Амели Чжао – Горящая черная звезда, пепел, подобный снегу (страница 56)

Заклинатель Духов свирепо посмотрел на нее, но какой бы колкий ответ ни готов был сорваться с его языка, он промолчал, потому что рядом с ним приземлился еще кто-то. Взмах белого, вспышка вееров, и Эланжуя с легкостью и грацией кошки опустилась на крышу.

Дилая воздержалась от дальнейших препирательств и выпрямилась. На крышах храмов и ближайших к ним парапетах она уловила вспышки теней и мельчайшие искры пламени.

Их армия заняла свои позиции.

Дилая посмотрела вниз, на дворцовый двор. Он был пугающе пустым, главные двери были закрыты. Она почувствовала энергию металлических заклинаний, распространяющуюся по воздуху горьковатым запахом. Видимо, некоторые из них были все еще живы и предпочли забаррикадироваться за стенами дворца. Они, должно быть, укрепили оборону и подперли двери.

Трусы.

– Я собираюсь снести эти двери, – сообщила Дилая Чо Таю и Эланжуе. – Но вокруг не должно быть помех. Так что вы двое оставайтесь здесь, пока не станет безопасно. Эланжуя, позаботься о том, чтобы Чо Тай не свалился с парапета.

Протесты Заклинателя Духов растворились в ветре, когда, ударив струей ци по пяткам, Дилая с идеально отточенным рывком взлетела в воздух.

Она приземлилась на самый нижний ярус изогнутой терракотовой крыши, откуда открывался прекрасный вид на двери. В ее памяти они были красными с большими золотыми молотками, вырезанными в форме четырех Богов-Демонов. Теперь же двери были голубыми, а серебряные молотки – изготовлены в форме львов.

Дилая нарисовала напротив входа Разрушающую печать и активировала ее вспышкой собственной ци.

Двери скрипнули, раскололись, но не сдвинулись с места.

Раздраженная Дилая уже занесла руку, чтобы нарисовать еще одну печать, когда рядом с ней материализовались две фигуры.

Безымянный мастер Ассасинов появился так тихо, что даже когда он использовал Искусство Света, Дилая не почувствовала его ци. Он поднял руку, жестом приказывая ей остановиться. Дилая повиновалась.

– Ты избрала путь стали, Ешин Норо Дилая, – сказал он голосом, напоминающим шуршащий между соснами ветер. Она почувствовала, как он направил свою ци к дверям – тонкую, стабильную струйку, куда более мягкую, чем ее взрывная печать. Эта струйка завитками пробиралась в трещины между деревом и металлом. – Иногда путь теней, которому я обучаю, подходит лучше.

Скажи ей подобное кто-то из сверстников, Дилая, возможно, возразила бы: «Коровий навоз твой путь теней, я сделаю так, как захочу». Но перед ней стоял один из мастеров, а обучение, как и кодекс поведения школы, глубоко отпечатались в ее создании. Дилая приклонила голову.

– Да, шифу.

Безымянный мастер бросил на нее непроницаемый взгляд, как будто мог слышать ее мысли. И вот он согнул мизинец, и двери, о чудо, с щелчком начали открываться.

– Пригнись, – сказал Безымянный мастер.

– Что… – начала Дилая, но его уже и след простыл. Она услышала свист выпущенной стрелы и рефлекторно взмахнула Соколиным когтем. Сила удара сбила стрелу с курса, но меч вылетел из рук Дилаи. Когда стрела вонзилась в крышу, Дилая отметила, что та – и наконечник, и древко, и оперение – была полностью изготовлена из металла. Соколиный коготь с лязгом приземлился в дюжине шагов позади нее.

Дилая схватилась за второй меч, Волчий клык, но еще одна стрела уже была выпущена. Она попыталась увернуться, когда перед ней появился бледный силуэт. Эланжуя метнулась, поймав вторую стрелу металлическими пластинами одного из своих вееров.

Дилая спрыгнула с крыши и подняла Соколиный коготь.

– За мной должок, – крикнула она.

Воздух огласили крики; элантийские стражники устроили обстрел из теперь уже открытых дверей дворца. Эланжуя бросилась к ним, вращая веерами. Ее пао кружилось, как будто в танце. Безымянный мастер вышел из печати Врат и полоснул ближайшего охранника кинжалом по горлу. За ним следовал мастер Нур, размахивая хлыстами со стальными наконечниками. К ним присоединился ЧуЭ, выпускающий стрелу за стрелой с такой скоростью, какой бы Цао, мастер Стрельбы из Лука, мог бы гордиться.

Когда из ночи появились ученики Школы Белых Сосен, расчищающие себе путь во дворец, Дилая почувствовала, как от эмоций свело горло. Сверкнув Соколиным когтем, она поспешила присоединиться к остальным. Возможно, Ешин Норо Дилая была захвачена моментом, надеждой, что этой ночью им наконец удастся победить, но она чувствовала, как ее руку направляет не только инстинкт.

«За тебя, Энян, – подумала она в смертельном танце. – За вас, мастера».

Они сражались за людей, которые страдали либо от рук элантийских завоевателей, либо под гнетом ужасного императорского режима.

