Амелия Брикс – Мы так близко. Противостояние (ЛП) (страница 36)
Мне приходится прервать поцелуй. С листа на меня смотрит точная копия Вики.
— Красота какая, — моя девушка берет в руки свой портрет, — спасибо огромное. Не знала, что ты умеешь рисовать.
— Это так, баловство, — бросает Марина.
— И четыре года художки, — напоминаю ей.
Улыбается в ответ. Мы расходимся ближе к трем часам. Как только садимся в такси, я обнимаю Вику.
— Самый лучший мой день рождения, — шепчет она, прислонившись к моему плечу.
Крепче прижимаю к себе.
— Теперь все твои праздники будут такими, — вдыхаю запах ее волос.
— Ага, — произносит она практически засыпая.
Глава 18
19 декабря
Виктория
Вчерашний день был одним из самых лучших в моей жизни и навсегда останется в памяти. Не устану благодарить Яна за всё то, что он для меня делает. Каждой клеточкой я ощущаю его любовь, заботу и внимание. Думая о будущем, не представляю его без Яна. Он полностью изменил мою жизнь, принес с собой больше света и тепла, окружил меня им, словно укутал теплым пледом. Не знаю, как сложилась бы моя жизнь, если бы я не выбрала Яна, а осталась с Мишей. Возможно, только сейчас поняла бы, что Миша за человек; а может, и до сих пор жила бы как слепой котенок и верила каждому его слову.
Вчера, дома у Марины с Глебом, пока все были чем-то увлечены, в разговоре с Кирой я упомянула о своем самочувствии до обеда. Если бы она не посоветовала мне сделать тест на беременность, я, наверное, до сих пор списывала всё на отправление. Тем более я принимала противозачаточные таблетки, поэтому даже не думала о таком исходе. Но теперь мне страшно оттого, что подруга может оказаться права. Мне действительно страшно, потому что не знаю, какой будет реакция Яна, если я действительно окажусь беременной. Нам еще очень рано заводить детей.
Дождавшись обеденного перерыва, хватаю сумочку и выхожу из своего кабинета. Сегодня утром мне снова стало плохо — о еде даже думать не могу. По дороге на работу я попросила Яна остановиться возле аптеки и, по совету Киры, купила один из самых дорогих тестов.
Захожу в уборную и закрываюсь в кабинке. Быстро читаю инструкцию к тесту, проделываю всё, как написано, и закрываю глаза. Мысленно отсчитываю двадцать секунд, прежде чем открыть глаза и увидеть результат. Руки дрожат от волнения, а сердце готово выпрыгнуть из груди. Три. Два. Один. Открываю глаза. Нет. Нет. Боже… я не готова к этому.
На глаза наворачиваются слёзы. Господи, у нас с Яном будет ребенок. Вырывается нервный смешок. На смену волнению и страху приходят смешанные чувства. Я не понимаю, радоваться мне или расстраиваться. С одной стороны, что может быть прекраснее маленького создания, которое будет дарить тебе счастье и радость только одной своей улыбкой. Но с другой — мы никогда не говорили об этом с Яном. Я не знаю, хочет ли он детей. Вдруг он скажет, чтобы я сделала аборт? Нет. Он не способен на такое. Он будет рад. Я уверена.
Вытираю слёзы и выхожу из кабинки. Мою руки и, взяв влажную салфетку, вытираю под глазами следы от потёкшей туши. Возвращаюсь в свой кабинет и сажусь за стол. Нужно собраться с мыслями и продолжить работу.
Руки сами тянутся к телефону, чтобы написать Яну смс. Нет, я сообщу ему вечером. Хочу видеть его реакцию, когда он узнает о ребенке. Воображение рисует картину, где Ян счастлив и не может сдержать радости от такой новости. Он обнимает меня и целует, а затем мы лежим в постели и выбираем имя нашему сыну или дочке. Я хочу этого ребенка. Я хочу, чтобы у нас была счастливая семья. Как будет рада Светлана Ивановна, мои родители, бабушка с дедушкой, наши друзья. Кладу руку на живот и не могу сдержать улыбку. Мне хочется поделиться с кем-то этой новостью, но отец ребенка должен узнать первым, поэтому держу себя в руках. Нужно записаться на прием к моему гинекологу и узнать, какой у меня срок.
Мне всё-таки удается снова погрузиться в работу, поэтому я не сразу реагирую на стук в дверь. Отвлекаюсь от бумаг и поднимаю взгляд в сторону вошедшего в кабинет человека. Сердце пропускает удар при виде белоснежной улыбки на столь противном для меня лице.
— Привет, — не отводя от меня взгляда, подходит к столу, и я инстинктивно поднимаюсь с кресла и хватаю мобильный телефон.
— Что тебе нужно?
— Я присяду? — отодвигает для себя стул напротив моего стола.
Игнорирую вопрос Миши и смотрю на него с вызовом, хотя внутри у меня совсем другие эмоции.
