Амбер Скай – Антипринц. Мой главный кошмар (страница 13)

Чуть опьянев и набравшись ложной храбрости, я топаю босыми ногами в прихожую. Открываю дверь, но предусмотрительно оставляю накинутую цепочку.

– Зак, уходи, – бросаю я в образовавшуюся щель.

– Нам нужно поговорить, – его глаза сужаются. Он с силой толкает дверь, и цепочка натягивается.

– Я сейчас вызову полицию, – скрещиваю руки на груди, слегка пошатываясь от выпитого виски.

Внезапно он зло, лающе смеется.

– Давай, детка! С таким же успехом можешь сразу позвонить своей драгоценной семье.

– Могу. И поверь, тогда они убьют тебя.

– А тебя запрут в уютной психушке, – парирует он с ядовитой ухмылкой. – Только представь: я – сын твоего маньяка, а ты, оказывается, встречаешься со мной.

Сердце падает камнем куда-то вниз. Вот оно, его отвратительное, истинное лицо без притворной маски.

– Уже нет, – я кривлю губы. – Я тебя бросила и уже нашла другого парня! И знаешь что? Он трахается как бог! – сладко, издевательски улыбаюсь ему прямо в лицо, а затем с наслаждением показываю средний палец. Пошел ты, Зак.

Пускай я до сих пор девственница, в то же время и не совсем вру. Дезире – дьявол, но его пальцы божественны.

– Что, блядь, ты сказала?!Гребаная шлюха! – вдруг срывается Зак, теряя остатки контроля, и со всей дури бьет кулаком в дверь.

По идее, я должна была бы испугаться. Но Зак никогда по-настоящему не пугал меня. Раньше я лишь жалела его. А сейчас – только глубоко и искренне презираю.

– Если я шлюха, то почему же ты не хотел меня? – притворно удивляюсь. – Шлюхи ведь как раз по твоему профилю.

Зак резко отстраняется, и на секунду мне кажется, что он сдался и ушел. Но этот ублюдок с разбегу пинает дверь тяжелым ботинком. Металл жалобно звенит, и цепочка с треском вырывается с корнем.

Я округляю глаза. Алкогольный туман мигом рассеивается. Бросаюсь на кухню, к телефону, забытому на островке. Но Зак быстрее. Он догоняет меня в два шага, грубо хватает за плечо, разворачивает и с силой вдавливает спиной в стену.

– Аврора, может, кто и трахал тебя вчера! – тяжело дыша, он опускает голову и нависает надо мной, глядя совершенно безумными глазами. – Но ты – моя! Я спас тебя, и твоя жизнь принадлежит мне!

Я ошарашенно хлопаю ресницами, глядя на него. Что за бред он несет? Да, он думает, что я не в курсе его лжи. Но неужели я выгляжу такой жалкой и покорной сучкой, что буду прощать измены тому, кто намотал на меня цепь и приковал к батарее? Серьезно? Значит, я должна преданно любить любого, кто будет вытирать об меня ноги только потому, что однажды он соизволил спустить курок и оттащить меня за поводок из маньячного подвала?

– Ты тронул то, что тебе не принадлежит, – внезапно раздается резкий голос от входной двери.

В следующий миг Зака будто сдувает ураганом. Он отлетает от меня, с грохотом падает на пол и сдавленно воет, хватаясь за разбитое лицо.

Я во все глаза смотрю на Дезире. Он тяжело дышит, заслоняя меня своей широкой спиной и спокойно встряхивая костяшками руки после сокрушительного удара. Как? Почему он вообще здесь оказался? Он что, ехал ко мне?

– Черт! Стерлинг?! Какого хрена ты здесь забыл? – стонет Зак, пытаясь подняться и падая на задницу. С его носа и губ капает кровь. Искренне надеюсь, что прямо сейчас кости его лица трещат по швам.

– Здесь живет моя девочка, – бросает Дезире. Он делает шаг, подходит к Заку, хватает обеими руками его за затылок и с оттягом впечатывает колено прямо ему в челюсть. Слышу треск. – Посмотри на гребаные звезды и заучи это наизусть.

Зак безвольно распластался на полу. Я застываю у стены, машинально потирая горящую, саднящую кожу на плече – там, где секунду назад сжимались его пальцы. Мой взгляд устремляется на взбешенного Дезире. В ушах шумит кровь, а киска пульсирует. Я не видела такой жестокости с самого дня своего спасения. Меня нахлестывает темная ностальгия. Мой Ужасный Принц снова зверствует на моих глазах, и я не могу отвести взгляд. Сначала он убил отца Торнтона, а теперь избивает сына. И они оба это заслужили.

– Она не твоя… – сипло выплевывает Зак вместе со сгустком крови. Он все еще дезориентирован после ударов по голове. Его тело отказывается слушаться: движения вялые, словно пьяные, он пытается опереться на непослушные руки, чтобы встать, но голова тяжело повисает. – Блядь… ты не можешь просто так заявляться сюда и забирать все, что пожелаешь!

– Как раз таки могу. Тебе ли не знать? – отзывается Дезире. – Ты ведь пока еще член Королевства, хоть это и ненадолго. И ты в курсе: своё я не отдаю.

Дезире делает короткий шаг вперед и с силой бьет его носком ботинка прямо под ребра.

