Амита Парих – Цирковой поезд (страница 32)
– Как ты мог?
Ее голос дрогнул, она развернулась и пошла прочь от отца.
– Это не то, что ты думаешь. – Он побежал за ней.
– Нет! – крикнула она, поворачиваясь. Тео остановился, сердце его пронзила боль, когда он увидел заплаканное лицо дочери. – Пожалуйста, мне нужно побыть одной.
– Лена, – продолжил он, но она покачала головой и удалилась.
– Дети, – насмешливо улыбнулся Хорас.
С яростью во взгляде Тео подошел к Хорасу, ткнул его пальцем в грудь и произнес:
– Нам нужно поговорить.
Ослепленная слезами, она не заметила, как дошла до купе Александра и врезалась в дверь подбородком. С той стороны никто не ответил, поэтому она провернула ручку, и дверь легко открылась. Внутри никого. Она не знала, где был Александр, а потому решила посидеть и дождаться его. Ей нужно было узнать, правду ли она прочла в том контракте. Самой не верилось. Он ведь любил ее. Она чувствовала страсть между ними, когда они пересекались в вагоне-ресторане, она чувствовала любовь, когда их взгляды соприкасались. Он любил ее.
Лена огляделась, задержавшись на часах на прикроватной тумбочке. Не находя себе места, она принялась ходить взад-вперед по небольшой комнатке, то и дело улетая мыслями куда-то далеко.
– Ох! – проходя около шкафа, она зацепилась за доску, торчащую из пола, и упала. Потерев колено, она подцепила ногтем доску и удивилась легкости, с которой та выскочила. По ней оказался тайник, где лежали какие-то предметы. Она с удивлением достала первый попавшийся. Это оказалась голубая музыкальная шкатулка, сделанная из тонкой керамики и украшенная орнаментом. Лена запустила туда руку еще раз и достала небольшой свиток, а затем набор серебряных ложек.
– Лена? – робко окликнул ее Александр. Она повернулась, сжимая в руках ложки. Александр побледнел, увидев их, и бросился к ней, вырывая их из ее рук. – Тебя не учили стучаться?
– Я постучала. Тебя не было. Не думала, что ты будешь против…
– Того, чтобы ты лезла в мои вещи?
– Я и не хотела, я споткнулась о доску.
– Думал, твой отец велел тебе держаться от меня подальше, – угрюмо произнес Александр, доставая вещи из тайника и закидывая их на кровать.
– Я пришла рассказать тебе кое-что. Он лжец. – Голос Лены хрипел и дрожал. – Папа врал мне. У него была любовница.
Глаза Александра округлились, и на секунду он забыл о том, что Лена нашла украденные вещи. Он вспомнил старуху Адельфу из Салоник. Уже тогда Александр понял, что что-то не так, но он и подумать не мог, что все настолько плохо.
– Ты уверена?
Лена кивнула:
– Хорас нашел письмо, отправленное любовницей моему папе. Оно было написано за две недели до моего рождения. Думаю, он не остался с ней… Но все же. Не могу поверить, что он повел себя так с моем мамой или что он мог меня бросить, как и ее.
Она выглядела такой подавленной, что Александр не сумел сдержаться: обнял ее и принялся нежно гладить по спине. Но спустя секунду он почувствовал, как она напряглась.
– Он нашел и еще кое-что, – сказала она и, поразмыслив несколько секунд, передала бумаги Александру.
Тот почувствовал, как задрожали руки и покраснели щеки. Он тупо пялился на документы, которые Тео заставил его подписать.
– Я подумаю, что Хорас сам написал это, – продолжила Лена, полная надежды.
В голове Александра промелькнула мысль о том, чтобы подыграть – все-таки он все это время врал ей, так почему бы не продолжить начатое? Но глядя в ее широко раскрытые невинные глаза, он почувствовал, что больше не может сдерживаться.
– Они ведь поддельные, да? – не получив ответа, говорила она удивительно спокойным тихим голосом. – Так мой папа… платил тебе, чтобы ты был моим другом?
Александр все так же смотрел на контракт:
– Мне очень жаль.
Пораженная, Лена встала и отшатнулась от него:
– Так все это время вы мне врали?
– Нет! Точнее, да. – Александр пытался собраться с мыслями. – Я никогда не хотел его подписывать! Это все не моя идея.
– Так почему ты согласился?
– Потому что твой отец настоял, а мне нужны были деньги, по крайней мере на первое время, – оправдывался Александр. – Я тебя тогда совсем не знал. Все было таким новым. Я никогда не хотел подписывать его и много раз говорил твоему отцу, что хочу разорвать контракт. Я тех денег даже не тратил.
– Я этому не верю, – прошептала она. – Я вообще нравлюсь тебе?
Александр попытался обнять ее:
– Да! Лена, я люблю тебя.
Но она уже не слышала его. Ее всю трясло от ярости.
– Так вот чем я для тебя была все это время! Способом раздобыть побольше денег? – Она смахнула слезы.
