Амалия Март – Девять месяцев до катастрофы (страница 2)

– Давайте я лучше почешу вас за ушком, и вы замурлычете, – даю-таки язве зеленый свет. – Так проще, – растягивая губы в оскал, встаю с места. – Спасибо за уделенное время, я пойду.

Разворачиваюсь на выход и быстрым шагом иду к двери.

– Перед уходом зайдите к Лидии Сергеевне, – летит мне в спину равнодушное.

– Всего доброго.

Я аккуратно прикрываю за собой дверь кабинета и встречаюсь взглядом с эффектной блондинкой за высоким столом рецепции. Бросаю «до свидания» и ей и ухожу по длинному коридору в сторону отдела кадров, откуда меня сегодня добрая женщина в возрасте и привела.

Официально: это было самое странное собеседование из всех, на которых я побывала.

Но можно выдохнуть от облегчения хотя бы потому, что все это быстро закончилось. А сегодня у меня назначено еще в одном месте. Там, конечно, место откровенно похуже, и добираться два с половиной часа, но жизнь не терпит слабаков, можно и в колл-центре поработать годик. Туда, говорят, берут вообще всех.

Я стучу в кабинет отдела кадров и, приоткрыв дверь, вежливо интересуюсь:

– Можно?

Та самая Лидия Сергеевна, что проводила первое ни столь уничижительное собеседование, разговаривает по стационарному телефону и просто машет мне, мол, заходи.

Я подхожу к ее столу и неловко топчусь, пока она одобрительно мычит в трубку: угу, да, поняла, хорошо.

– Садись, – предлагает мне по окончанию разговора. – Вот список документов, – кладет передо мной небольшой листик. – Трудовую не надо, мы теперь электронные заводим, – вычеркивает ручкой один из пунктов, напечатанных на ней. – Военный билет тоже. Детей нет? – поднимает на меня глаза.

Я отрицательно машу головой, понимая, что, наверное, произошла ошибка. Может не все добираются до второго собеседования, и она заранее для себя решила, что все будет ок?

– Но я не прошла собеседование, – объясняю, отодвигая от себя листок.

– Как не прошла? Мне только что Юрий Константинович звонил, – удивляется Лидия Сергеевна. – Сказал оформлять.

К стрессу добавляет легкий шок.

Клоунада какая-то.

Ничего не понимаю, но за бумажкой со списком документов для оформления все же тянусь. Ладно, подумаю об этом сегодня вечером. Я же в любой момент могу отказаться, пока не подписаны документы.

– Испытательный срок – три месяца, оформляем с первого дня, рабочий день с 9:00, но по внутреннему распорядку на рабочем месте нужно быть за 10 минут до начала рабочего дня, – торопливо объясняет она, когда снова звонит телефон. – Завтра с документами сначала ко мне, – добавляет и берется за телефон. Меня благословляющим кивком головы отпускает.

Я, все еще не до конца осознавая, что только что произошло, выхожу на улицу.

Ладно, может непосредственный начальник и с легкой придурью, но любопытство все равно побеждает. К тому же, никаких более перспективных предложений на сегодняшний день нет, а аренда за комнату – есть.

Так что: чем черт не шутит?

Глава 2.

– Ну, котик, ты же мне обещал взять страшненькую!

Еще на подходе к приемной, где меня ожидает первый рабочий день-стажировка, я слышу приторно-сладкий женский голосок. Прерывать пикантную, судя по интонации, сцену не особо хочется, но рабочий день уже в разгаре и меня тут ждут. Так что без особого зазрения совести выглядываю из-за поворота, чтобы увидеть, как к моему новому начальнику жмется эффектная блондинка. Всем своим эффектным великолепием.

Судя по всему, та самая, что вчера сидела за моим будущим рабочим столом.

Так вот, почему вакансия освободилась. Отношения перешли из сугубо рабочих в сильно горизонтальные. Это, конечно, не мое дело, но фу.

На работе. Босс и секретарша. Какое утрированное клише.

– Она едва школу закончила, думаешь, у меня есть притязания на малолеток?

Будущий начальник не стесняется не только в выражениях (что это еще за «малолетка»? Мне вообще-то двадцать три!), но и в проявлении чувств. Его широкая ладонь ложится на округлое бедро девушки и эмоционально его сжимает.

– Тогда зачем ты ее нанял? – в репертуаре блондинки появляются капризные нотки.

– Потому что она умная. И среди всего многообразия дешевых кадров – самая адекватная.

