Амита Парих – Цирковой поезд (страница 57)

Тео мрачно опустил голову.

– И это было за шесть недель до того, как родилась ты, а Джия умерла после родов от осложнения тифа. Это было худшим временем в моей жизни. Видеть, как моя красивая светлая сестра сражается за жизнь? И не только за свою, но и за твою тоже. Я думал тогда, что умру. – Тео с трудом сдерживал слезы. – Я доставил ее в лучший госпиталь в Салониках. Доктора сделали что могли. Но все безрезультатно. Она всю жизнь боролась, но тут проиграла. Ты была ее последним подарком миру.

У Лены встал ком в горле.

– Боже…

– Но на этом же все не закончилось. До срока оставалось примерно пять недель, и потому рожать тебя было опасно, но Джия настояла. После этого все пошло под откос. Твоя иммунная система и тело были недоразвиты, и всего через два дня нам пришлось везти тебя из дома в госпиталь, в кувез. Прошел месяц, прежде чем мне позволили опять коснуться тебя. Мне очень не хотелось оставлять тебя там: в госпитале царила антисанитария, да и оборудования было недостаточно, чтобы помочь такому слабому ребенку, каким ты была. Но что я мог поделать? Нужное оборудование было только в Афинах, где-нибудь в Париже или Лондоне, но перевозить тебя куда-то в тот момент было совершенно немыслимо. Через три месяца доктора решили, что ты достаточно окрепла, чтобы путешествовать, и мы поехали.

– А что Изабелла? – спросила Лена. – Ты ей больше не писал?

– После того, как родилась ты, у меня не было выбора, – мягко произнес Тео. – Я понял, что не имею права покинуть вас, когда увидел твою маму с тобой на руках. В тот самый момент, когда я тебя увидел, то и не подумал о том, что это самопожертвование. Просто так нужно было поступить. Через пару часов после того, как тебя вернули, я написал Изабелле, что сейчас мне нужно в первую очередь думать о тебе. – Его глаза будто затянулись пеленой, когда он предавался воспоминаниям о любви. – Она поняла и сказала, что будет ждать меня столько, сколько потребуется. Но ее жених вернулся раньше, и ей не осталось иного выхода, кроме как выйти за него. Я написал ее сестре, рассказав, что сожалею. Я пообещал, что однажды вернусь за ней. – Он замер и посмотрел на Лену.

– Но ты не вернулся, – грустно произнесла Лена.

– Нет. Я сделал это. Но было слишком поздно, – ответил Тео, а взгляд его наполнился тоской. – Когда мы с Александром бежали, я очутился в госпитале в Праге. Там я пообещал себе, что если выживу, то не буду жить в страхе. Я знал, что Александр сразу же принялся тебя искать, а потому по пути в Лондон я заехал в Севилью.

– И? – Лена задержала дыхание.

Тео тяжело и медленно покачал головой:

– Она мертва. Большая часть людей, с которыми я говорил, сказали, что она умерла во время родов много лет назад. Но в один из вечеров, когда я сидел и пил в местной таверне, ее сестра пришла повидать меня. Она сказала, что Изабелла умерла из-за разбитого сердца.

Ощущая вину, Лена принялась крутить в пальцах одну из жемчужин на своем платье. Получается, она, Лена, была причиной того, что Тео не сумел обрести настоящую любовь. Он, должно быть, заметил выражение ее лица:

– Это не твоя вина. Это я слишком поздно решился.

Лена молча сидела с минуту.

– А почему ты просто не рассказал мне правду, когда я достаточно подросла? Тогда бы ты сумел взять Изабеллу к нам, и мы бы счастливо зажили.

– Твоя мама заставила меня пообещать ей две вещи перед смертью. – Тео поглядел на свои ладони. – Первая – сделать все, чтобы ты сумела получить образование. Вторая – никогда не рассказывать тебе правду о том, кто я такой. Она бы унесла с собой тайну моего романа с Изабеллой, а потому нужно было сохранить в секрете и ее секрет. Это было меньшее, что я мог сделать. Она знала, что если люди будут думать, что ты – моя дочь, то станут лучше к тебе относиться, чем если бы они знали, что ты родилась вне брака. Джия не хотела, чтобы твое будущее хоть что-то омрачало. И поэтому я ничего не сказал. – Тео скривился, будто старые раны открылись и жутко болели. – Мой отец отказался от нас. Он позволил гордыне встать на пути любви к своим детям, и я пообещал себе, что никогда не поступлю так же. – Он содрогнулся. – И хотя он поступил недостойно, он все еще мой отец. Я не мог изменить того факта, что твоя мама умерла, но по крайней мере, я мог стать для тебя хорошим отцом.

Лена не знала, что ответить. Всю жизнь она жила во лжи, но Тео лгал ей только из любви. И за все эти годы он не сказал ни одного плохого слова о Джии. Он никогда не хотел, чтобы Лена плохо думала о своей матери.

