Ameli Mait – Рожденный грешником. Гнев (страница 9)

Берк, милый Берк, преданный друг. Она просто хотела поделиться, рассказать хоть кому-то, что с ней случилось. И, возможно, этот кто-то разубедил бы ее, успокаивая тем, что ей просто показалось.

«Ну, вот и расскажешь, иди ставь чайник, разговор будет долгий,» – прозвучал внутренний голос.

Спустя двадцать минут подготовки к не менее взволнованному гостю, Мора услышала стук в дверь. То ли от волнения, то ли от уверенности в себе она не посмотрела в глазок и резким движением распахнула дверь.

Он стоял там, закрывая мощным телом дверной проем, и рот его расплылся в зловещей ухмылки.

– Привет, Мора, – промолвил гнев.

– Юнги, – обреченно повторила девушка.

Глава 3

Когда Юнги добрался до дома Моры, он был готов к тому что девушка, будет напугана. В конце концов, она ведь от него убежала, значит поняла кто он такой. Очевидно, она в панике.

Также был он готов и к ее стремлению побыстрее уехать, именно поэтому он взломал систему видеонаблюдения города, а Тэхен помог найти адрес владелицы «Тойоты» короллы 1990 года. Моранта Эльпато, двадцать четыре года, через два месяца будет двадцать пять.

Но Гнев определенно не был готов к тому, как встретила его эта маленькая ведьма. Открыв дверь, она застыла, окинула его одним испуганным взглядом, вздрогнула и резко ударила его по лицу сумкой. Затем она захлопнула дверь и заперла ее на замок. И оставила его стоять на ступеньках, истекающего кровью. Его губа кровоточила!

Что ж, Юнги еще раз убедился, что ведьмы непредсказуемые, сумасшедшие создания. Все было не совсем так, как он ожидал. Мин прищурился и, зарычав, оскалил зубы. Что, черт возьми, происходит? Ведьма никогда не осмелилась бы ударить его, тем более женщина! Они боготворили его. Липли в надежде получить хоть толику ласки. Так в чем, блять, дело?

Проклятая ведьма! Настроение этих существ, несдержанных, вспыльчивых, невозможно предугадать. Эти полные самобытности существа прошли через века, остались такими же дикими, как и в железном веке.

Мин Юнги – гнев в чистой его ипостаси – не сможет оставить выпад девушки без внимания. Она пожалеет об этом обязательно, но сейчас брат стоял на первом месте, ему нужна помощь этой сумасшедшей, поэтому он постарается взять себя в руки. Но у него ни хера не получилось. Ну, напугать то он ее может!

– Убью! – разъяренный рык разнесся по двору дома.

Мора стояла у парадной двери, держась за ручку, как вдруг двери черного входа затрещали, и повсюду посыпались кусочки краски и штукатурки. Доски проломились от силы удара, в последний раз дверь протестующе скрипнула и слетела с петель вместе с косяком, державшим ее. Разъяренный Юнги ворвался внутрь.

Зная, что у нее только несколько драгоценных секунд, Мора повернула дверную ручку и распахнула дверь. Она почувствовала шлепок его ладоней о свою голову и снова захлопнула дверь.

Невероятно! Как он может так быстро двигаться?! Но тем не менее он двигался очень быстро, и теперь Мора была в ловушке; впереди – тяжелая дверь, сзади – еще более тяжелый собиратель душ.

Через миг она уже извивалась и уворачивалась, пытаясь вырваться, но он двигался быстрее, предугадывая все ее выпады, расставив руки в стороны и загородив дорогу своим телом.

Не имея возможности вырваться, Мора остановилась и замерла, словно загнанный зверь. У нее в голове проносились тысячи вариантов что ему сказать, но все начинались с жалкого «прошу». Но, будь она проклята, если станет о чем-то просить или умолять. Очевидно, он наслаждался бы этим. Мора решила держать язык за зубами. Если ей и суждено умереть, она сделает это с гордостью. Достойно встретит свой конец. Она приготовилась принять смерть, какой бы ужасающей та ни была.

Но девушка вскоре осознала, что он вовсе не собирается ее убивать, по крайней мере, сейчас. Слегка касаясь подбородком ее волос, он тихо рычал, и не было сомнений, что это рычание имело оттенок похоти.

«Неужели он собирается мной овладеть, прежде чем убить?»

Юнги схватил ее за руки мертвой хваткой, и, хотя Мора изо всех сил сопротивлялась, она не могла сравниться с ним силой. Подняв ее руки над головой, он оперся ладонью на дверь и навалился на нее всем своим мощным телом. Его бедра припечатали ее ягодицы к двери.

Глаза Моры распахнулись. Она испытала первое запретное прикосновение Греха, слишком электризующее прикосновение. И вместе с этим ощущением она почувствовала ответ на вопрос, который пыталась не задавать себе вот уже почти три недели. Нет, он не похож на смертных мужчин. Такого ощущения у нее не было никогда.

Мора сглотнула. Несмотря на то, что их разделяла одежда, ее тело горело, когда Юнги к нему прикасался. А чтобы она почувствовала, если бы ее обнаженное тело коснулось его? Она бы сгорела в пламени страсти?

