Амила Дунаева – Потомки Элейн. Мерцающая долина (страница 5)

Последующие два дня она изучала местные окрестности, прямо в устье средней горы, одной из трёх братьев, конечно, не без помощи Пина. Они нашли озеро, водопад, лежали на лужайке, и Пин открылся Олейне как музыкант, играя на самодельной дудочке, а делал он это так прекрасно и мелодично. Звук дудочки, перемешанный со звуком природы , он переливался по телу и дарил умиротворение и покой, всё вокруг становилось плавным и мягким, ярким. Прекрасная природа, и всё это, скрывали огромные и ужасные, на первый взгляд, холодные и тёмные горы.

.

Глава 4. Муравейник ярких красок.

Дождь тихонько шумел и падал мелкими каплями на горную местность. Солнца почти не было видно, а небо окутало тёмная пелена грозовых туч. И с того времени миновало два дня, и настал день грандиозной ярмарки, страны мерцающих эллинов.

– Идём Олейна, нам прямо и два раза налево, – сказал Пин, подавая девушке руку. Они пробирались через лужи и грязь, стараясь повыше поднимать ноги. На них были серые, длинные плащи с капюшоном, что раздобыл где-то Пин.

– Ну, почему, нельзя было просто прилететь? Обязательно так издеваться надо мной… ааа?? – капризничала Олейна, понимая, что её ноги насквозь промокли и покалено были в грязи.

– Если бы мы прилетели, нас могли заподозрить, и меня бы выкинули, и ты бы осталась без гида! – сказал юноша сухо, совсем не глядя на Олейну. Пин потихоньку приближался к дому, тому, что его отторг так безжалостно и быстро.

Преодолев препятствия в виде грязи и луж, они стояли прямо у ворот огромной страны. Высокие, почти пронзающие небо, золотые ворота в виде узорных деревьев без листьев, обрамленных рамкой в виде волны. Они блестели и можно было увидеть своё отражение в полном обличии, Олейна в этом отражении увидела насколько же она ниже Пина, и даже немного закомплексована. Наконец молодые эллины переступили порог и вошли, Пин накинул капюшон и сгорбившись, шёл позади Олейны, а она тем временем распахнула широко глаза и с изумлением рассматривала всё вокруг. Только переступив порог, внутри, как по волшебству, а может так и есть, дождь пропал и было сухо и светло.

Праздник был ярок и красочен, разноцветные фонари горели и при свете дня, и каждый своим цветом. Жители и их гости рассыпали по ветру сухую, будто пудра, краску, всеми цветами, что было в их ассортименте. Краска висела в воздухе, сияла на солнце и садилась на всё и вся. А огромная ярмарка ломилась от всевозможных яств и заморских сувениров. Это были сувениры, одежда и даже животные различных размеров и подтипов. Страна была полна гостей, и это были не только эллины… Пин, немного догнав свою спутницу, одним глазом, наблюдал за её детским восторгом и незаметно умилялся. Подходя ближе, Пин немного наклонился к ней и начал тихонько говорить: Смотри Олейна, это человек. Он взглядом указал на мужчину в тёплой шубе из шерсти и овечьих сапогах.

– Бескрылая раса, они живут в основном, на ровной поверхности, вне гор. – продолжил рассказывать он.

– Он сюда поднялся, только ради ярмарки? – удивилась Олейна, с интересом глядя на человека. Этот мужчина,, при этом вообще не обращал на них внимания, стоя у прилавка и бурно обсуждая что-то с продавцом меха, местным эллином.

– Вряд ли, наверно доставлял меха и животных их местности, все ради денег, тем более такое событие, прибыль ему гарантирована… – рассуждал юноша, с деловитым видом, почёсывая затылок.

Пройдя дальше, мимо огромных снежных барсов с клыками, торчавшими в разные стороны, они продавали их как наездников, чуть дальше красовались гибридные орлы такие же размером и нетипичными лапами. Олейна хотела подойти ближе, но её неожиданно и грубо толкнул низкорослый паренёк, и пошёл дальше с очень надменным видом.

– А это ещё кто?! – со злостью спросила она Пина, и размахивая от неожиданности руками, восстанавливая равновесие и ноги её при этом тоже закрутились, хоть паренек и был мал, но крепок.

– О! Это гномы, они очень богаты, то есть у них много монет, их тут любят. Маленькие они, потому что, живут под землёй. Им там рост особо не нужен, ну я так думаю… Месяцами они добывают руду и драгоценные камни, потом перепродают и идут тра-а-атить… – с горящими глазами рассказывал Пин, продолжая шагать мимо густо набитых прилавков, умудрился даже что-то умыкнуть. Они уже были все в рассыпчатой краске, будто окунулись в яркую радугу.

– Да, а ещё очень грубые, надменные и наглые… – добавила Олейна.

– Да есть такое, но они очень хорошо одеваются, как-то разнообразно и чётко. – с некой завистью продолжил он.

