Аманда Квик – Волшебный дар (страница 12)

– Для меня это было чем-то вроде удара, – возразил Тобиас, вгрызаясь в намазанное маслом печенье. – Как вам известно, я пытался убедить его найти для себя более надежное занятие. Мечтал, что он откроет свое дело. Но если верить Энтони, единственное, что интересует его, кроме розыска, – это карточный стол.

– Какое совпадение, – пробормотала Эмелин.

Тобиас удивленно вскинул брови:

– Надеюсь, мисс Эмелин, вы не имеете в виду, что ваши интересы сходятся?

– Я, разумеется, не собираюсь становиться игроком, – заверила Эмелин и, искоса взглянув на Лавинию, деликатно откашлялась. – Но только сейчас объясняла тете Лавинии, что решила сама сделать карьеру и хотела бы немедленно начать обучаться своей новой профессии.

– А я только сейчас объясняла Эмелин, что ей совершенно ни к чему этим заниматься, – добавила Лавиния, складывая газету. – У нее каждый день занят. Пока она вращается в обществе, у нее нет времени ни для каких занятий.

– Неправда, – возразила Эмелин. – Я намереваюсь идти по вашим стопам, тетя.

Воцарилось короткое, но чрезвычайно напряженное молчание.

Лавиния наконец осознала, что рот ее широко и некрасиво раскрыт, и поспешила исправить положение.

– Просто смехотворно! – воскликнула она.

– Взял же мистер Марч Энтони в помощники! Я тоже хочу работать с вами.

Охваченная ужасом, Лавиния оцепенела, не в силах двинуться с места.

– Просто смехотворно! – повторила она. – Представляю, как были бы поражены твои родители, узнав о том, что их дорогая дочь поступила на службу!

– Мои родители умерли, тетя Лавиния, поэтому их чувства в данном случае значения не имеют.

– Но ты прекрасно знаешь, что бы они сказали! Став твоим опекуном, я приняла на себя определенные обязанности и поклялась обеспечить твое будущее. Леди не занимаются подобными вещами!

– А ты? – улыбнулась Эмелин. – Тебя я считаю истинной леди! Мистер Марч, я права?

– Абсолютно, – кивнул Тобиас. – Я вызову на дуэль любого, кто считает иначе.

– Это все ваши проделки, сэр! – набросилась на него Лавиния. – Вы вбили в головы детей эти безумные мысли!

– Боюсь, мистер Марч тут ни при чем, – запротестовала Эмелин.

Тобиас проглотил остатки печенья и поднял руки.

– Заверяю, я никого не поощрял!

– Вините себя, тетя Лавиния, – усмехнулась девушка. – С того дня, как я поселилась у вас, вы стали идеальным примером для подражания!

– Я?! – ахнула Лавиния, потеряв на минуту дар речи. Кажется, она сейчас лишится чувств!

И хотя она никогда не падала в обморок, но спазмы в горле и головокружение были верными предвестниками этого состояния.

– Именно, – подтвердила Эмелин. – Вы потрясли меня своей поразительной способностью начинать все сначала и не сдаваться перед самыми жестокими ударами судьбы, способными раздавить любого мужчину, не говоря уже о женщинах. Я искренне восхищаюсь вашей необычайной стойкостью и умом.

Губы Тобиаса чуть дернулись.

– Не говоря уже о невероятной хитрости и изворотливости, с которой вы умудряетесь получать приглашения на самые блестящие балы сезона. Никому из моих знакомых не удалось бы сочетать расследование убийств с успешным дебютом юной дамы в свете, как это проделали вы несколько недель назад, мадам. Подобный подвиг повторить невозможно.

Лавиния оперлась локтями о стол и закрыла лицо руками.

– Какое несчастье!

– Эмелин совершенно права, считая вас самим совершенством и образцом поведения, – объявил Тобиас, поднимая чашку. – Кому же еще ей подражать, как не вам?

Лавиния вскинула голову и пронзила Тобиаса негодующим взглядом.

– Ваши шуточки неуместны, сэр! Мне сейчас не до них.

Не успел Тобиас ответить, как в комнату вошла миссис Чилтон с подносом.

