Аманда Эллисон – Боль в твоей голове. Откуда она берется и как от нее избавиться (страница 17)

Во все тяжкие: что делать, когда вы испытываете головную боль напряжения

Однако если вы испытываете головную боль напряжения, то должны каким-то образом разорвать порочный круг, который неизбежно возникает. Есть разные способы сделать это. Например, расслабление тела с помощью массажа, воздействие теплом или приемы растяжки (которые останавливают сокращение мышц) уменьшат болевые сигналы от мускулатуры и, как следствие, затормозят расширение сосудов в голове.

Часто встречаются головные боли, связанные с исключением из рациона кофе, особенно у тех, кто потребляет этот напиток в больших количествах. У меня была студентка, которая однажды на занятии заметила, что, если она не выпьет кофе в течение получаса после утреннего подъема, у нее заболит голова. Я спросила, сколько кофе она пьет в течение дня. Оказалось, целых 13 чашек! Головная боль у нее была вызвана тем, что кровеносные сосуды все время сужались. Когда внешний фактор устранялся, сосуды опять расширялись, посылая предупреждающие болевые сигналы. Это было невыносимо, поэтому девушка пила так много кофе. Такие абстинентные проявления — элемент зависимости, и студентка призналась в своей зависимости от кофе.

Большинство из нас, конечно, вместо этого тянется за обезболивающими препаратами. Ибупрофен, парацетамол и аспирин — основные лекарственные средства от головной боли напряжения, доступные без рецепта. Все они уменьшают воспаление, причем ибупрофен оказывает самое сильное действие. Однако, как мы уже выяснили, у астматиков он может вызывать раздражение желудка и одышку. Аспирин порой оказывает негативное воздействие на слизистую оболочку желудка. Лучше всего желудочно-кишечным трактом переносится прием парацетамола. Чаще всего такие вещества выпускают в таблетках, содержащих кофеин, который действует как сосудосуживающее средство и, кроме того, способствует продвижению лекарства по желудочно-кишечному тракту. Тем не менее достаточно принять обычные таблетки, запивая их водой, с последующим употреблением кофе. Просто не забудьте после этого выпить побольше воды, чтобы предотвратить обезвоживание, которое вызовет кофе!

Известен интересный факт, связанный с приемом парацетамола и касающийся также других безрецептурных обезболивающих. Доминик Мишовски и его команда из Университета Огайо обнаружили, что люди, принимающие парацетамол, менее чутки к чужой боли. Это не пустяк: эмпатией во многом определяется то, как мы себя ведем и как поступаем по отношению к другим, поэтому способность парацетамола манипулировать таким качеством можно рассматривать как побочный социальный эффект, в отличие от побочных физиологических эффектов, которые обычно наблюдаются при клинических испытаниях. По мнению Доминика, снижение восприятия боли (из-за действия парацетамола) связано со снижением признания боли у других людей, и в мозге для обоих этих процессов должен быть общий механизм, который служит основой проявления сочувствия. Мы уже знаем, что существует сенсорный компонент боли (распознавание, на что она похожа), вовлекающий в работу сенсорные области теменной доли, а также лобные доли, о которых мы уже вели речь, и лимбическую систему. Однако существует и другой путь, гораздо более связанный с «подкорковыми» структурами, при котором работает область, известная как неопределенная зона (zona incerta), — это очень важный компонент нашего восприятия собственной боли. То, что мною может ощущаться как легкая щекотка, вами может переживаться как сущее мучение. Активность этой области зависит от многих факторов, таких как уровень циркулирующих эндорфинов (естественных обезболивающих), а также от вашего опыта, воспитания, образования, социального положения, питания и отношений с людьми. В другой раз Доминик обнаружил, что участники исследования, только что принявшие парацетамол, менее чувствительны к удовольствию, которое они обычно испытывают, слушая истории со счастливым концом (так называемое позитивное сочувствие). Поэтому, возможно, у ощущения счастья тот же механизм, что и у способности определять эмоциональные состояния других людей.

