Амира Ангелос – Моя на 7 ночей (страница 44)
– Здравствуй, Яна. Извини, что потревожил. Привез вещи, которые ты забыла в гостинице.
В руках Ярцева моя сумка. Смотрю на нее и ничего не понимаю. Зачем ему тратить время на подобные мелочи? Мог поручить Игнатову, да кому угодно.
– Спасибо, – киваю.
– Вы приехали совершенно не вовремя, – продолжает возмущаться мама. Требует, чтобы Демид ушел.
Вздохнув, подхожу к ней. Глажу по плечу. В конце концов, он мой начальник. Я обязана его выслушать. Сказать о своих намерениях.
– Все в порядке, мам.
– Да какое в порядке, на тебе лица нет. Неужели обязательно сейчас нужно до тебя снова докапываться? – продолжает возмущаться. – И вообще, не знаю, что там произошло в этой вашей командировке, но будь уверен, все выясню, и если что, ты мне ответишь, – угрожающе заявляет Демиду.
Который воспринимает ее угрозу совершенно спокойно. Даже не головы в ее сторону не поворачивает. Неотрывно на меня смотрит.
– Умоляю тебя, он совершенно не причем, – тереблю ее за руку. – Мамуль, тебе домой пора.
Немного неловко выпроваживать ее. Но Демид явно намерен поговорить, а я не хочу разговаривать при маме. Да, наверное, и не получится. Мама выглядит обиженной. Она хотела защитить меня, на этот раз повела себя совершенно иначе, нежели в прошлом, а получается, снова не угодила. Меня колет чувство вины, но решаю, что поговорим об этом позже. Сейчас важнее побыстрее покончить с неприятным разговором.
Мне ужасно не нравится, что Демид видит меня в таком состоянии. Синяк на скуле неизбежно вызовет вопросы, а я совсем не хочу рассказывать, кто и почему это сделал. Мама быстро собирается, как только за ней закрывается входная дверь я обхватываю себя руками.
Иду на кухню, Демид следует за мной. Его мощная фигура заполняет все пространство кухни, усиливая неловкость.
Подходит ко мне, касается пальцами моего подбородка.
– Как ты? Болит?
– Нет. Все со мной в порядке, – бормочу и отворачиваюсь. Отхожу от него к мойке.
– Что тебе предложить? Чай? Кофе?
– Давай чай.
Демид опускается на табуретку, и мне становится чуть легче дышать. Хотя руки все равно дрожат, когда наливаю воду в чайник. Ругаю себя за такую слабость. Почему не могу спокойно на него реагировать?
– Я понимаю, что это очень непрофессионально с моей страны, бросать группу и уезжать домой. Мне очень жаль, – произношу тихим голосом.
Меня сжирает стыд, что все вышло вот так. Показала, что из себя представляю. Полный провал.
Наливаю чай, себе добавляю ромашку. Какое-то время сидим в тишине. Она давит на плечи.
– Знаешь, мама была права, сейчас не очень подходящее время, чтобы выяснять отношения, – вырывается у меня.
И тут же думаю – что если он приехал чтобы поговорить исключительно о работе? Тогда, наверное, я ужасно глупо выгляжу.
Щеки начинают гореть, я поспешно завожу речь о текущих проектах, перечисляю те, к которым имею непосредственное отношение. Демид слушает не перебивая, задумчиво потягивая чай.
– Что ты решила? Написать заявление об уходе? – спрашивает мягко, снова сбивая с толку сменой темы.
– Это так предсказуемо? – неопределенно пожимаю плечами. – Нам не стоит работать вместе. Не получается.
– Тебе настолько не понравилось то, что произошло с нами прошлой ночью?
– Нет… – теряюсь, смущаюсь. Зачем он заговорил об этом, если обсуждаем работу? – Дело совсем не в этом… Но да, это было лишним.
– Потому что ты чувствуешь себя предательницей по отношению к куску дерьма, который ударил тебя? – рычит Ярцев.
– Откуда ты знаешь? – смотрю на него ошеломленно.
Ну языке крутятся разные вопросы. Неужели Демид знает о приезде Игоря? Как узнал о том, что тот сделал мне? В памяти всплывает рассказ Марата. Он говорил, что Демид очень сильно избил его за сплетни обо мне. Ярцев страшен в гневе. Тогда, что мог сделать за физическое насилие? Мне становится не по себе.
– Я пока не могу отпустить тебя, – неожиданно заявляет Ярцев. – Завтра еще одна командировка. Будь готова к десяти утра. Я за тобой заеду.
– Это плохая идея, Демид. Я уже подготовила заявление на увольнение. Так будет лучше. Что с Игорем?
