Амина Маркова – Точки притяжения (страница 10)

– Да. С Тиной.

– М. С Тиной, – повторила Таня и на миг приподняла брови: то ли в искреннем одобрении, то ли с едкой насмешкой.

Таня быстро встала из-за стола: она впервые на памяти Киры сделала что-то без привычной неторопливости.

– Извини, что отвлекла от перерыва, – сказала она и ушла.

День 14, неделя 2, воскресенье

Вчера к Кире приехала Алиса: они провели субботу, осматривая квартиру и окрестности дома и обмениваясь новостями.

Сегодня они поехали в центральный парк. Погода была маняще солнечной, но не жаркой. Гуляя по обширной сети аллей и дорожек, между крупной пустой деревянной сценой, большой спортплощадкой и скейт-пространством и обойдя разместившееся по центру парка озеро, они дошли до лугов с обустроенными газонами и сели на траву. Они сидели в тишине, отходя от усталости.

– О, – удивилась Кира. – Это… это Анна, что ли?

Она наклонилась и прищурилась, чтобы лучше рассмотреть девушку, которая шла по одной из окаймлявших луга дорожек, держа под руку маленького ребёнка.

– Какая Анна? Со школы?

– Да, посмотри! – Кира окончательно узнала в молодой маме их бывшую одноклассницу.

– Ой. Блин. Правда. Хочешь подойти?

– Нет, конечно.

Кира не любила внезапные встречи с малознакомыми людьми из прошлого: они обильно сочились неловкостью и желанием побыстрее закончить разговор.

Алиса довольно улыбнулась: она не была склонна к общению. Алиса с удовольствием общалась с теми, кого хорошо знала уже много лет, но открещивалась от любых незапланированных разговоров с малознакомыми, и уж тем более незнакомыми людьми.

– Слушай… Не могу не сказать, – неуверенно начала Кира.

– Что? – забеспокоилась Алиса.

– Тут так хорошо и… В общем, смотрю на тебя и как-то жаль, что ты… Ты такая милая и…

– Ты о чём? – Алиса перебила её невнятные попытки обернуть неудобную мысль в слова. – О том, что у меня никого нет?

– Да, что-то вроде, – сдалась Кира.

– Ты сейчас о любви пытаешься говорить?

– Получается.

– У меня есть любовь, ты же знаешь.

– Чей стрим ты смотришь раз в неделю?

– Да, – во взгляде Алисы появилась мечтательность. – Он такой недоступный – как Иисус. Остаётся только смотреть на его образ и верить, что он любит всех своих подписчиков.

Кира вздохнула. Её омрачила мысль, что в жизни их одноклассницы, в отличие от их жизней, произошло много значимых и интересных событий.

– Ты какая-то расстроенная, – сказала Алиса. – Эта всё из-за этой с ребёнком? Хочешь детей, что ли?

– Нет, я не про это, – плоско ответила Кира. – Просто в наших с тобой жизнях ничего особенно не происходит. Половина наших одноклассников уже в браке.

– Выскочили рано – разведутся рано. Ещё и с багажом останутся. К чему торопиться вообще?

– Просто нам с тобой уже столько лет, а мы не отличаемся от подростков.

– Разве плохо быть вечно молодым?

– Молодым – нет, инфантильным – наверное, да.

Алиса любила собирать свои светлые волосы длиной по плечи в два низких хвостика: с ними она выглядела лет на пять моложе. Её типу лица шла такая причёска: Алиса смотрелась свежо; если бы Кира собрала волосы в два хвостика, то стала бы похожа на дурочку, всё ещё считающую, что ей семь. Иногда Алиса распускала волосы, а иногда собирала в косички или хвост; Кира всегда носила своё каре свободным от заколок и резинок. Пять лет назад она была счастлива укоротить волосы и больше не заморачиваться с причёсками: раньше она постоянно закалывала или завязывала их, чтобы не лезли в лицо и не спутывались на ветру.

Неожиданно Алиса вскричала так сильно, что Кира вздрогнула. Рядом с ними приземлилось что-то большое и розовое. Под ухом зазвенел собачий лай, послышался топот бегущих ног. Мужской голос торопливо залепетал «извините, извините», пока Алиса испуганно хваталась за затылок.

Кира схватила валяющийся рядом с ней розовый круг. Это был фрисби. Рядом с Алисой опустился на корточки какой-то черноволосый парень: он сбивчиво оправдывался и иногда заносил руку, чтобы утешить её прикосновением к плечу, но быстро одумывался от такого приватного жеста. Картина расшифровалась: его фрисби случайно попал Алисе в голову; его красивая, белая и мохнатая собака сидела рядом с ними с гордым и счастливым видом: подняв морду и высунув язык, она часто дышала и как будто улыбалась.