– Было еще кое-что, – осторожно произнес Тео. – Как ты думаешь, почему мне не нравилось, что ты так упорствуешь в получении образования? Я видел, как к образованным девушкам относятся мужчины, находящиеся у власти. И я бы не вынес, если бы с тобой произошло что-то подобное, что и с Джией. Иногда я… – он осекся и глубоко вдохнул, – корю себя за то, что потерял ее. Если бы я не уговорил отца позволить ей учиться дальше, она бы сейчас была здесь с нами. Я боялся, что образование только погубит тебя. Но теперь я понимаю, как был неправ.

– Так вот почему ты так не желал отпускать меня в школу-интернат! – воскликнула Лена, вдруг осознав тайные мотивы отца.

Тео опустил голову.

– Я думал, что тебе будет достаточно того, что мы сможем дать тебе внутри цирковых стен. Но в тебе проснулся дух твоей матери. Было неправильно сдерживать тебя. Прости меня!

Лена всхлипнула и поискала взглядом платок.

– Я знаю… – Он помедлил, в очередной раз пытаясь подобрать нужные слова. – Я заставляю тебя принять сейчас слишком многое. Но, пожалуйста, знай, что я никогда не думала о тебе иначе, чем о своей дочери. И даже теперь, когда ты все знаешь, для меня ничего не изменилось.

Лена придвинулась к Тео и крепко его обняла, наслаждаясь каждым мгновением защищенности, которую она чувствовала, когда он обнял ее в ответ.

– Дам тебе шанс переодеться, – сказала она. – Но завтра встретишь меня в отеле? Расскажешь все поподробнее.

Тео улыбнулся:

– Как только проснусь – сразу к тебе.

– Папа, – начала она с чувством, глядя на мужчину, вырастившего ее, – спасибо, что ты был честен со мной. – Она обняла его в очередной раз и вышла из комнаты. Александр болтал с барменом.

– Все в порядке? – спросил он, когда она села рядом с ним на барный стул.

Лена положила голову на ладони и облокотилась о стойку.

– Слишком со многим нужно будет свыкнуться.

Александр нежно погладил ее по спине. Вечеринка мало-помалу подходила к концу. Лена зевнула и глянула на часы: было уже далеко за полночь.

– Мне пора в отель.

– Еще очень рано, – возразил Александр, а глаза его блеснули.

– Завтра утром мы встречаемся с Тео.

– Я столько времени провел в поисках тебя, а ты не хочешь уделить мне всего лишь одну ночь? – игриво спросил Александр.

Лена взглянула на него, стараясь принять верное решение. Ну почему шанс быть с ним вместе появился у нее именно сейчас, когда она стала невестой другого? Она поправила маску:

– Я помолвлена.

– Помолвлена, но не мертва. – Александр усмехнулся. – Да ладно. Где та девочка, что бегала по улицам Барселоны, украла бутылку «Боллинджера» и не хотела меня отпускать?

Перед глазами Лены встали те самые моменты, которые так хотелось забыть. Картины той жаркой ночи в Барселоне, разноцветная мозаика в парке Гуэль. Горький вкус кофе и сладкие нежные поцелуи Александра. Они возвращались обратно в цирк – рука в руке – опьяненные любовью. Их одежда немного пахла шампанским. Он укрыл ее синим куском ткани, и они заснули вместе, ощущая себя в полной безопасности. Она хотела всего этого и намного больше.

– А куда мы пойдем?

Они мчались по ночному городу в свете фонарей. Лена положила голову на плечо Александра и думала о былом.

Когда такси подъехало к центру города, Александр настоял, чтобы они вышли и отправились гулять вдоль Сены. Еще в «Молиторе» он взял два пледа, пообещав принести их на следующий день. Закутавшись в пледы, они прогуливались по набережной вдоль знаменитой реки, рассказывая друг другу о своей жизни за эти годы.

Александр рассказал ей о том, что жил в Париже последние пять лет. Он еженедельно давал представления в музее «Гревен», а остальное время года путешествовал по Европе, выступая. Ни к какому цирку он так и не прибился, предпочитая путешествовать в одиночку.

– Так мне легче контролировать свою жизнь, – сказал он. Александр планировал посетить с туром Америку. Один старый богатый шейх засыпал его приглашениями переехать на Ближний Восток в Арабские Эмираты. – Денег было прилично, – сказал он, когда они дошли до моста Мари, но тут же пояснил, что в данный момент ему было достаточно того, что он получал, работая в Париже. Он вел кочевой образ жизни, и она задумалась почему. Это из-за работы или в Александре все еще жил тот самый испуганный мальчишка, желающий убежать от своего прошлого?

Он закончил рассказывать о своей жизни и тут же спросил, что Лена делала все это время. Лена подробно рассказала обо всем, что произошло с ней за эти десять лет: о школе-интернате и Оливии, о том, каково это жить с Кларой, Фитцем и их детьми, как они каждую субботу ходили на рынок в Клеркенуэлле, потому что его держали в основном мигранты из Италии, и это напоминало им о Марио и Анне-Марии. Она говорила и том, как работала учителем в школе Клары.