– Тебя правда он все еще волнует? – кажется, я разозлила его еще сильнее. Мне становится не по себе.
– В любом случае, тебе придется отработать положенные две недели. Так что, можешь оставить это заявление, отправить его. Все что угодно, но завтра ты летишь со мной, – безапелляционный, властный, раздающий приказы.
Как обычно. Ничего не меняется.
– Куда? – вздрагиваю.
Это ужасная идея. Снова быть рядом с ним. Хочется спросить, кто еще летит. Ну не вдвоем же! Это будет кошмаром для меня. Неужели Демид не понимает? Почему так жесток?
– Так как работа тебя не сильно интересует, значит, и пункт назначения неважен. Узнаешь по факту. Можешь не провожать. До завтра.
Уходит. Хлопает дверь. Я сижу в полном оцепенении. Не хочу никуда лететь! Из этого точно ничего хорошего не выйдет!
Глава 38
– Привет-привет, я соскучилась! – через пару часов появляется Анжела. Я так и сижу на кухне, в полной растерянности.
Увидев мое лицо, подруга разражается ругательствами. К моему удивлению, даже не спрашивает кто это сделал.
– Вот подонок! Мерзавец! Не ожидала такого от Игоря, если б знала, что он такое дерьмо…
– Откуда ты знаешь? – изумляюсь такой осведомленности. Черт, есть хоть кто-нибудь, кто не в курсе отвратительного инцидента?
– Мне Игнатов рассказал. Я не могла до тебя дозвониться, и мама твоя не отвечала, вот и набрала ему. Потом уже Жанна Михайловна мне перезвонила, сказала, что ты спишь.
Но откуда знает Игнатов?
– Игорек открыл свое истинное лицо. Вот уж никогда бы не подумала, что способен на такое, – продолжает возмущаться Анжела. Ее буквально трясет от злости, когда осматривает мою скулу.
– Я сама виновата…
– Не смей так говорить! Насилию нет оправдания. Он сделал это, потому что сильнее физически. Не имея на это никакого права. Тряпка! Хорошо, что ему тоже наваляли.
– Кто? – восклицаю испуганно. Мои подозрения оправдались. – Демид?
– Да, он избил его нормально так. Аж увезли в больницу.
– Какой ужас, – закрываю лицо руками.
– Я понимаю, что ты очень сердобольная, но честное слово, сочувствовать этому подонку – совершенно излишне. Демид правильно поступил. Теперь этот урод никогда больше не поднимет руку на женщину.
– Ты правда так думаешь? Насилие порождает только насилие.
– Прости дорогая, но я ушам своим не верю! Это пугает, надеюсь, у тебя не стокгольмский синдром. Помнишь, как пару месяцев назад я в очереди с мужиком поцапалась? Ты тогда его тоже убить была готова. Ладно, забыли про козла. Лучше расскажи, что там у вас с Ярцевым? Он тебя так искал, волновался, всех на уши поднял, пока не узнал, что ты дома и рядом мама. Вы снова вместе? Он признался тебе в любви?
Закрываю лицо руками. Анжеле приходится вытаскивать из меня рассказ буквально клещами.
– И теперь винишь себя? Ну конечно, зная тебя, глупо предполагать другое. Это неправильно, Яна. Ты любишь этого человека. Ты не смогла справиться со своими настоящими чувствами. Не вижу здесь ничего плохого. Тем более, с Игорем у вас было несерьезно. Что бы он там себе ни думал. Знаешь, мне кажется, он ухаживал за тобой больше из-за выгоды.
– Что ты такое говоришь? Чем я могу быть выгодна ему, – грустно усмехаюсь.
– Тебя всегда выделял Вознесенский. Ты была его любимицей. Тебе давали самые вкусные проекты.
Это правда. И я наивно верила в собственное обаяние. На самом же деле…
Его попросил об этом Демид – пронзает догадка. Теперь я почти не сомневаюсь в том, что нашла работу не по счастливой случайности. У всего, что происходило со мной, был кукловод.
– Игорь явно мастер замечать такие вещи, – продолжает Анжела. – Знаешь, что произошло на следующий день после вашего отъезда в Питер? Его уволили. С позором. Думаю, он поэтому примчался к тебе, кипя злости. Решил сорваться на тебе.
– Я ничего не понимаю. Как уволили? За что?
– Он сливал информацию конкурентам. Отлично на этом заработал. Только жадность сгубила. Хотел все больше и больше, вот и спалился на очередной сделке с конкурентами. Демид его поймал буквально за руку перед поездкой. Именно поэтому в последний момент Игорька сняли с вашего проекта. Чтобы дальше не было утечки.