Амира Алексеевна – Новый мир для Элиз. Хозяйка пиццерии (страница 35)

Амина отвернула от него лицо, и смущенно улыбнулась.

Гриша продолжил:

- А Даша довольно умна и хитра. Я-то ее всегда считал за дурочку, а она вон что выкинула! Умный ход, чего уж там. Придумала все, чтобы отбить у тебя охоту даже думать о нем. Но если все это правда, и Староверов, в самом деле, провел эту ночь с нашей Дашей, то он и гроша ломаного не стоит. – Гриша встал с дивана и протянул Амине руку, чтобы помочь подняться. – Кстати, а ты позвони ему или напиши. Спроси его прямо, мол, была ли Даша у тебя или нет. Не мучай себя так.

Амина отшатнулась, будто он предложил ей прыгнуть с обрыва.

- Я не могу! Это же… Я буду выглядеть полной идиоткой! Причем, ревнивой идиоткой. Нет, я не собираюсь опускаться так низко.

- Решай сама. Но если бы на мою девушку такое наговорили, я бы не стал делать вид, что ничего не случилось. Я бы докопался до сути.

- Я бы тоже не оставляла все так просто, если бы Илья Александрович был моим парнем, а я его девушкой. Проблема в том, что я ему никто. И он очень скоро уезжает… И возможно, мы больше никогда не увидимся.

- Как говорит твоя мудрая бабушка – время покажет и все рассудит. Может, Староверов вовсе не твоя судьба. Встретишь ты еще своего мужчину, с которым суждено тебе прожить до старости. И мой тебе совет – держи его подальше от своей подруги.

- Даша мне больше не подруга. – Решительно отвечает Амина.

- Ну, хорошо, - Гриша одобрительно хлопнул ее по плечу.

- Спасибо, Гриш, - поблагодарила девушка, чувствуя, как к ней возвращается способность мыслить.

- Не за что. – Он улыбнулся своей обычной, доброй улыбкой. – Ну, все, мне пора. Вечером я загляну к тебе. Сходим на речку порыбачить?

- С удовольствием. – Улыбнулась ему в ответ, чувствуя невероятное облегчение на душе после разговора с ним.

Гриша повернулся и направился к дверям. Она смотрела на его широкую спину с новым, глубоким чувством. Это была не влюбленность. Это была благодарность и уважение. Гриша – настоящий друг, готовый прийти на помощь в трудный момент.

Потом взгляд Амины падает на телефон, лежащий на столе. Позвонить ему или написать? Нет.

- Теперь я знаю. Он не мог провести эту ночь с Дашей. Илья Александрович не такой, каким она мне его представила. Теперь я точно это знаю.

***

Рабочий день подходит к концу. Совет Гриши висел в воздухе тяжелым, но одновременно и освобождающим грузом. Мысль о звонке Староверову все еще пугала ее до дрожи. Амина привела библиотеку в порядок, возвращая книги на полку после последнего посетителя, и, наконец, повернула ключ в замке, запирая дверь на ночь.

Амина сделала несколько шагов в сторону и достала телефон, чтобы написать Грише, что вышла из библиотеки и отправляется домой. В этот момент сзади, бесшумно, будто из ниоткуда, возникли два силуэта.

Она не успела даже обернуться. Один мужчина грубо схватил ее сзади, зажав ей рот ладонью, от которой пахло сигаретами и бензином. Второй набросил ей на голову плотный мешок из грубой ткани.

Телефон выскальзывает из ее руки, падает на асфальт и разбивается.

Мир погрузился в темноту, полную ужаса и запаха пыли.

- Будешь брыкаться – убьем, - прошипел хриплый голос прямо у уха.

Несмотря на угрозу, Амина попыталась вырваться, но ее руки были силой скручены за спину и стянуты чем-то, больно впивающимся в запястье.

Через несколько секунд ее уже подхватили под руки и понесли.

Она услышала скрип ржавой петли, потом удар дверцы. Ее втолкнули внутрь машины. Захлопнулась другая дверь, и тут же с грохотом и лязгом, завывая, завелся двигатель.

Машина рванула с места, швыряя ее по салону. Амина лежала на заднем сиденье, задыхаясь от собственного горячего дыхания. Сквозь грохот мотора и визг тормозов доносились обрывки грубого мата и фразы:

- … да, по плану…

- … все готово, ждут…

- … скоро опер пронюхает… и тогда мы его…

Опер. Сердце Амины бешено заколотилось, пробиваясь сквозь леденящий ужас.

