Amaury Shadow – Сердце Межмирья (страница 30)

Он усмехнулся. И вышел.

Я повернулась к Амари.

– Боги, ещё два здоровенных мужика с аппетитами тираннозавров. Мой холодильник заплачет.

– Уже плачет, – сухо отозвалась она, проверяя список закупок.

Через десять минут появился один из её людей с сумками.

– Всё, что требовалось, госпожа Рид, – отчеканил гонец. – Информация: слив о браслете прошёл через верхушку Ордена. Источник установить не удалось – давление было… сверхъестественным. И за два месяца зафиксирован всплеск нелегальных переходов через границу. Все ищут артефакт. И ещё… тот гонщик, которого госпожа Адамс унизила на последних гонках…

– Кто? – спросила я, не поднимая головы, методично шинкуя зелень.

– Незаконнорождённый сын Правителя Межмирья. Младший брат принца Аарона. Похоже, он тоже в охоте.

Амари тихо присвистнула.

– Ну, конечно. Сказка складывается идеально. Есть хоть какие-то хорошие новости?

– Не особо. Слухи о вашем… альянсе с принцем уже разносят птицы.

– Отлично, – спокойно сказала я. – Подбрось им, что я нахожусь под его личной и непреклонной защитой. И пусть следят за каждым новым лицом в городе.

Гонец кивнул и исчез.

– Ловушки не избежать, – заметила Амари, складывая руки на груди.

– Тогда сделаем так, чтобы она захлопнулась в нужный для нас момент, – ответила я. – Ударят на приёме. Слишком уж вкусная сцена, чтобы её упустить.

– Ух, будет жарко, – её глаза блеснули азартом. – Обожаю, когда ты включаешь стратегический режим. Такой… опасно-привлекательный.

Мы рассмеялись – коротко, по-настоящему. И вдруг поняли, что из гостиной не доносится ни звука. Подозрительная тишина.

– Эй, подслушиватели! – крикнула Амари. – Это не по-джентльменски! У дам бывают разговоры, которые не для ваших ушей!

Из гостиной донёсся смущённый смешок, потом кто-то слишком поспешно включил музыку. Мы переглянулись.

– Ладно, – сказала я тише. – Признавайся. Что за взгляды ты кидаешь на Каина? Я чуть не ослепла.

– О, боже, нет, – простонала она, но щёки предательски порозовели. – Этот болван… он как навязчивая мелодия. Хочется то ли дать ему по голове, то ли затащить в тёмный угол и проверить, так ли он хорош в деле, как выглядит.

Я уставилась на неё. Мы поняли одновременно.

– Боги. Значит, я не одна.

– Ты?! – Амари едва не подпрыгнула. – С Аароном? Лия Адамс, ты же едва позволяешь ему дышать рядом! Хотя… – она прищурилась. – Химия между вами как реактор без системы охлаждения. Я чуть не подавилась, когда ты позволила ему тебя держать.

Я отвела взгляд к окну.

– Не знаю, что это, – честно призналась я. – Но это… магнитное. Я ловлю себя на мысли, как было бы интересно разобрать этого заносчивого принца по винтикам.

– О, разобрать – это хорошая формулировка, – протянула Амари. – Особенно если учесть, как он на тебя смотрит.

– Как?

– Как будто ты – единственная загадка, которую он не может просчитать. А это для таких мужчин – наркотик.

Я фыркнула, но сердце предательски сжалось.

– Главное – дожить до приёма, – сказала я. – А там… посмотрим.

Мы снова рассмеялись и перешли к обсуждению платьев, которые «случайно» подчеркнут нужное, и фраз, способных вывести наших новых сожителей из равновесия. Ужин был ровно в восемь. Стол ломился от еды. Смех не смолкал. Шутки становились всё рискованнее. Каин оказался неожиданно остроумным, и Амари отвечала ему с холодным блеском в глазах. Дейман наконец простил бутылку и ел за троих. Кассиан наблюдал. А Аарон… Он ловил мои взгляды через стол. И в его глазах уже не было вызова. Был интерес. Глубокий. Неспешный. От него по коже пробегали не мурашки – искры.

Разошлись заполночь. Каин занял гостевую. Аарон молча последовал за мной. Наблюдать, как этот чужой, могущественный мужчина входит в моё личное пространство, было сюрреалистично. Странно. И пугающе правильно. Он остановился у порога спальни. Обернулся. Наши взгляды встретились. В его глазах не было ни холода, ни гнева. Было обещание. Сложного разговора.