– Клянусь, я никогда бы о таком не попросил. Это все твой отец!
– Я больше не знаю, кому верить! – прокричала она изо всех сил и указала на вещи, лежавшие на кровати. – А это тогда что?
Александр посмотрел на вещи, затем на Лену. Ему хотелось запомнить ее взгляд перед тем, как она узнает всю правду. Даже сейчас в ее обиженных глазах мелькала надежда. В ее голосе еще звучали тепло и любовь. Он хотел запомнить все это, потому что когда она узнает правду, все изменится. Он сжал в кармане ожерелье матери и сглотнул:
– Я больше не могу. Ты должна знать, кто я такой, – сказал он, устало глядя на нее, глубоко вдохнул, сел на кровать и опустил голову на руки. – Позволь начать с самого начала. Мой папа вовсе не был международным торговцем картин. Он был вором. Одним из лучших. Всю свою жизнь мы переезжали с места на место – я, он и мама. Он обучал меня, чтобы я потом пошел по его стопам. Именно поэтому в моем паспорте так много штампов. Именно поэтому мне так хорошо удается прятать вещи и читать людей. И именно поэтому я никогда не учился в школе и не имел настоящих друзей. – Он замолчал и поднял голову, лицо его ничего не выражало. – Когда я подрос, то стал понимать, что то, чем занимается мой отец, – неправильно. Но у мамы не было ничего: ни сбережений, ни работы. Мы не знали, чем еще заняться. Да и трудно перейти к нормальной жизни, когда ты уже втянулся. Это кураж и адреналин, когда ты берешь что-то тайком, а потом получаешь чье-то месячное жалованье за час или два. Но я понимал, что это неправильно, и много раз говорил об этом маме. Она боялась, но позже решилась и пообещала мне, что однажды мы переедем в безопасное место и заживем обычной жизнью.
Лена покачала головой: ее мозг едва ли мог справиться со всеми сегодняшними откровениями.
– И где сейчас твои родители? Они мертвы?
Плечи Александра будто бы опали, и он кивнул:
– Да. Они мертвы. В ночь, когда все произошло, мы остановились в заброшенном амбаре в деревне Волендам под Амстердамом. Мы попали туда после побега из Германии, потому что больше не могли там находиться. – Он говорил, а Лена вспоминала его старый паспорт, усеянный штампами. – Мама и папа в ту ночь повздорили из-за меня. Я сказал маме, что хочу ходить в школу и быть нормальным ребенком. Она прятала каждый грош, который выпадал ей после очередного дела, надеясь однажды скопить нам на новую жизнь. В этот раз ссора была слишком бурной. – Он замолк, вспоминая невеселые подробности. – Я боялся, что он убьет ее, а потому побежал в ближайший дом и попросил живущую там пару помочь. Когда я примчался обратно, то отец уже несколько раз ударил маму. Он распалился и потянулся за разделочным ножом. Завидев меня, он направился ко мне. В тот момент я готов был умереть за нее, Лена, – сказал он. Его лицо исказилось от боли. – И я
Слезы накатывались на глаза, но он всякий раз смахивал их, чтобы найти в себе силы говорить.
– Я был в ярости. Папа забрал у меня человека, которого я любил больше всего. Нечто нашло на меня и… я взял нож. Я не хотел, чтобы все так вышло, просто хотел, чтобы он помучался за то, что сотворил с мамой. – Глаза Александра остекленели, будто теперь он смотрел не на Лену, но куда-то сквозь нее, словно та была прозрачной. – Тогда я услышал вой сирен. Мои руки были в крови, и я не знал, что делать. Тогда я схватил ожерелье матери и бежал. Я бежал сам не зная куда. На следующее утро я помылся в каком-то ручье и продолжил бежать. Примерно через день после этого я заприметил цирковой поезд и подумал, что там можно было спрятаться и обдумать, что делать дальше.
Александр посмотрел на Лену, которая глядела на него с нескрываемым ужасом.
– Я не должен был оставаться здесь. Мне нужно было лишь выжить и продолжить двигаться дальше. Но я упал в обморок, и ты подобрала меня.
– Так ты использовал нас? – тихо спросила Лена. Сердце Александра заныло от боли.
– Нет. Точнее, поначалу да, – ответил он, ерзая на кровати. – Я не знал, могу ли верить вам, но в конце концов мне тут понравилось. Мне нравилось проводить время с тобой, я
– Так это ты украл увеличительное стекло из планетария! – озарило Лену. – А это? Это все тоже было украдено? – Она обвела рукой лежащие на кровати вещи.
Он кивнул, показывая явное отвращение к украденному.
– Но я изменился. Вещей было больше, но ты вдохновила меня измениться. – Его голос зазвучал тише. – Лена, ты всегда добивалась целей, которые ставила перед собой. Ты показала мне, что все возможно, главное – верить в себя. Поэтому я возвращаю вещи. Видишь? – Он достал из ящика лист.