом с библиотекой и школой располагались тюрьма и виселицы. Многие там умерли от болезней, но еще большее количество узников перевезли оттуда в лагеря смерти.
Антон Бургер – фигура реальная, но я достаточно вольно описывала его характер, хотя и старалась опираться на исторические данные и свои исследования. Бургер был комендантом Терезиенштадта с июля 1943 до февраля 1944 года и обладал репутацией мучителя. В одной из сцен этой книги обитателей лагеря заставили стоять на холоде для поголовного пересчета. Это реальный исторический факт. Примерно три сотни заключенных лагеря умерли от гипотермии.
После войны Бургера арестовали в 1947 году и приговорили к смерти. Однако прямо перед исполнением приговора ему удалось сбежать. Он несколько лет прожил под чужим именем, пока не был арестован в 1951 году. Но сбежав и во второй раз, он провел всю свою жизнь, живя под бесконечным количеством поддельных имен и документов, осев на границе между Германией и Австрией. Бургер провел свои последние дни в Германии и умер от старости. В 1994 году его тело было опознано.
После депортации нескольких датских детей в Освенцим осенью 1943 года Терезиенштадт попал в поле зрения мировой общественности. Видные датcкие политики, включая и самого короля, настаивали на том, чтобы посетить город и разобраться, что там происходит. Немцы нехотя согласились впустить их и в конце 1943 года начали «готовить» город к инспекции.
Нацисты месяцами откладывали проверку, между тем принимая чудовищные усилия, чтобы замести следы своих зверств на территории лагеря. Пленных евреев заставили «украсить» город, сажая цветы, раскрашивая дома и готовя программу представления для высоких гостей. Репетиция, во время которой Тео, Александр и Лика сумели сбежать, была подготовкой к одному из таких показательных представлений. Кроме того, немцы хотели показать, что в лагере не стоит остро вопрос о перенаселении, поэтому сослали семь тысяч обитателей Терезиенштадта в Освенцим.
Визит датских гостей состоялся в июне 1944 года, и нацисты заставили их поверить, что в лагере к заключенным относятся подобающим образом. Терезиенштадт был освобожден советскими войсками в мае 1945 года.
Хочу поблагодарить следующие организации, чей материал пригодился мне для описания Терезиенштадта: Европейская исследовательская инфраструктура по Холокосту, архивы Мемориального музея Холокоста Соединенных Штатов, Национальный архив Ричмонда в Великобритании, Винерская библиотека по изучению Холокоста, Пражский еврейский музей и Еврейский музей в Салониках, а также Музей Холокоста Яд ва-Шем.
Благодарности
Приступая к этой части моей книги, я шутила, что ее написание окажется труднее, чем составление списка гостей на индийскую свадьбу. Я была не права.