Амалия Март – (Не)настоящий парень (страница 3)
– Сработает! – уверенно говорит подруга. – Они ж у тебя старой закалки. Замужем – значит самостоятельная, не замужем – нихай поле перекапывать, ишь чё удумала, в городе задницу просиживать, когда бурак не сеянный!
Я не удерживаюсь и громко хрюкаю в ладони. Ангелина очень смешно пародирует, как ей кажется, говор типичного представителя деревни. Я ее не разубеждаю, хотя такую речь можно услышать только от старшего поколения, у которых до сих пор антенна телек ловит. Сначала даже обидно было, ну что за стереотипы, я же так не разговаривала, когда только приехала! А сейчас просто смешно.
– Но парень, это ещё не замуж, – сменив хохот на икоту, говорю я.
– Главное их убедить, что туда все и идёт! Ну какой родитель потащит дочь в деревню свою, когда тут городская прописка светит? В культурной столице!
– Наверное, – не слишком уверенно соглашаюсь я.
"Убедить" здесь главное слово. Сомнительно, сомнительно. Как бы после этого Курта Кобейна они меня, не собирая вещей, за шкирку не утащили домой.
– Может, сослаться на модный вирус и отсрочить приезд родни? – размышляю вслух. Вполне себе альтернативный вариант.
– Ида, давай, прекращай. Отличный план, эффективность гарантирована. Парень профи.
– Господи, – закрываю глаза. – Ну с чего ты вообще это взяла, кто говорил? Кто эти рисковые женщины?
– Да ты о нем тоже слышала! Помнишь, Голубикина все уши нам прожужжала, как ловко своего Армаса захомутала. Сейчас живёт себе припеваючи в Финляндии, сучка крашенная. Пока мы тут кровью и потом…
– Помню, – бурчу я. Была Голубикина, стала Корхонен. А как была стервой, так и осталась. Вот почему такие первыми замуж выскакивают?
– Во-о-от, – тыча в меня пальцем, угрожает Ангелина. – Если уж он ее Армасика непробиваемого убедил, что птичка из рук улетает, то твоих родаков – раз плюнуть.
– Так ты у нее контакты взяла? – почему-то этот факт удивляет. Они не так, чтобы были закадычными подружками, скорее конкурентками на грани холодной войны. Если одна поворачивалась спиной – вторая доставала заточенный нож.
– Ради тебя, дорогуша. Все ради тебя, – прикладывает ладони к сердцу, вдохновенно приукрашивая. – И ради себя, конечно, я не готова жить одна в этом суровом недружелюбном для красивых женщин мире.
И почему самооценки нельзя отсыпать. Я б забрала у нее процентов двадцать, она б и не заметила.
– Да. Да, – твердо убеждаю себя, что надо. Вот просто надо.
Из всех рассмотренных вариантов этот действительно самый перспективный. Потом с чистой совестью можно морочить голову родне, полгода, может, даже год. А когда настанет новый виток расспросов, когда же кольцо, штамп, фата до пяток – расстаться с виртуальным парнем. Также виртуально, как начали с ним встречаться. И вообще, к тому времени, я могу и вправду обзавестись парнем!
Нет, даже не так. Я точно найду парня! Мысли материальны, вселенная открыта к диалогу, так что…
Соскальзываю со стула на пол и, отодвигая осколки моей истерзанной свинки, вынимаю сбережения.
Мы с Ангелинкой тщательно расправляем бумажки и выкладываем ровной стопочкой. Не слишком объемная пачка вызывает новый тяжкий вздох.
Хватает впритык. Надеюсь, он того стоит.
***
Наша вторая встреча, генеральная репетиция, как он ее назвал, проходит все в том же кафе на Фонтанке. Я прихожу немного заранее и занимаю тот же столик в углу, скрытый наполовину стеллажом с книгами от остального зала. Место для укромных встреч. Словно созданное для тайных свиданий.
Я смахиваю невидимые крошки со стола, достаю телефон и принимаюсь нервно крутить его в руке. Уже без пяти и я снова нервничаю. В прошлый раз я опаздывала, влетела сюда запыхавшаяся, времени подумать и струсить себе не дала. А сейчас снова терзаюсь в одолевающих сомнениях.
Ну дурацкая же идея. Дурацкая.
Опять меня терзают сомнения. Что если родители не поведутся на мою уловку и не отстанут со своим горячим желанием затащить меня домой? Их и работа моя не убедила, что я серьезно намерена жить в городе, а уж "серьезные" отношения… Такой ли это веский фактор, когда посевные на носу?
Че-е-ерт.
И как я из этого выпутываться буду? Сколько месяцев продержусь на этой лжи? За годы жизни отдельно от семьи, я научилась паре трюков, таких, как уход от ответа, скрытничество и ложь во благо. Но одно дело убеждать маму, что я отлично питаюсь и не гуляю одна по ночам (ага, по Питеру, красивейшему из городов мира, естественно, нет), а другое – нагромождать с три короба, слой за слоем, закапывая себя.
– Вообще у нас заказывают на кассе, – звенит голосок надо мной, я поднимаю взгляд. – Но к этому столику прилагается индивидуальный подход, могу что-нибудь принести.