Спустя несколько минут главный коридор дворца оказался в их распоряжении.

Практики выпрямились, недоверчиво осматриваясь по сторонам.

Дилая с неохотой признала, что дворец, построенный на жертвах этой земли и ее народов, был прекрасен. Жертвах, на которые их обрекли оба правителя: императоры и элантийцы. Со стен стекали золото, нефриты и лазуриты. Яркие росписи, изображающие флору и фауну, богов и бессмертных, заполняли каждый уголок потолка, увенчанного филигранными карнизами с замысловатой резьбой.

По всей длине зала тянулись алые колонны, на которых были выгравированы позолоченные символы и узоры хинов. Хотя элантийцы тоже оставили здесь свой след. Колонны, между которыми развевались сине-белые знамена, а также стены и мебель были инкрустированы серебром. Хинские знаки заменили странные, острые и тянущиеся горизонтально буквы.

– Здесь тихо, – отметил мастер Нур, крепче сжав хлысты. – Вы что-то чувствуете? Демоническая ци настолько сильна, что я с трудом могу сконцентрироваться на чем-то еще.

Стоящая рядом с ним Эланжуя сохраняла молчание. Повязка на глазах зашуршала, когда девушка повернула голову, скорее всего, как и все остальные, пытаясь пробраться через энергетические потоки.

– Тронный зал там, – указал Чо Тай.

– В здании все еще есть элантийцы, – сообщил Безымянный мастер. – Я их чувствую.

Несколько учеников подняли свое оружие повыше.

– Если ничего не найдем, разделимся, – сказала Дилая. – Окрасим этот дворец их кровью.

Позади них затрепетало одно из элантийских знамен.

Эланжуя резко обернулась и взмахнула веером. Одна из стальных пластинок выскочила, пронзив ткань.

Раздался слабый звон, как если бы снаряд ударился об металл.

– Маг. Маг, – воскликнул Чо Тай, и в их сторону тут же полетела стрела.

Дилая, сжимающая Соколиный коготь, подпрыгнула. Один взмах могучего клинка, и стрела со звоном упала на пол. Когда Дилая повернулась в ту сторону, откуда был выстрел, одно из знамен сдвинулось, и из-за него вышел королевский маг.

Она узнала элантийку, и лед будто бы потек по венам. Дилая видела ее во время завоевания Края Небес, по правую руку от беловолосого мага, что убил Улару. Они называли ее Лизабет.

Элантийка мрачно скривила губы, взмахнув двумя пальцами.

Со всех сторон стали появляться королевские маги.

Дилая крепче сжала рукоять меча. Этой ночью она отомстит за смерть своей матери.

– В строй! – взревела Лизабет, и ее подчиненные с оружием наготове встали спина к спине, создавая при этом круг.

Маги подняли руки, сверкнув браслетами на запястьях.

– Сдавайтесь, – произнесла Дилая на элантийском. Пусть в школе она не учила его так же старательно, как Цзэнь, но все же могла выразить свою мысль. Кончиком дао она указала сначала на Лизабет, а потом в сторону площади. – Все мертвы. Вам не победить. Сдавайтесь.

Дилая никогда не смогла бы ни простить, ни забыть презрительную усмешку Лизабет.

– Никогда, – последовал ответ, и наступил настоящий ад.

Дилая прежде не вступала в ближний бой с элантийскими магами, потому что на Краю Небес сражались мастера. Теперь же она поняла, как этим завоевателям удалось всего за несколько недель захватить Последнее царство.

Танский воин, стоявший рядом с ней, с булькающими звуками начал заваливаться. Когда Дилая взглянула на него, то осознала, что в груди бедняги разрасталось металлическое пятно. Его рот широко раскрылся, а жидкое серебро заполнило сначала горло, а затем глаза и уши. С глухим стуком он упал рядом с ней, на пол из вишневого дерева.

– Защищайтесь! – взревела Дилая, одновременно пятясь и рисуя печать. – ЗАЩИ…

Но в этом не было смысла. Еще один практик из Шаклахиры упал прямо перед ней. Дилая искала причину происходящего, пока не увидела Лизабет, стоящую в нескольких шагах от нее. В руках элантийки истекало кровью вырванное сердце. В холодном воздухе от него поднимался пар.

Разворачивающаяся вокруг Дилаи битва померкла. Еще больше хинской крови… крови клана было пролито под ее командованием. Так много практиков погибло, сопротивляясь элантийскому завоеванию. Сколько еще драгоценных жизней она была готова поставить на кон?

После того… если они заберут свои земли, останется ли хоть кто-то, чтобы восстановить их?

Именно тогда Дилая заметила, как Лизабет повернулась и посмотрела на нее серыми, ничего не выражающими глазами. Заметила, как маг начала сгибать руку, почувствовала палящие металлические энергии в воздухе, ознаменовавшие начало заклинания.

Я следующая.

Она почти ничего не знала об элантийской магии, о том, как именно они повелевали металлом в столь точной и научной манере. Дилае не были известны печати, способные защитить ее против заклинания, вырывающего все еще бьющиеся человеческие сердца.