– Хм… ещё бы, их же надо хоть как-то терпеть, а тут хоть смотреть будет приятно! – съязвила Олейна, пытаясь делать шаги шире что бы успеть за Пином и не упустить ничего интересного, глядя по сторонам.

Через несколько метров от них, пара эллинов танцевали на невысокой, маленькой и круглой сцене на толстой ножке, что была посередине. Они ходили босиком и легонько прикасались руками друг к другу, обернувшись плавно прикасались крыльями, красиво двигаясь под мелодичный звук флейты. Эллины смотрели друг другу в глаза мягко и нежно взлетали, держась за руки, и в полёте кружились, их белые наряды кружились вместе с ними, длинные шлейфы вырисовывали невероятные образы следуя за прекрассным танцем.

Здесь Пин, чуть приблизившись к Олейне, начал шептать ей в ушко: Посмотри немного влево, на мужчину в ярко-синем плаще. Девушка отвела взгляд и увидела необычного мужчину, он не был не эллином и не гномом… Глаза у него были огромные и круглые, они почти не двигались, а вместо волос были перья. Нос был острый, и в целом напоминал разноцветного павлина.

– Кто он? «Он прекрасен…» – спросила, в очередной раз Олейна.

– Это – ильфин, – начал рассказывать Пин, – они немного похожи на нас, но крылья у них меньше, и они очень пафосные, аристократы, одним словом… ильфины не больно нас любят, да, они всех не очень любят… – с немногим отчаянием заявил он.

Этот ильфин, не был похож на надменного выскочек, как охарактеризовал его Пин. Он с таким восхищением наблюдал за танцем мерцающих эллинов, что Олейна не придала всерьёз слова своего спутника, и тихонько приближалась к танцорам, наблюдая за ильфином.

Пин легонько схватил девушку за руку и повёл в самую глубь ярмарки, подальше от ненавистного им ильфина. Олейна от неожиданной смелости и непонимания намерений Пина, не стала сопротивляться и последовала резкому направлению. Они проходили мимо вольеров с небольшими животными. Синие обезьянки, из своей клетки тянули свои маленькие лапки и тихонько пищали, розовые слоники с полуметра и лохматые собаки с очень длинными и гибкими хвостами.

– Девушка! А девушка! Купите обезьянку, вы ему очень понравились, – обратилась к Олейне, очень необычный продавец. Кожа у неё была красная, как и зрачки, будто она была в ярости, а на голове, поверх шикарных чёрных волос, красовались огромные рога, украшенные, ибо она была девушкой, красивыми, блестящими стразами.

– Ой нет, я как-нибудь в другой раз, – отказалась Олейна, поглаживая обезьянку указательным пальцем. И она с Пином пошли дальше, мимо прилавков с ароматной выпечкой, что разносился метров на пять, таких прилавков было несколько, один за другим на различный вкус и цвет, даже размер.

– Этот продавец обезьянки, кстати, был дармин. Они тут везде, очень шустрые ребята. Вон там ещё один… – и он показал вперед, на всадника, который управлял огромным снежным барсом. – Их называют жестокими, но я не уверен, думаю, они такие, же как я, делают то, что не хотят, от великой нужды… – улыбаясь с грустными глазами, сказал Пин, проходя прилавки с блестящими украшениями. Он протянул Олейне небольшую булочку, которую умудрился, незаметно умыкнуть.

Олейна сначала хотела отказаться от булочки, всё-таки воровство, но голод сыграл своё, и она уже шла с набитом ртом.

За эту прогулку, Пин заметно осмелел и даже почувствовал некую необходимость в себе, хоть и на определенное время, но он был нужен, и она зависела от него. Пин почувствовал себя не таким одиноким. Его мама пропала нескольео лет назад, оставив пустоту в его сердце. У него было много знакомых воришек, таких же, как и он, но в этой компании каждый сам за себя, никто никому не доверял. Но Олейна какая-то другая, наивная, и он не мог с ней быть таким же как с другими, он чувствовал это. Ее доверие, доброта пробуждало давно забытое чувство, что пропало вместе с матерью.

Оказавшись в сердце ярмарки, они увидели огромное шоу представление с участием танцующих эллинов в одинаковых ярко-синих костюмах со рванными шлейфами, они двигались подобно змеям и собравшись начали петь на древнем языке, приятную для слуха песню, негромкими, высокими голосами. И неожиданно из толпы, выплыл знакомый ильфин. Он немного растерялся, не зная, к кому обратиться, глядя то на Пина, то на Олейну, но всё-таки подошёл, его осанка была идеальна, и манеры чувствовались в каждом движении.

– Прошу прощения, меня зовут Кристофер, я заметил вас минут 30 назад, очень хотел бы с вами познакомиться! – начал свой диалог, аристократичный ильфин.

– Ого! Кто снизошёл до нас! Раньше они даже и разговаривать с нами не хотели. – подумал Пин.

– Да, здравствуйте, меня зовут Олейна, а это мой друг Пин, – среагировала девушка, широко улыбаясь и немного смущаясь, поправляя свои немного запутавшиеся волосы.