Глава 11

Аарон

Спальня Лии оказалась не просто комнатой.

Это было отражение её души – светлое, воздушное убежище с тщательно спрятанными тенями.

Панорамные окна выходили на ночной парк. В мягком свете фонарей ветви деревьев казались чёрными венами на серебристом стекле. У подножия окон лежал кремовый пушистый ковёр, усыпанный подушками – большими и маленькими. Я легко представил её сидящей там, с книгой в руках, спиной к миру и лицом к небу.

Книги были повсюду. Аккуратные стопки у окна. Несколько томов на туалетном столике – рядом с флаконами, духами, тонкими кистями. Я различил иероглифы – китайские, кажется. Даже у прикроватной тумбочки лежала книга с закладкой на середине, будто её отложили на вдохе.

Большая кровать из тёмного дерева с балдахином из белого тюля выглядела островком безопасности. Не спальня. Крепость. Построенная для себя той, кто слишком хорошо знал, что такое опасность.

– Гардеробная общая с Амари, – сказала Лия, проходя к двери. – Мы кое-что потеснили. Завтра можешь перенести вещи. А я пока… подготовлюсь.

Она скрылась в ванной. И в комнате стало слишком тихо. Мне предстояло спать рядом с ней. Только спать. Чёрт.

– Я сам подписал себе приговор, – пробормотал я, проводя рукой по лицу.

Распаковка выглядела почти нелепо: зубная щётка, смена одежды, кинжал под подушку – рядом с миром книг, шёлка и её запаха. Как будто я вторгся в тщательно выстроенную вселенную. И тогда она вернулась. И я забыл, как дышать.

Чёрная шёлковая сорочка мягко облегала её фигуру. Ткань струилась, ловила свет, очерчивала линии тела без малейшей попытки скрыть их. Белая кожа казалась почти светящейся в полумраке. Я почувствовал, как кровь приливает к вискам. Как тело предательски реагирует. Я не имел права смотреть так. И всё равно смотрел. Она прошлась по комнате спокойно, будто ничего не замечала. Поправила книгу. Сдвинула подушку. Смахнула воображаемую пылинку. Либо она не осознавала, какое воздействие оказывает. Либо это была изощрённая пытка. Когда она всё-таки почувствовала мой взгляд – а я уверен, он был ощутимым, – она повернулась.

– Ты не собираешься спать? – спросила она спокойно. – Или планируешь простоять так всю ночь? Насмешка в её голосе была лёгкой. Почти невинной. Я кивнул, не доверяя себе ни единого слова, и почти бегом скрылся в ванной. Ледяной душ длился двадцать минут. Двадцать мучительных минут, в течение которых я пытался заставить кровь успокоиться. Не думать о том, как тонкая ткань касалась её кожи. Не думать о том, что она всего в нескольких шагах. Не думать о том, как легко было бы пересечь эту дистанцию.

Я всегда гордился самоконтролем.

Ни одна женщина – ни соблазнительница, ни наследница престола – не выводила меня из равновесия. Я мог играть, флиртовать, держать дистанцию и уходить, не оглядываясь.

А эта…

Эта хрупкая смертная с глазами цвета зимнего неба рушила мои системы одним лишь присутствием.

Чёрт.

Жить с ней.

Спать рядом.

Чувствовать её тепло, дыхание, запах – и не иметь права прикоснуться.

Это будет ад.

Прекрасный. Сладкий. Невыносимый.

Когда я вернулся из ванной, в комнате горел только мягкий свет лампы. Лия лежала под одеялом, склонившись над бумагами. Свет очерчивал её профиль – сосредоточенный, спокойный, почти безмятежный. Как будто сегодня не вскрывали её душу по живому.

– Я начала думать, ты решил эмигрировать через канализацию, – сказала она, не поднимая головы.

– Если я уплыву, – ответил я, – кто тогда будет защищать твою великолепную… осанку?

Голос прозвучал ниже и хриплее, чем я рассчитывал.

Она вскинула взгляд.

– О? Значит, у меня всё-таки есть достоинства? А то кто-то недавно уверял, что я «кости да злость».

– Должно быть, у того человека серьёзные проблемы со зрением. И, возможно, с мозгом.

– Надо будет попросить Деймана его осмотреть, – фыркнула она. – Вдруг это лечится. Ударом.

Я рассмеялся.