Амалия Лонг – Краснокнижники (страница 10)
Когда завтрак был готов, я сел за стол и заставил себя съесть всё до конца, хотя еда казалась почти безвкусной. Телефон лежал рядом, и я машинально снова посмотрел на экран.
08:42.4 апреля.
Дата не изменилась.
Я уже собирался отложить телефон, когда экран внезапно загорелся уведомлением. Сообщение было от Киры.
*Ты не спишь?*
Я несколько секунд смотрел на текст, словно ожидал, что он исчезнет, а потом быстро напечатал ответ.
*Почти не спал.*
Ответ пришёл почти сразу.
*Я тоже. Нам нужно поговорить.*
Я вздохнул и набрал её номер. Кира ответила практически мгновенно, как будто держала телефон в руках и ждала моего звонка.
– Ты проверял дату? – спросила она вместо приветствия.
– Уже раз десять. Сейчас четвёртое апреля.
На секунду в трубке повисла пауза.
– У меня тоже, – тихо сказала она.
Я провёл рукой по лицу, пытаясь окончательно проснуться.
– Кира, скажи честно… ты тоже начинаешь думать, что мы вчера не сошли с ума?
– Я думала об этом всю ночь, – ответила она после короткой паузы. – И знаешь, что меня больше всего пугает?
– Что?
– То, что я помню слишком много деталей.
Я нахмурился и откинулся на спинку стула.
– Каких именно?
– Наш разговор в кафе, рюкзак Артура, мужчин в машине, баристу, который сказал, что сегодня пятое апреля. Я помню даже мелочи – как звякнула дверь, когда мы выходили, и как пахло кофе возле стойки.
Она на секунду замолчала, а потом добавила уже почти шёпотом:
– Такие вещи невозможно придумать одновременно.
Я ничего не ответил, потому что в этот момент мой взгляд случайно остановился на окне. На противоположной стороне улицы стояла машина. Чёрная. Та самая.Я почувствовал, как внутри медленно поднимается холодное, знакомое ощущение тревоги.
– Кира… – тихо сказал я.
– Что случилось?
Я продолжал смотреть в окно, не отрывая взгляда от машины.
– Кажется, у нас появилась ещё одна проблема.
– Какая?
Я сделал медленный вдох.
– Та самая машина стоит сейчас у моего дома.
Я глубоко вздохнул и попытался не паниковать. Сердце стучало слишком быстро, а ладони стали влажными. Машина стояла почти идеально на линии тротуара, словно специально выбрала место, откуда можно было наблюдать за моим домом, за каждым шагом.
– Кира… – продолжил я, – она стоит у моего дома. Смотрю на неё и понимаю, что кто-то внутри наблюдает.В трубке повисло молчание, только тихое дыхание Киры слышно.
– Значит, мы не просто видели вчерашнее, – сказала она наконец. – Всё повторяется. И повторяется в реальном времени.
– Надо что-то делать, – сказал я. – Нужно понять, кто они и зачем. Я не могу сидеть, как жертва.
Кира слегка вдохнула.
– Я согласна.
Мы договорились встретиться позже у знакомого кафе, где когда-то обсуждали Артура. Нужно было действовать быстро.
Я закончил завтрак и собрался, не выключая телефон. Думал, что, выйдя на улицу, смогу рассмотреть машину получше. Выйдя из подъезда, я сразу заметил её. Чёрный седан стоял на том же месте, окна тонированные, но свет в салоне отражался, и было видно силуэт водителя.
Я остановился, пытался понять, как действовать. Подойти? Сфотографировать? Позвонить полиции? Но каждый вариант казался опасным.
Я снова достал телефон и набрал Кире:
– Машина здесь. Сидит кто-то. Я не знаю, что делать.
– Дыши ровно, – прозвучал её голос в трубке, ровный, но напряжённый. – Сделай так, как мы договорились. Никого не провоцируй. Сфотографируй, если сможешь незаметно. Потом идём в кафе. Я медленно поднял камеру телефона и попытался поймать силуэт через стекло. Сердце колотилось так, что казалось, оно слышно посторонним. Вдруг фигура внутри машины повернула голову, и я мгновенно почувствовал, как холодный страх опустился на спину. Она посмотрела прямо на меня, и на секунду казалось, что время остановилось.
– Кира… – сказал я почти шёпотом. – Фигура в машине смотрит прямо на меня.
– Не двигайся, – прозвучал её голос. – Дыши ровно.
Я остановился. Чёрная машина осталась неподвижной, словно ждала, что я сделаю следующий шаг.И я понял одно: это только начало.
То, что вчера казалось странностью, сегодня стало реальностью, и от неё нельзя было спрятаться. Кто-то наблюдал, и теперь мне предстояло понять, зачем.Я стоял на тротуаре и не мог оторвать взгляда от чёрного седана. Внутри сидел человек, но я не мог разглядеть лица – тонированные стекла отражали утренний свет. Казалось, что машина дышит вместе со мной, что она сама ощущает моё присутствие. Сердце билось так сильно, что мне казалось, будто это слышно всему кварталу. Я осторожно сделал несколько шагов в сторону подъезда, пытаясь скрыться за колонной. Телефон в руке был как единственная опора, но смотреть на него было страшно: любое движение могло привлечь внимание. Я сфотографировал силуэт и тихо выдохнул. Вдруг мне показалось, что машина чуть сдвинулась, и я почувствовал внезапное напряжение. Тело оцепенело, руки замерли. Внутри сидел кто-то, кто, казалось, знал обо мне всё.
– Мэл, – прозвучал голос Киры, – ты в порядке?
– Да… – ответил я, хотя сам в это не верил. – Она завелась, но пока не трогается.
– Тогда иди в сторону кафе. Там безопаснее. Я буду наблюдать с другого конца улицы.
Я кивнул и начал медленно уходить, не отрывая взгляда от машины. Каждый шаг казался опасным, будто любой неверный жест мог стать последним.
Когда я дошёл до угла улицы, машина неожиданно тронулась. Я замер, сердце подпрыгнуло. Она двинулась медленно, как будто специально, и повернула в соседний переулок. На секунду мне показалось, что это намеренная провокация.
Я ускорил шаг, и через двадцать минут оказался в кафе, где мы договорились встретиться с Кирой. Она уже сидела за столом, держа телефон в руках и поглядывая на улицу.
Мы встретились с Кирой через два квартала от дома Артура, в маленьком кафе с угловыми окнами и запахом свежеобжаренного кофе. В кафе, где были вчера, мы решили не заходить. Слишком много всего произошло, и оно теперь казалось тесно связанным с теми странными событиями.
Кира села за стол напротив меня, поставив рюкзак Артура рядом. Он выглядел обычным снаружи, но я знал, что внутри могут быть заметки, документы и подсказки.
– Я не спала всю ночь, – сказала она, опуская взгляд на рюкзак. – Пересмотрела архивы, перечитала документы… Но так и не нашла того архива, который Артур отметил красным крестом на карте.
Я нахмурился.
– Значит, у нас нет никакой уверенности, что он там вообще существует.
– Нет, – Кира кивнула. – Но это всё, что у нас есть. И если мы хотим понять, что он хотел показать, придётся идти туда.
Я вздохнул.
– Ладно. Значит, идём.
Кира снова посмотрела на рюкзак.
– Мама Артура сегодня собирается подавать заявление в полицию о его пропаже. Если мы не найдём его раньше, по крайней мере, будет официальный поиск.
– Значит, будем надеяться, что эти поиски дадут плоды, – сказал я.