«Они взяли меня, чтобы добраться до Староверова. Меня используют, как наживку», - с ужасом подумала она. – «Он в опасности! Если Илья Александрович доберется до меня, его тут же схватят!»

Мысль о Даше и о ее грязных делах мгновенно испарилась, смятенная куда более страшной и реальной опасностью.

Машину бросало из стороны в сторону, видимо, она свернула с асфальта на проселочную дорогу. Страх был таким всепоглощающим, что не оставалось места даже для слёз. Только леденящий душу ужас и полное, беспомощное отчаяние.

Глава 24

Глава 24

Машина тряслась и подпрыгивала, бросая Амину из стороны в сторону. Каждое попадание колеса в яму отдавалось болью уже в помятых боках. В ушах стоял оглушительный грохот мотора, скрежет металла и хриплые голоса бандитов, доносящиеся с переднего сиденья.

- И чем он думал, когда сдавал нас?

- Идиот. Что с него взять?

- Как думаешь, что шеф прикажет? Убить их или оставить в живых?

- Уж точно их нельзя оставлять в живых. Они много знают, и, оказавшись на свободе, уж точно молчать не станут.

- Ладно парень, но девка? Жаль, такая молодая…

Сердце Амины бешено колотилось, пытаясь вырваться из груди. Она отчетливо слышала разговор бандитов и понимала – ее хотят убить.

Машина резко затормозила, и ее по инерции бросило вперед. Она ударилась головой обо что-то железное. Двери распахнулись, и ее грубо вытащили наружу. Ноги подкосились, но ей не дали упасть, схватив за руки, поволокли по неровной дороге. Под ногами хрустели сухие ветки и прошлогодняя листва. Пахло сыростью и гнилой листвой. Рядом пруд или болото.

Прозвучал скрип ржавых петель, и ее втолкнули внутрь какого-то помещения. Воздух сменился – теперь пахло плесенью.

- Сиди тихо. – Раздался за спиной сиплый голос, и ее толкнули вперед. Амина упала на бетонный пол, покрытый слоем чего-то сыпучего, похожего на опилки.

Шаги удалились, дверь с грохотом захлопнулась. Щелкнул тяжелый замок.

Амина лежала неподвижно, прислушиваясь. Снаружи доносились приглушенные голоса, потом звук отъезжающей машины.

Они уехали? Оставили ее одну, или кто-то остался сторожить?

Амина попыталась присесть, но руки, скрученные за спиной чем-то острым, причиняли нестерпимую боль. Мешок на голове мешал дышать, ткань прилипла к лицу от слез и пота.

Амина попыталась освободить руки, дернув запястьями. Не получилось, но зато она поняла, чем связали руки. Это пластиковые хомуты. От них не освободиться так просто. Потом потянула голову вниз, пытаясь стянуть мешок о колено, но узел был затянут слишком сильно.

Отчаяние снова накатило волной.

Тишина в помещении была абсолютной. Сквозь собственное прерывистое дыхание и бешеный стук сердца в ушах Амина начала различать другой звук. Тяжелое, хриплое, едва уловимое дыхание где-то совсем рядом.

Она замерла. Кто-то был с ней рядом.

Осторожно, боясь выдать себя, Амина начала двигаться на звук. Она ползла, упираясь плечом и коленом в холодный, сырой бетон, натыкаясь на щепки и мусор.

Наконец, ее нога во что-то уперлась. Что-то мягкое, неподвижное. Дыхание и стоны доносились прямо отсюда.

Амина застыла в нерешительности. Потом все же собралась духом и стала легонько щупать неподвижный субъект.

Это было человеческое тело. Мужское. Ее рука стала влажной и липкой.

«Кровь!» - в ужасе подумала Амина и резко отдернула от него руку.

Сердце упало.

«Еще один пленник. И ему явно хуже, чем мне».

- Эй, - прошептала она сквозь ткань мешка, легонько потрясая его за плечи. – Ты меня слышишь? Кто ты?

В ответ послышался лишь слабый, болезненный стон.

Паника снова сжала ее горло.

«А что если он умирает? Как ему помочь?»