Амина Маркова – Эти двое (страница 8)

– Дай рассмотреть тебя. Потрогать может.

Макс так резко поднялся с места, что ножки стула издали мучительный скрип; его лицо было красным от негодования. Неужели он был настолько задет?

– Ты вообще границ не чувствуешь? – с сердитым упрёком проговорил он и унёсся в свою комнату; хлопнула дверь.

Майя поссорилась со всеми тремя лучшими друзьями. Она ощутила себя невыносимо несчастной; её грудь сдавило от непролезающих через горло рыданий, а порция запеканки напротив потеряла чёткость, превратившись в неразборчивое цветовое пятно.

Сгорбившись, она прошагала к себе, с неудовольствием услышав, как Макс, распознав её передвижение, перешёл из комнаты в ванную, чтобы принять душ. Теперь он не хотел её видеть.

Майя упала на кровать и затряслась в тяжёлом беззвучном плаче. Наплакавшись, она разозлённо вытерла глаза и решительно схватила телефон. Вытащив из ящика стола сим-карту, она твёрдыми движениями вынула из телефона свою и переставила её на новую.

Она набрала Еву.

– Да, – ответил её скрипучий голос.

– Ева? – бархатисто-тягуче спросила Майя.

– Кто это?

– Это Юна.

– Юна? У меня другой твой номер записан.

– А, да? У меня их просто два, – сымпровизировала Майя.

– Что хотела? – холодно спросила Ева: она так и не простила Юну за то, что та стала дружить со «странными близнецами».

– Мы можем встретиться в понедельник? Для разговора.

– Хочешь что-то сказать – говори.

– Пожалуйста: я хочу тебе кое-что подарить. Мне кажется, мы как-то плохо с тобой начали, и, по-моему, это моя вина: я хотела загладить… Может, перед уроками? Минут за пятнадцать. Давай у расписания?

– Хм-м… – протянула Ева: её честолюбие и любопытство были разогреты до предела. – И что за подарок?

– Я надеюсь, тебе понравится… Хочу, чтобы был сюрприз. Встретимся?..

– Ладно, – сдалась Ева. – Завтра за пятнадцать минут до первого урока, у расписания. Если тебя не будет – не буду тебя ждать. Дам тебе пять минут, не больше, – договорила она и бросила трубку.

– Удачи, Юна, – злорадно прошептала Майя, возясь с возвращением старой симки на место.

Она поднялась с кровати и, услышав, как Макс застучал вилкой по тарелке, отправилась в гостиную.

Майя встала перед ним, уперев руки в бока. Макс поднял на неё глаза, остановив руку с вилкой.

– Я не маленькая. И не глупая. Я серьёзная. И храбрая. Мне хватило смелости осознать, что я была не права. Извини. Я правда перешла границы.

Макс пару раз моргнул.

– Хорошо… Спасибо.

На самом деле он не был обижен. Его задели её слова, но, захлопнув за собой дверь комнаты, он подумал, что ему не следовало оскорблённо сниматься с места. Если Майя сказала что-то неправильное, он должен был разъяснить ей, в чём была её ошибка, а не строить из себя недотрогу. Всё-таки на нём была ответственность за неё. Всё-таки он был старшим. К тому же Майя не восприняла бы его обратную связь в штыки: за её упрямым и громким фасадом скрывались живой ум и восприимчивая душа. Макс гордился сестрой.

– Знаешь, что я придумала? – воодушевлённо сказала Майя, сев напротив и подавшись вперёд.

– Ну.

– Стендап! Я буду делать стендап.

– Отличная идея, – восхитился Макс. – У тебя получится.

– Да! – Майя откинулась на спинку стула. – И я сделаю лучший в мире номер.

Тревоги. Ноябрь

Майя, Ада и Артур всегда встречались в одном и том же месте перед тем как пойти в школу. Майя не знала, будут ли они ждать её сегодня: они так и не общались после позавчерашней ссоры.

– Весь день вчера были в своём клубе по-любому, даже не вспоминали меня, – ворчала Майя, шагая к извечной точке их сбора.

Майя распознала их тонкие фигуры ещё издалека. У неё сжалось сердце: она слишком сильно любила их, чтобы позволить злости подмарать их давнюю дружбу. Весь вчерашний день она думала, как было бы здорово найти новых друзей, чтобы показать, что старые ей были не нужны, но сегодня ей пришлось признать, что они – помимо родителей и брата – были её самыми любимыми на земле людьми. Даже с расстояния было видно, как Ада – её крутая и невозмутимая Ада – спокойно глядела на неё, доброжелательно надеясь на благополучную развязку, а Артур – её простодушный и весёлый Артур – хмурился своими выкрашенными в тёмный цвет бровями, как милый маленький щенок. Его засунутые в карманы руки и приподнятые плечи говорили, что он всё ещё был обижен. Заметные издалека волосы Ады и Артура – серо-голубые и тёмно-красные – превращали лучших друзей Майи в самых оригинальных в школе людей.