— Я хотел лично вручить тебе подарок. У тебя же вчера был день рождения, — улыбка не сходит с его лица.
— Как ты узнал, где я работаю? Ты следишь за мной?
— У меня есть связи. Присядь, — указывает на мое кресло, — успокойся.
Но я не могу успокоиться. Меня до жути пугает то, что он знает о каждом моём движении и никак не оставит в покое.
— Как отметили? — спокойно спрашивает он.
— Хорошо, — не свожу с него взгляда и сажусь обратно в кресло.
Возможно, если я не буду так остро реагировать на него, то он быстрее уйдет. Запускает руку во внутренний карман пиджака и извлекает оттуда маленькую коробочку. Открывает ее и ставит передо мной на стол. Перевожу на нее взгляд и не верю своим глазам.
— Что это? — у меня вырывается нервный смешок.
— Кольцо. Я хочу, чтобы оно было на твоем пальце.
— Тебе не кажется, что это уже слишком? — начинаю злиться, но стараюсь сдержать гнев.
Откашливается, склоняется над моим столом и смотрит мне прямо в глаза. От его взгляда по спине пробегают мурашки.
— Я могу обеспечить тебя, могу отвезти тебя в любую точку, которую ты покажешь на карте. Будешь ходить в золоте и бриллиантах, ездить на дорогих машинах. Получишь
— Хватит! У нас будет ребёнок!
Я тут же жалею о том, что сказала ему. Но возможно, хотя бы это, наконец, остановит его. Миша удивлен. Отводит взгляд и, кажется, что-то обдумывает.
— Оставь меня в покое, — уже спокойнее прошу его, — пожалуйста. Пойми: мы любим друг друга. По-настоящему любим. У нас будет семья. Я счастлива.
— Он уже знает? — спрашивает, не глядя мне в глаза.
— Нет. Я сама только узнала.
Примерно с минуту в кабинете стоит полная тишина. Кажется, я слышу дыхание Миши и свое собственное сердцебиение.
— Мне нужно работать, — решаю заговорить.
— Да, — внезапно приходит в себя и поднимается со стула, — не буду тебе мешать. Мне тоже нужно ехать, и… — делает паузу и смотрит мне в глаза, — поздравляю.
Выдавливаю в ответ легкую улыбку. Неужели это действительно подействовало, и он, наконец, оставит меня в покое? Он уже собирается выйти из кабинета, но мне на глаза попадается кольцо.
— Миш! Забери, — встаю из-за стола и беру в руки коробочку.
— Оставь себе. Это подарок, — улыбается.
— Это очень дорогой подарок.
Ничего не отвечает и, так же улыбаясь, покидает мой кабинет. Чувствую огромное облегчение после его ухода, но… надолго? Почему-то мне не верится, что Миша так просто оставит меня в покое после того, как узнал о беременности. Но очень хочется, чтобы так и случилось. Чтобы он больше никогда не появился в моей жизни и позволил быть счастливой с Яном.
Смотрю на кольцо, подаренное Мишей. Большой драгоценный камень синего цвета в золотой оправе. Смотрится очень красиво и выглядит действительно дорого. Подобные украшения — это нечто интимное, поэтому я не могу оставить подарок. Не только из-за поступков Миши, но и потому что это будет означать, что у него есть шанс меня вернуть, подкупить такими подарками. Этого не произойдет. Нужно решить, что делать с кольцом. Не хочу, чтобы Ян увидел его и начал задавать вопросы. Я больше не позволю Мише разрушить мои отношения с любимым человеком.
Ян
Мы сидим с Гришей на скамейке и дожидаемся, когда последние клиенты закончат упражнения. Сегодня был тяжелый и долгий день. Вчера мы здорово повеселились, а теперь пожинаем плоды в виде головной боли и сушняка.
— Неужели эта улитка закончила, — провожаю взглядом девушку.
— Не говори так о наших кормильцах, — смеется шеф.
— Ещё скажи, что не ждал этого момента.
— Не скажу, — поднимаемся на ноги и идем в свои каморки.
Быстро переодеваюсь. Затем отправляю Вике сообщение, что через пятнадцать минут буду дома, и спешу к выходу. На крыльце сталкиваюсь с двумя парнями атлетического телосложения.
— Ребята, тренажерка закрывается, — ставлю их в известность.
— А мы к тебе.
Удар кулаком в лицо. Не успеваю опомниться — получаю следующий в живот. Сука! Больно. Ещё удар. Ещё. Ещё. Ещё…
— Вырубай его, — кричит один.
От удара тупым предметом я погружаюсь в темноту.
Первое, что я чувствую, придя в себя, — вода, льющаяся на голову. Сначала хорошо, потом холодно, а затем боль разносится по всему телу. Я не в силах сдержать стон.
— Смотри-ка, очнулся, — доносится голос сверху.
Смех эхом разносится… по комнате, зданию? Где я?