Раздается глухой хруст. Зак с хриплым стоном заваливается на бок, судорожно хватая ртом воздух и кашляя кровью на паркет.

Дезире возвышается над ним, небрежно засунув руки в карманы джинсов.

– Это за то, что ты посмел к ней прикоснуться, – его голос звучит пугающе ровно, без капли гнева. – Сделаешь так еще раз – и я переломаю тебе обе ноги.

Он брезгливо отворачивается от скорчившегося на полу парня к распахнутой двери.

– Заберите этот мусор и вышвырните за забор.

Только сейчас, сквозь пелену адреналина, я замечаю за порогом две массивные фигуры – Стива и Айзека. Они молча шагают внутрь, ловко подхватывают обмякшего Зака под мышки и без лишних церемоний волокут его на выход. Зак вдруг приходит в себя, начинает судорожно дергаться и сопротивляться в их захвате. Айзеку приходится сильно дать ему под дых. Из легких Зака со свистом выбивает воздух, и он окончательно опадает тряпичной куклой.

В этот момент меня словно бьет током. Какой-то импульс заставляет меня шагнуть вперед, прямо на их пути. Дезире оборачивается и пристально смотрит на меня из-за спин своих людей. Я больше никогда в жизни не хочу разговаривать с Заком, не хочу даже слышать его голос, но я не могу позволить, чтобы последнее слово в этой гребаной прощальной сцене осталось за этим лжецом. Буквально за секунду до того, как Дезире разбил ему лицо, этот урод смел заявлять, что я принадлежу ему. Я – не его вещь! И этому не бывать.

– Я знаю, что это не ты спас меня, – мой голос звучит твердо, разрезая тяжелый воздух. Голова Зака слабо дергается в мою сторону. – Прошедшая ночь наконец-то раскрыла мне глаза. Ты – не мой Ужасный Принц. На самом деле я всегда это чувствовала. Ты ниже, слабее… и ты просто жалок.

Скрестив дрожащие руки на груди, я отступаю обратно к стене. Стива и Айзека не нужно просить дважды – они тут же утаскивают тело Зака прочь из моей квартиры.

Дезире неторопливо выходит в коридор и со щелчком закрывает дверь за незваными гостями. В наступившей тишине он задумчиво проводит длинными пальцами по искореженному гнезду вырванной дверной цепочки. Затем он медленно поворачивает голову и впивается в меня своим темным, нечитаемым взглядом.

Я нервно сглатываю вязкую слюну. Сердце заходится в бешеном ритме. Я не сдала Дезире. Я даже не намекнула Заку, что Ужасный Принц сам мне раскрылся. Пусть лицемер думает, что исключительно его собственное скотское поведение этой ночью выдало его с потрохами.

– Почему ты здесь? – спрашиваю я, выставив вперед бедро, пытаясь казаться увереннее. Это ведь мой дом. Моя территория.

Но Дезире плевать на границы. Он по-хищному подходит вплотную. Его большие руки обхватывают мое лицо и шею. Я замираю, а мужские пальцы скользят ниже, задирают короткий рукав футболки, и безошибочно находят красные пятна – следы от грубой хватки Зака. Каждое прикосновение Дезире ощущается на коже как раскаленный ожог, от которого по телу разбегаются искры. Его темные глаза становятся почти черными, непроницаемыми.

– Этот ублюдок за это ответит, – глухо обещает он, и я с содроганием понимаю, что он говорит это не мне, а самому себе. Выносит приговор.

– Разбить лицо – вполне достаточное наказание, – неуверенно бросаю я в попытке защитить остатки своей нормальности, хотя мое собственное тело предает меня: соски от звука его глубокого голоса предательски твердеют и проступают сквозь тонкую ткань футболки.

Дезире, не отвечая, по-хозяйски проходит на кухню. Я плетусь следом и вижу, как его взгляд цепляется сначала за начатую бутылку виски, а затем останавливается на блистере Сертралина. Он хватает таблетки, пробегает глазами по названию, затем одним движением распахивает окно и просто вышвыривает их в темноту ночи.

– Дезире! Ты не имеешь права! – вскипаю я и бросаюсь к нему. Мне плевать на таблетки, но это мои вещи!

Дезире выкидывает вперед руку, перехватывает меня за шею и одним рывком впечатывает поясницей в твердый край кухонного островка. Моя спина вздрагивает от жесткой поверхности. Он нависает сверху, прижимаясь своим лицом к моему, ведет носом по линии моей шеи и глубоко, шумно вдыхает мой запах, словно дикий зверь. Я прерывисто, жалко выдыхаю. Сердце проваливается куда-то в колени, и ноги начинают дрожать под его тяжестью.

– Где твой телефон, детка? – хрипло спрашивает он, пока его потемневшие, пугающе веселые глаза буквально обгладывают мои приоткрытые губы.

Я скашиваю взгляд в сторону – мобильник сиротливо лежит рядом с раковиной.

Дезире ослабляет хватку. Он берет мой телефон, бесцеремонно наводит экран на мое лицо, чтобы снять блокировку, и начинает быстро что-то печатать.

– Ты вообще когда-нибудь слышал о понятии личного пространства? – зло шиплю я, отворачивая пылающее лицо и нервно потирая кожу на шее там, где только что были его пальцы.