– Вот, сэр! Яйца и картофель.

– Благодарю, миссис Чилтон. Ваш поварской талант выше всех похвал. Если когда-нибудь решите расстаться с вашей хозяйкой, милости прошу в мой дом.

– Сомневаюсь, что это случится, сэр, – хмыкнула она, – но спасибо за приглашение. Что еще прикажете?

Тобиас повертел в руках горшочек.

– Кажется, ваш превосходный смородиновый джем кончился, миссис Чилтон. Уверяю, что ничего вкуснее не ел.

– Сейчас принесу, – пообещала добрая женщина, исчезая за дверью, ведущей на кухню.

Лавиния грозно уставилась на Тобиаса. Но он, словно не заметив, принялся за яйца с картофелем.

– Прошу не переманивать моих слуг, сэр, – прошипела она.

Эмелин, сокрушенно пробормотав что-то, принялась теребить часики.

– О боже, прошу меня извинить, – вздохнула она, складывая салфетку и поднимаясь. – Я должна одеться. Присцилла и ее мама вот-вот будут здесь. Я пообещала поехать вместе с ними за покупками…

– Погоди, Эмелин, – поспешно вставила Лавиния. – Эти заявления насчет карьеры…

– Позже обсудим, тетушка, – прощебетала племянница, порхнув к порогу. – Нужно бежать. Не хочу заставлять ждать леди Уортинг.

И она выскочила из комнаты, прежде чем Лавиния успела возразить.

Тишина становилась поистине угнетающей. И поскольку другой мишени, кроме Тобиаса, не осталось, Лавиния снова принялась за него. Отставив тарелку, она сложила руки на столе.

– Очевидно, желание Энтони работать с тобой каким-то образом повлияло на Эмелин, иначе она не несла бы такого вздора!

Тобиас отложил нож и вилку. Веселые искорки в глазах погасли, а вместо них во взгляде светились сочувствие и понимание.

– Поверишь или нет, Лавиния, но я ощущаю твою тревогу так глубоко, что ты и представить не можешь. Я не более одобряю решение Энтони стать частным сыщиком, чем ты – просьбу Эмелин.

– Но что нам делать? Как переубедить их?

– Понятия не имею, – пожал плечами Тобиас, отхлебнув кофе. – Но в любом случае, боюсь, от нас это не зависит. Мы можем советовать, но не имеем права приказывать.

– Кошмар! Настоящий кошмар! Если она не опомнится, ее репутация погибнет!

– Ну же, Лавиния, ты преувеличиваешь! Конечно, ситуация не слишком приятная, но для мелодекламации нет причин. Не такая уж это трагедия!

– Может, по-твоему, и нет, а вот по-моему… Я так надеялась, что у Эмелин будут свой дом и любящий муж, с которым она не узнает нужды. Ни один светский джентльмен не женится на даме, занимающейся частным сыском.

– Вы, случайно, не мечтаете о том же, мадам?

Этот неожиданный вопрос выбил ее из колеи, да так, что Лавиния не сразу нашлась с ответом.

– Разумеется, нет, – бросила она резче, чем намеревалась. – Я вообще не собиралась замуж.

– Неужели любили мужа так крепко, что не в силах заставить себя подумать о втором браке?

Странная паника охватила ее. Кажется, они вступили на очень опасный путь. Лавиния и шага не хотела сделать по этой дороге, потому что она неминуемо приведет к болезненным размышлениям о глубине любви Тобиаса к жене, умершей при родах. Вряд ли Лавиния сумеет состязаться с прекрасным, нежным призраком Энн. Недаром Энтони считал сестру ангелом. А она? Кем бы ни была Лавиния, пусть и самим совершенством в образе женщины, живущей своим разумом, самостоятельной и независимой, ангелом ее никак не назовешь!

– Но, сэр, – ловко вывернулась она, – сейчас мы обсуждаем не мое мнение о браке. Речь идет о будущем Эмелин.

– И Энтони.

– Знаю, – вздохнула она. – Они неравнодушны друг к другу, верно?

– Святая истина.

– Эмелин так молода!