Амалия Мо – Гаэль Норд должен умереть (страница 5)
– Скиарии, каждый из вас отправляется на опасное задание, – начала Хэтра, переводя зелёные глаза с меня на Дрейса.
– У вас разные задания, но вы – одно целое, – добавил аркан Мориуса, задержав внимание на мне. – Рейна, ты помнишь все детали?
– Естественно, – ответила я. Сложно забыть то, что записано на подкорке.
С момента поступления в отряд Мориуса мои планы остаются неизменными – найти источник магии, заставляющей мракхи оживать.
В империи любая магия, связанная со скверной, под строгим запретом. Её боятся, её ненавидят, её считают грязной и противоестественной, её винят во всём, что произошло. Но в отрядах Мориуса используют тех, кто связан с этой тьмой, тех, кто может ощущать её так, как другие даже не могут представить.
Это не вопрос выбора – это необходимость. Без тех, кто может почувствовать этот ужас, без тех, кто знает, где искать и что уничтожать, империя уже давно была бы погребена под волнами мракхи.
Мне «повезло» стать одной из тех, кто ощущает чужую магию, особенно тёмную. Нас называют магами скверны. Я знаю, что обо мне говорят. Люди шепчутся, что мы сами стоим на грани запретного. Как тот самый маг, что много лет назад натворил столько бед. Нам доверяют только до тех пор, пока мы полезны. Но только те, кто был на передовой, понимают: без нас всё давно бы рухнуло.
Палариус называет нас «необходимым злом». Я не спорю. Я знаю, кем являюсь для империи. Без нас мракхи продолжали бы подниматься, разрывая города и деревни. Мы, маги скверны, видим то, что другие не могут. Это делает нас ценными. Но ценность не синоним доверия.
Каждое место, где появляются мракхи, пропитано тёмной магией. Этот след невозможно стереть, невозможно скрыть. Скверна живёт, дышит, распространяется, словно чума. Я чувствую её, как холодное дыхание на затылке. Чем сильнее концентрация, тем ближе источник. Это ключ. Найти место, где скверна достигает своего пика, значит приблизиться к разгадке, а, возможно, и к останкам того мага.
Наверное, поэтому после смерти Гаэля я слышу его в своей голове. Уверена, что виной та самая скверна, что является частью моего существования. Чем больше я с ней соприкасаюсь, тем необратимей процесс возвращения к обычной жизни.
Само собой, про такие вещи я не говорю никому, прекрасно понимая, что в таком случае меня ликвидируют на каком-нибудь задании, как это часто бывает с такими, как я. Маги скверны не живут долго. Уверена, это не просто случайность, а естественный процесс устранения опасных кадров.
– Дрейс, твой отряд готов, – махнула Хэтра, заметив, как мужчина пристально следит за мной.
– Слушаюсь, – кивнул скиарий, но вместо того, чтобы идти к машине, направился ко мне.
Арканы наблюдали за нами, даже не думая отвернуться или сделать вид, что заняты чем-то другим. Похоже, любопытство пересилило, заставляя их глазеть.
– Рейни, – Дрей протянул мне рацию. – Это канал связи только для нас.
Наши пальцы соприкоснулись, и я ощущала тепло его кожи даже через ткань перчаток. Маг разведки кивнул и развернулся, но я окликнула его неожиданно даже для себя.
– Выживи, Дрейс!
Он обернулся и ухмыльнулся, в глазах заплясал огонёк.
– Если ты настаиваешь, – ответил скиарий и подмигнул.
Похоже, у всех здесь собравшихся настроение было куда лучше, чем у меня…
Сагариус отправились вперёд, а я слушала указания Астера, который напоминал, что успех миссии зависит от первого отряда. Если что-то пойдёт не по плану, мне приказано вернуться незамедлительно. Аркан несколько раз подчеркнул, что это указание самого Сторна.
Я прекрасно осознаю всю серьёзность и не собираюсь лезть на рожон. Рисковать только своей жизнью одно, но нести ответственность за двенадцать сандов совсем другое.
Во время обучения в академии студенты проходят специальные испытания, инсценировку реального боя с самыми настоящими мракхи. Но обучение никогда не сравнится с реальным боем. Никогда. Те, кто превосходно показали себя в искусственных условиях, ошибаются, если думают, что будет так же легко в реальной жизни.
Увы, у нас не будет специальных бойцов, способных пристрелить тварей в случае необходимости, как это делают в академии. Все ресурсы, что у нас есть – это мы сами.
– Редж.
Я распахнула дверь машины, когда аркан подошёл ко мне.
– Ты справишься, – неожиданно сказал он, заставляя замереть на полпути внутрь.
– Конечно.
Забравшись на переднее сиденье, я оглянулась на всех собравшихся. Наша машина следует первой, боец без магии за рулём. Бьёрн Кхаллан на две головы выше Дрейсара, настоящий гигант с горой мышц. Он смотрел на дорогу, положив две здоровенные ручищи на руль, отчего тот показался детской игрушкой.