– Так ты меня хочешь, ведьма!

Мора была не в состоянии уловить смысл его слов, настолько сильные чувства ее охватили. Стальная мужественность стоящего перед ней Юнги, его аромат, жар, исходивший от его тела, обольстительный, глубокий голос с небольшой хрипотцой. Она вся дрожала, у нее подкашивались ноги… Мора глубоко вдохнула и заставила себя сосредоточиться на его голосе, глубокий, густой и бархатный. На самом деле Грех. Девушка, наконец, осознала суть его высказывания и так оскорбилась, что смогла лишь выговорить:

– А?

– Я говорю, что ты хочешь меня, – проговорил Юнги, касаясь губами мочки ее уха, от чего у нее по спине побежали мурашки. – Ты хочешь! Подчинишься? Или ты хочешь, чтобы я устроил порку?

Мора несколько раз открыла и закрыла рот, но не смогла издать и звука. К счастью, возмущение все-таки помогло ей выпрямить спину и развязало язык.

– О, ничего из вышеперечисленного! Я хочу, чтобы ты убрал это… это от меня!

– Ты не хочешь этого, – последовал самоуверенный ответ, сопровождаемый еще одним движением его бедер.

– Нет, я хочу. Я серьезно. Убери свои руки! – в глубине души Мора молила об этом, пока не успела сделать что-то по-настоящему глупое, например, прижаться к нему в следующий раз, когда он навалиться на нее своим телом.

«Да ладно тебе, Мора, такого возбуждения ты не чувствовала никогда в жизни, – проговорил предательский внутренний голос. – Ну, что плохого в том, что ты почувствуешь вкус прикосновения гнева? Ты ведь так давно хотела этого, еще тогда четырнадцатилетней девочкой ты сидела на подоконнике и читала про грехи. Ведь именно Юнги привлек твое внимание.»

«Он пришел, чтобы убить меня! – мужественно сопротивлялась Мора.»

«Ты этого не знаешь, – внутренний голос помолчал, а затем добавил печально. – А если и так, неужели ты хочешь умереть девственницей?»

Мора с ужасом заметила, что на какой-то миг задумалась над этим всерьез. Вполне резонный вопрос. И даже здравый. Как было бы грустно умереть девствинницей. Девушка теряла контроль над собой. Окончательно и бесповоротно.

Юнги попытался повернуть ее лицом к себе, и она сцепилась с ним в короткой схватке. Напрягшись в его руках, она понимала, что это глупо, что она лишь тянула время, но также была готова тянуть его как можно дольше. Чувствовать его у себя за спиной было достаточно тяжело, а если он заставит ее смотреть, как он к ней прикасается, это будет ужасно!

Мин поднял ее и повернул к себе лицом. Буквально оторвал от пола, развернул и снова поставил на ноги. Мора продолжала смотреть прямо перед собой, ее взгляд упирался в его грудь. Какого хрена он такой большой? Она чувствовала себя на его фоне такой маленькой и беспомощной. Он приподнял пальцами ее подбородок.

– Посмотри на меня, – и снова этот мрачный голос с хрипотцой взволновал ее.

«Нужно ввести закон против мужчин, нет, Греха, определенного греха, с таким голосом.»

Мора по-прежнему стояла, опустив голову. Она знала, что Юнги невероятно сексуален, ее типаж мужчин, который мог ей понравиться. На протяжении всей жизни она скрывала опасное чувство восхищения грехами. И скрывала она очень хорошо. До сегодняшнего дня.

– Я сказал, – ровным голосом повторил Юнги с нетерпением. – Посмотри на меня, Моранта Эльпато.

«Мо – ран – та» – вот как он произнес ее имя. А во что превратил этот голос ее фамилию, трудно даже описать. Она бы никогда не подумала, что ее имя и фамилия могут звучать настолько сексуально.

Она ни за что не станет смотреть на него. Ни за что.

Какое-то время оба молчали, затем он с насмешкой произнес:

– Хочешь или нет – придется. Я думал, ведьмы более податливы. Что случилось с той девчонкой, которая отвесила мне пощечину, да такую, что кровь потекла?

Она запрокинула голову и посмотрела на его совершенные черты лица. На его губе и вправду была кровь. Темно-красные капли стекали из уголка его чувственного рта, отчего он выглядел еще более диким и опасным. Рука Моры сама вскинулась к лицу мужчины. Когда девушка осознала это, быстро отдернула ее. Какого хрена?!

– Забудь. Так уж и быть, я дам тебе возможность загладить свою вину, пока я не захотел отомстить, – взгляд его темных глаз скользнул по ее губам и остановился на них. – Твой язык как раз подойдет для этого. Давай же, поцелуй меня в знак примирения.

Когда она бросила на него сердитый взгляд и не двинулась с места, он одарил ее холодной самодовольной улыбкой.

Невероятная самоуверенность Юнги, не имела значения, что он абсолютно прав насчет ее желания отведать его, окончательно вывели ее из себя. Мора плохо спала, и в этот самый ужасный день своей жизни чувствовала себя совершенно измученной. Она испытывала странное оцепенение, как будто ей было уже все равно.