О, а вот это уже лестно. Значит, двух минут общения ему хватило, чтобы разглядеть главное. Умный мужик. Хоть и бабник. Нет, ну серьезно, с собственной секретаршей?

– Я просто ревную, котик, – снова заводит свою приторную шарманку девушка.

Господи, какая фальшь. Ну какой из этого холодного, как щука, мужика котик?

Из меня непроизвольно вырывается цоканье, да такое громкое, что участники интимной сцены тут же на меня оборачиваются. Я экстренно маскирую не слишком вежливый звук в покашливание и расплываюсь в улыбке, словно не заметила их поспешное отклеивание друг от друга.

– Доброе утро! – здороваюсь, как приличная девочка.

– Доброе утро, – сухо отвечает начальник. – Юля, будь добра, покажи здесь все, – обращается уже к своей экс-секретарше, как я понимаю.

– Да, Юрий Константинович, – приторный голосок мгновенно преобразовывается в деловой.

Этому умению мне никогда не обучиться. Слишком гордая и недостаточно умная, очевидно.

Начальник скрывается за дверью своего кабинета, а Юля, не смотря на явную ко мне заблаговременную антипатию, берется вводить в курс дела. И чем больше она рассказывает про папки входящей и исходящей документации, штампы, расписание и иже с ним, тем больше я поражаюсь, как вообще такая девушка оказалась на таком месте. С такой внешностью, грамотно построенной речью и явным присутствием мозгов (что трудно было разглядеть в подсмотренной мной интимной сцене), она явно держалась здесь не за деньги. И понятно, что привлекло в ней начальника.

Мне, слава богу, такое никогда не грозит.

– А теперь главное, – закончив рассказывать про сортировку почты, Юля присаживается на край стола и острым взглядом пригвождает меня к стулу. – Юрий Константинович человек несвободный. Почти женатый. Планы себе никакие не строй.

Пассивная агрессия подана под очень заботливым соусом.

И очень предостерегающе.

– У меня парень есть, – первое, что приходит в голову, чтобы отвести от себя угрозу.

Стоит ли добавлять, что и типаж начальника мне совсем не импонирует? Даже представить себе не могу, чем такой мужчина может меня привлечь. Я в садике на утреннике Дюймовочку играла, когда он уже организовал свой бизнес.

– Вот и отлично. Тогда мы подружимся, – располагающе, насколько акула может уметь располагать, улыбается Юля. – И ко мне, пожалуйста, Юлия Сергеевна.

Как скажешь.

Я киваю, и мы возвращаемся к рабочей рутине. Все нюансы, которые раскладывает мне на пальцах Юля, я записываю в заготовленный блокнотик. Четко и по пунктам, чтобы ничего не забыть. Это сегодня, пока я принимаю звонки и сортирую почту, она со мной, а завтра, как я поняла, уже останусь только я – единственный воин в поле.

– Юля, – от твердого голоса начальника, бесшумно появившегося в дверях собственного кабинета, я вздрагиваю.

К этому нужно привыкнуть.

– Ты все показала Софье? – обращается к своей старой секретарше.

Юлия-называй-меня-Сергеевна соскакивает со стола и, растянув губы в лучезарной улыбке, разворачивается к шефу.

– Да, Юрий Константинович. Можно я пойду? – угадываются капризно-молящие нотки.

– Зайди сначала ко мне, – машет головой на свой кабинет.

Юля огибает стол и следует в указанном направлении. На ее плавно покачивающиеся бедра засматриваюсь даже я, молча завидуя. И есть, чем покрутить, и делает она это филигранно. Навык, которым не всем дано овладеть.

– Софья, – заставляет поднять на него глаза Юрий Константинович. – Все понятно?

– Пока да, – твердо отвечаю я.

– Если остались какие-то вопросы – задай их сейчас, потом спросить будет не у кого.

– Спасибо, думаю, Юлия Сергеевна дала мне полную информацию.

Брови на извечно застывшем лице слегка приподнимаются вверх. Да, я подчеркнула социальную разницу, на которую указала его бывшая секретарша своим «называй меня по имени-отчеству».

– Сделать вам кофе? – натягиваю улыбку.

– Нет, спасибо, Юля сделает.

После сумасшедшего собеседования я ждала какого угодно самодурства от будущего начальника, так что этот простой диалог немного меня приземляет. Возможно, устроенное на собеседовании шоу было всего лишь проверкой на вшивость-стрессоустойчивость. По крайней мере сейчас он кажется более, чем адекватным человеком.