Заметив собаку, Алиса тут же забыла про затылок. Скачком подсев к ней, она начала теребить её и приговаривать: «О, какая собака! Какая собака!»; собака довольно щурилась. На её хозяине была одежда, явно предназначенная для прогулок с собакой: кроссовки и трикотажный серый спортивный костюм, куртка которого была расстёгнута, чтобы показать простую и немного мятую футболку в мелкую и рябящую в глазах разноцветную полоску. Его прямые недлинные волосы были уложены так, чтобы не спадать на лицо; он как будто был младше них. Как только Алиса подсела к собаке, парень встал с корточек и отошёл; неуверенно топчась на одном месте, он открывал рот, чтобы что-то сказать, но не находил слов и закрывал его обратно.

Кира только что говорила о своём сожалении, что Алиса была одна. Своё одиночество Кира считала осознанным: она много думала об этом, она даже пыталась; у неё был опыт. Алиса никогда не интересовалась отношениями; с другой стороны, ей ничего не мешало познакомиться с парнем; может, у неё получится лучше, чем у подруги.

– Нужно осторожнее кидать!

Парень прекратил попытки сформулировать реплику и испуганно посмотрел на Киру. Алиса перестала теребить собаку и, оглядевшись, наконец-то поняла, что произошло.

– Извините. У вас… вам помочь? – обратился он к Алисе; та медленно покачала головой из стороны в сторону.

– Мы очень хотим пить. Если угостишь нас чем-нибудь, то посчитаем инцидент исчерпанным.

Алиса выпучила на неё глаза.

Кира протянула парню фрисби; он подскочил и забрал его.

– Хорошо. Тут есть… – он закончил фразу указанием большим пальцем на ближайшую дорожку с киоском. – Пойдёте?

– Конечно.

Несмотря на растерянность, он был словно удовлетворён этим неожиданным поворотом событий. Он махнул головой собаке; та подошла к нему. Увидев, что девушки встают с земли, он пошёл к киоску. Алиса подскочила к подруге.

– Кира, ты чё, пьяная? – прошипела она.

– Может, я хочу пить? – спокойно ответила Кира: она действительно мучилась от жажды.

– Ты потребовала с него деньги! Это законно?

– Я попросила напитки за ушибленный затылок. Слушай, он, конечно, не Иисус, но тебе не помешает познакомиться.

Алиса нехотя пошла за ней.

– Давай всё-таки без этого, а? – сжавшись, нервно проговорила она.

– Не трусь ты так. Давай сразу спросим, есть ли у него девушка.

– Ты точно выпила, да? – выпалила Алиса и напряжённо помолчала. – Кто начинает с такого? Представь, что к тебе подошёл незнакомый парень и спросил, есть ли у тебя кто. Я бы убежала от такого.

– Смотря как задать вопрос. Кому-то такие подкаты нравятся. К тому же я попросила это не как угощение, а как плату за неудобства – это к твоему вопросу о законности.

– А если он женат? А мы тут… – Алиса дала встревоженной интонации завершить предложение.

– Кольца у него по крайней мере нет. Я говорю, спросим. Если он понравится нам обоим, будем драться на пистолетах.

Алиса коротко и нервно рассмеялась и немного успокоилась. Кира вела себя нетипично, но ей хотелось познакомить Алису: ей хотелось быть неприятно развязной, чтобы дать ей выгодный фон.

Они подошли к киоску и встали за высокий металлический столик; парень уже мялся рядом. Увидев, что они пришли, он слегка расслабился, и спросил, что они будут пить. Девушки выбрали холодный чай и колу и, подождав, получили свои напитки. Взяв трубочки в рот, они, не сговариваясь, стали смотреть на него; это выбило его из равновесия: он даже не смог вставить трубочку в стакан. Он не был таким юным, каким показался изначально: это было особенностью мягких черт его лица; он мог быть даже их ровесником.

– Спасибо, – начала разговор Кира.

Он ответил не сразу, так как решил перестать быть посмешищем и наконец-то вставить трубочку в стакан.

– Пожалуйста. Я думаю, я был вам должен, – заговорил он, справившись с напитком.

– Мне не очень больно, – призналась Алиса. – Я больше испугалась.

– Скажи, а у тебя есть девушка? – оживлённо спросила Кира, окинув его оценивающим взглядом.

Алиса под столом подёргала её за рукав: ей всё ещё не нравилась эта затея.