Для подтверждения этих результатов необходимо сделать еще многое, и мы должны помнить, что в исследовании Мишовски парацетамол принимали люди, которые изначально не чувствовали боли, поэтому влияние препарата могло быть другим, если бы они ее испытывали. Парацетамол был синтезирован американским химиком Хармоном Нортропом Морсом в 1878 г. и впервые использован по клиническому назначению немцем Йозефом фон Мерингом в 1893 г., тем не менее до сих пор это средство остается загадкой. Мы не знаем до конца, каким образом оно приносит эффект. Известно, что его противовоспалительное действие проявляется на уровне повреждения: блокируется высвобождение простагландина, который начинает заживлять поврежденные ткани, вызывая воспалительный эффект. Остановив этот процесс, вы успешно прервете генерирование болевых сигналов. Однако, безусловно, у некоторых людей парацетамол оказывает влияние и на центральную нервную систему, активируя передачу серотонина от мозга к телу, известную как нисходящий путь, а серотонин блокирует восходящие болевые сигналы в спинном мозге, идущие от тела к мозгу. Мы знаем об этом, поскольку, если заблокировать рецепторы серотонина, парацетамол уже не будет таким эффективным болеутоляющим средством. Это полезно понимать, особенно потому, что противорвотные препараты, которые после операции часто назначают наряду с парацетамолом, содержат множество блокаторов рецепторов серотонина. Но в таком случае один из механизмов действия парацетамола не будет функционировать. Кто бы мог подумать! Еще одна иллюстрация к объяснению, почему понимать принципы действия лекарственных средств столь важно.

Парацетамол также повышает активность ваших естественных эндорфинов, заставляя их дольше оставаться в синаптических щелях (промежутках между нейронами). Здесь многое зависит от уровня эндорфинов в организме, и, похоже, этим объясняется чувство расслабленности и даже эйфории, о чем сообщают некоторые люди, принимающие парацетамол, и что явно выходит за пределы его болеутоляющего действия,

Еще один механизм действия парацетамола, о котором стоит упомянуть, такой: препарат, возможно, блокирует и работу нашего старого друга — оксида азота. Лекарственные средства, которые останавливают его образование (ингибиторы синтазы оксида азота), в течение 20 лет предлагались учеными для лечения головных болей напряжения. Однако разработка такого препарата шла медленно, и это, без сомнения, происходило из-за опасений неоднозначного влияния, которое оксид азота оказывает на наш организм, и многочисленных побочных эффектов, выявленных при его блокировке с помощью лекарств. Конечно, выяснилось, что парацетамол, возможно, уже сам по себе блокирует работу оксида азота!

Если ничего не помогает, успокойтесь и посмотрите какое-нибудь кино. Фильмы — это лекарство. Шутки в сторону. Забыв о боли и отвлекая внимание не только от ноющей головы, но и от того, что в первую очередь вызвало это ощущение, вы и не заметите, как почувствуете себя лучше. Посмотрите что-нибудь смешное; смех обеспечит быстрый выброс серотонина, который сделает вас счастливее и заблокирует болевые сигналы. Полезно также пить воду, следить за своей позой (только если вас не обнимают: никогда не отказывайтесь от безопасного окситоцина, вот мой девиз) и носите очки. Ах да, и съешьте пару кусочков шоколада — это тоже повышает уровень серотонина. Все это помогает, и это то, чем я сейчас занимаюсь.

Глава 5. Какофония кластерной головной боли

Я впервые столкнулась с кластерной головной болью в 25 лет, когда работала в Оксфордском университете. Я возвращалась после обеда в лабораторию и за секунду до закрытия двери лифта увидела студентку, которую, как я позже узнала, зовут Рейчел. Она сидела, сгорбившись, в холле за столом и буквально билась головой о стену, на которой висела надпись «Герметизированный асбест». Я нажала кнопку, чтобы снова открыть лифт, и осторожно подошла к ней. Какая-то часть нас всегда думает, что если кто-то расстроен, то он, вероятно, хочет, чтобы его просто оставили в покое, но что-то в непроизвольном характере движений незнакомки меня насторожило. Кроме того, если бы она не хотела, чтобы я была рядом, она попросила бы меня уйти, и я бы, разумеется, подчинилась.

Я тихо присела возле девушки, уткнувшейся теперь лбом в стол. Лицо ее было закрыто волосами. Осторожное прикосновение к ее плечу вызвало стон, словно я усугубила ее состояние. Наконец она подняла голову и начала покачиваться; явно ей было плохо. Я увидела, что веко левого глаза у Рейчел опущено, сам глаз слезится и налит кровью. Лицо девушки покраснело, нос был заложен. Я взглянула ей в глаза, и мне показалось, что она в панике. Мелькнула мысль, что на нее напали, ударили по лицу или она упала с лестницы. Однако все это было неверным. «Голова болит… Кажется, вот-вот взорвется… Это худшее, что я когда-нибудь испытывала. Ничего не помогает», — прошептала Рейчел, сжимая левую часть головы, будто пытаясь удержать ее содержимое.

Добро пожаловать в мир кластерной головной боли.