– Привет… – промямлила Майя исподлобья, остановившись перед ними. – Короче, это… – сказала она, выслушав их «привет»-ы, – извините? Ладно?

– Конечно, – сразу ответила Ада.

– Ты, наверное, сама не своя была, – заговорил Артур. – У тебя, наверное, эти были – девчачьи проблемы.

– Артур, извини, пожалуйста, – Майя жалостливо приподняла брови. – Я не должна была так говорить. Мне просто… мне просто жаль, что мы отдаляемся. Щас повзрослеем, по своим жизням разойдёмся, и всё. Обидно… Поэтому я злюсь… Дурацкий возраст.

– Мы не отдаляемся, – примирительно сказал Артур, похлопав её по плечу. – Как захотим – так и будет.

– Да, кстати, – подхватила Ада. – Захотим дружить всю жизнь – будем дружить всю жизнь.

– Я люблю вас, – не выдержала Майя и обняла каждого из них одной рукой. – Ада, ты самая классная из всех, кого я знаю. А ты самый искренний. Если бы все были такие, как ты, мир был бы в два раза лучше.

– Ты тоже ничё, – усмехнулся Артур.

Расслабившись, они отправились в школу.

– Да, Артур, кстати, спасибо тебе просто огромнейшее за идею! Стендап! На обеде пойду зарегистрируюсь. Нужно начинать придумывать номер уже сейчас. Поможете? Ада, с тебя шутка про гитаристов.

– Э-э… – Ада засияла улыбкой от такой неожиданной просьбы. – Ну, у меня только бородатая. Гитарист играет на сцене и думает: «Щас закончу концерт и всё – все девочки мои». Драммер играет за ним и думает: «Щас кончится концерт, и как обычно бухать пойду». Бас-гитарист играет сбоку и думает: «До. До-ре-до. Соль. До-ми-ми».

– О, не знала такой. Артур, с тебя про пианиста. Ну или про клавишника.

– А. Ну. Идут по улице двое. Один клавишник, у второго тоже нет денег.

– По вашим шуткам можно шутки изучать. Шутка на неожиданности, шутка на схожести.

Они обсуждали шутки до тех пор, пока не зашли в класс, не уселись на места и не услышали, что кто-то разговаривал на повышенных тонах.

– А кто мне мог тогда звонить? – вопила Ева, возвышаясь над сбитой с толку Юной, безуспешно пытающейся расстегнуть рюкзак, чтобы вытащить вещи для грядущего урока.

– Я не знаю, – отвечала та мягким, но обескураженным голосом. – Я тебе не звонила.

– Если ты мне мстишь, то это я должна тебе мстить! Я бескорыстно раскрыла тебе объятия, а ты ускакала не к кому-кому, а к этим двоим! – Ева беззастенчиво вскинула руку на близнецов.

– Ты надоела! – грянул Артур, вскочив с места. – Тебе было бы приятно, если бы мы вслух тебя упоминали! А? В третьем лице?!

– Знаешь, что я про тебя узнала? – насмешливо поинтересовалась Ева, сложив руки на груди. – Что ты такой куда-деваться-храбрый совсем недавно, – она покосилась на своих подружек, ожидая, что они поймут её намёк – те развязно засмеялись.

– За девушку свою заступается, – высказалась одна из них, измерив Юну презрительным взглядом.

– Ещё скажи «совет да любовь», чтобы совсем за первоклашку сойти, – не смутившись, парировал Артур.

Майя, гордо поглядев на него, решила вступить в разговор: она никогда не боялась Еву. Она никого не боялась в этой школе.

– Артур, а давай мы с тобой так же про неё сделаем? – громко сказала Майя, не поднимаясь с места. – Вслух, и в третьем лице?

– Давай, – с улыбкой ответил Артур: он был счастлив оттого, что Майя его поддержала.

– Я тут решила в конкурсе талантов участвовать, – заговорила Майя, обращаясь к Артуру, пока Ева, приподняв бровь, лицом говорила «ну-ка, ну-ка, удивите меня», а её подружки развернулись к ним, коллективно окатывая уничтожающими взглядами. – Буду делать стендап. Прополощу со сцены всех, кого хочу. Еву хотя бы. Как тебе такая шутка? Иду после школы в магазин, покупаю банку газировки, открываю дверь на улицу и вдруг вижу – Ева мимо идёт. Я думаю: «Как так-то? Открываю дверь школы – Ева, открываю дверь класса – Ева, открываю дверь магазина – Ева. Я теперь газировку боюсь открывать».

Никто не успел отреагировать, так как Майя, радостно воскликнув «Макс!», спрыгнула с места и подбежала к входу в класс. Ева, увидев, кто появился в дверях, раздражённо поджала губы и неторопливо опустилась на место, сделав подружкам еле заметный жест, призывающий отпустить ситуацию.

– Так у меня в рюкзаке и лежал, – Макс протянул сестре серую записную книжку.

– Блин! – изумилась Майя. – Спасибо, что занёс, а то потеряла бы. Привет, Алекс.