На втором ряду, отвёрнутая к окну, сидела Накхар Хашили – маг преобразователь. Изучая досье на неё, я по-настоящему удивилась, что такими выдающимися способностями обладает такая девчонка. Помимо способностей к манипуляции окружающим пространством, она ещё и искусно владеет катаной. Длинное лезвие в специальном чехле Накхар держала на коленях. Кудрявые рыжие волосы собраны в небрежный пучок, большие зелёные глаза разглядывают стоянку без особого интереса, словно она уже десятки раз проходила через всё это. Если поставить её рядом с Бьёрном, рост девчонки будет чуть выше его пояса.
С другой стороны Трейс Пирье – маг истребитель. Худощавый парнишка явно нервничал, ковыряя пальцы и разглядывая карими глазами собственные руки. Он выглядел трусливым зайцем на фоне остальных, но его досье говорило о том, что первое мнение обманчиво.
Пирье мог за считаные мгновения уничтожить десятки мракхи благодаря мощному потоку огня, созданному им. Вот только такая сильная магия зачастую недолговечна: один выброс и самому бойцу дальше придётся полагаться только на собственные силы и оружие в руках.
– Какие указания, скиарий? – Бьёрн привлёк внимание раскатистым низким голосом.
– Двигаемся медленно, позволяя Сагариусу добраться как можно дальше. Как только достигнем разницы в три часа, держим темп.
– Принято.
– Магию используем в крайнем случае, когда оружие не справляется. Помните, что ваши ресурсы не безграничны, особенно в бою. Под адреналином легко поверить в собственные возможности, но это обманчивая история…
– Если скиарий погибнет, кто берёт на себя руководство? – спросил Пирье, оторвавшись от ковыряния пальцев.
– Ты идиот? – резко бросила рыжеволосая Накхар. – Напомнить тебе устав?
– В случае смерти обоих скиариев руководство принимает старший боец группы. Тут всё по уставу, санд, – спокойно ответила я, игнорируя перепалку. Его вопрос был логичным, а я ценю такую осмотрительность. – Старший боец обладает наибольшим опытом и подготовкой, что позволяет ему эффективно координировать действия группы даже в критических ситуациях.
Их лица оставались серьёзными, но в глазах Трейса читался скрытый вопрос.
– Если группа лишится старшего бойца, – продолжила я, выдерживая паузу, – командование переходит к одному из магов истребителей.
– Думаешь, что это ты, Пирье? – усмехнулась маг преобразователь, намекая, что в нашем отряде два истребителя и столько же у Сагариуса.
– Здорово, что вы думаете о таких вещах, бойцы, – призналась я, – но поверьте, в критический момент вам придётся стать единым целым, чтобы выжить. Если кто-то из вас будет пытаться перетянуть одеяло на свою сторону – не выживет никто.
Рыжая поджала губы и кивнула, а Пирье нахмурился, обдумывая услышанное.
Моя улыбка стала чуть жёстче, когда я добавила:
– Но давайте честно: до этого лучше не доводить. Наша сила в координации и взаимной поддержке. Если мы будем помнить об этом, никакой враг нас не сломит.
Машина выехала со стоянки, и вскоре мы покинули Юртас. Отряд Дрейсара продвигался вперёд, занимаясь расчисткой пути и отмечая потенциальные сложности.
К счастью, кроме препятствий, созданных проливным дождём, ничего серьёзного не встречалось очень долго. Преобразователь из отряда Сагариуса справлялся со всеми помехами на дороге, и мой отряд двигался как по маслу.
Дорога тянулась бесконечной серой лентой, окружённой низкими холмами и редкими перелесками. Лёгкий туман клубился над землёй, скрывая её раны, нанесённые временем и бесконечной борьбой. Когда-то эти земли были спокойными, свободными.
Когда-то за стенами Юртаса не было страха, не было бесконечных укреплений и башен, которые теперь торчат из-под земли, как остова старых костей. Люди жили, строили, радовались, не подозревая, что однажды всё изменится. Теперь эти земли лишь бледная тень прошлого. Небольшие города, разбросанные вдоль дороги, цепляющиеся за своё существование, словно утопающие за соломинку.
Многие горожане давно сбежали на безопасные территории, но позволить это могли далеко не все. Жизнь в империи была не такой сладкой, как могло показаться, особенно если ты беженец. Люди вынуждены ютиться в крохотных общежитиях. Первый год полагалось пособие, но потом приходилось искать работу, чтобы выживать.
Не многие могли устроиться, и потому возвращались обратно, пытаясь укрепить и восстановить свои города. Каждый из этих городков словно заперт в собственной клетке: массивные стены, укреплённые башни, бойцы с ружьями, готовые к атаке. Всё это выглядит внушительно, но я знаю правду. Эти стены защищают лишь до тех пор, пока есть поддержка. Пока мы идём вперёд, сдерживая мракхи.