Милая блондинка в фирменном фартуке лучезарно улыбается мне, и я чувствую себя неловко. Тут дороговато, а судя по тому, сколько денег сейчас распирает конверт в моей сумке, который в ближайшее время перекочует в мужские руки, пора снова возвращаться на диету из бомж-пакетов. Как в старые добрые.
– Нет, спасибо, я кое-кого жду, – улыбаюсь в ответ, стараясь не выглядеть жалкой.
Представляю, как выгляжу со стороны. Одна. Пришла первой. Нервничаю.
– Он все время опаздывает, – подмигивает блондинка и, не теряя улыбки, возвращается к кассе.
Ну вот, она все знает. Скорее всего даже в доле с ним. Можно ли чувствовать себя ещё более не в своей тарелке?
Звенит колокольчик над дверью, запуская посетителя. Я крепче сжимаю телефон в руке, делаю глубокий вдох и перевожу взгляд на вход. Не он. Фух.
Я невольно заглядываюсь на очередного посетителя. Кафе пустует, я нервничаю, а он очень красив. Уверенной походкой проходит к кассе, отвечая на яркую улыбку девушки за кассой, останавливается. Блондинка наклоняется чуть вперёд и начинает тихо петь, почти мурлыкать:
Я зачарованно наблюдаю, как шикарный мужчина наклоняется над стойкой и впивается в губы девушки за кассой. Мягкий чувственный поцелуй вгоняет меня в стеснение, и я отворачиваюсь к окну, чтобы не смущать их своим пристальным наблюдением, когда они оторвутся друг от друга. Слишком эта картинка похожа на любовь. Ту самую, с картинок в интернете, фотографий в Инстаграме и обложек романов на полках магазинов. Двое красивых людей, пустое кафе, горящие взгляды. Хочу так же.
И у меня обязательно так будет. Я же себя настроила. Со вселенной на досуге поболтала. Сейчас активно визуализирую контент. Прогулки за руку, поцелуи на светофорах, пакеты из Пятерочки для ужина.
В своих мечтах я захожу достаточно глубоко, чтобы пропустить появление моего псевдо-парня. Возвращаюсь в реальность только когда слышу насмешливое:
– Хорош сосаться, мерзопакостные людишки. Понятно, почему у вас тут народа не бывает. Фу просто.
Вова облокачивается на стойку и сдвигает на лоб темные очки, окидывая скептическим взглядом парочку влюбленных.
– Вот и ты шел бы… – зло цедит парень в пиджаке, разворачиваясь к нему корпусом.
– Тём, – опускает на его плечо ладонь блондинка, словно успокаивая.
– Да, Тём, – подтрунивает Вова. – Я вам тут бизнес консультации бесплатные провожу, будь благодарен. А мне как всегда, детка, – переводит взгляд на блондинку за кассой. – И моей мадам тоже.
Он подмигивает девушке и, наконец, переводит взгляд на меня. Отталкивается от столешницы и направляется ко мне.
Облаченный во все чёрное с ног до головы и с темными очками на лице. Хотя сегодня даже солнца нет. По-сумасшедшему красив.
– Сорри за опоздание, никак встать не мог, – вместо приветствия выдает Вова.
Он снимает кожаную куртку, вешает ее на спинку стула. Очки кладет на столик, а сам усаживается напротив. Выглядит хорошо. Даже слишком. Словно другой человек!
На нем закрытый черный пуловер, скрывающий все татуировки, которыми он светил при нашей первой встрече, волосы аккуратно зачесаны на пробор, а пирсинг с лица и вовсе исчез. Пай-мальчик. Сын маминой подруги.
Вот это да.
– Как образ? Подходит? – он складывает руки в замок на столе и криво улыбается.
– Для чего? – не понимаю я.
– Для знакомства с родителями.
– А, да. Вполне, – откашливаясь, говорю я.
Действительно, профи.
– Итак, – он достает из кармана брюк сложенный вчетверо листок. Тот самый, что я заполняла накануне. – Пару пробелов.
– Да, – хриплю я. Потом откашливаюсь и добавляю увереннее. – Какие?
– Цель. Ты нигде не написала. Зачем это все, Ида?
Живее всех живых Курт Кобейн ставит локти на стол, подпирает подбородок и впивается своей солнечной лужайкой в мои глаза. Ждёт ответа.
– Моя подруга считает… то есть я… мы, короче, подумали, что если у меня будет парень, то это достаточный повод не ехать мне домой. Родители, они, как бы сказать, люди не из города и считают, что где родился, там и пригодился, хотя образование мне получать не мешали… но и не поддерживали, – сбивчиво объясняю я. – Думали, приеду после института домой и буду как сестра. А я нет. А сейчас самый сезон и им помощь нужна. Так что вот…
Я морщу лоб, пытаясь проанализировать, что вообще нагородила. Парень напротив делает тоже самое, судя по его яркой мимике.
– Серьезно? Как в девятнадцатом веке прям. Может, и жениха тебе присмотрели? – изгибает он красивые брови.