Амалия Бенар – Горец из клана Маккензи: Тайна (страница 4)
Оливия на секунду задумалась:
– Баранину?
– Сегодня на ужин был очень вкусный пряный пирог из баранины.
– Это местное? Шотландское блюдо?
Служанка закивала:
– Да-да, ми-из. Такого вкусного пирога вы нигде не испробуете!
– Хм… Морна, ты меня уговорила.
Рыжеволосая девушка подмигнула и, немного понизив голос, поинтересовалась:
– Может, глоточек? Перед сном он согреет лучше любого горячего чая.
– Глоточек? – неуверенно переспросила Оливия.
– Виски. Глоточек виски, – уже тише пояснила Морна.
– Я не люблю крепкие напитки…
– Ми-из, это из винокурни клана Маккензи. Я принесу. Совсем капельку! А вы сами потом решите.
Англичанка, рассеянно пожав плечами, кивнула, и служанка скрылась за дверью.
В ожидании ужина появилось время разобрать чемодан и разложить вещи в комод. После чего было решено принять горячую ванну, чтобы согреться. И когда вернулась служанка с подносом, Оливия, укутавшись в теплый плед, уже сидела в кресле возле пылающего камина и писала сообщение подруге.
Морна поставила поднос на столик рядом и, указывая пальцем, начала перечислять:
– А вот очень вкусный пирог, ми-из… Это вересковый мед, горячий чай и, – почти шепотом произнесла. – И односолодовый виски с винокурни нашего лорда.
Оливия бросила взгляд на оловянную кружечку с двумя ручками:
– Спасибо, Морна.
– Ми-из, поднос я заберу завтра утром. Доброй ночи!
– Спокойной ночи!
Рыжеволосая служанка скрылась за дверью, плотно прикрыв ее.
Оливия еще раз перечитала свое сообщение для Беатрис:
Отложив телефон, она приступила к аппетитному ужину. Пирог с бараниной оказался очень нежным и немного острым, что прекрасно оттеняло вкус мясной начинки. Попробовав ложечку верескового меда, Оливия прикрыла глаза, наслаждаясь травянисто-вяжущим вкусом на языке.
Чай в чашке почти остыл, и еле теплый напиток не обещал согреть перед сном. А вот необычная чашечка с ручками будто манила коснуться. Оливия потянулась к ней, ощутив прохладу металла. Ореховый аромат со сладкими нотками наполнил легкие. Последовал неуверенный глоток. И знаменитый согревающий напиток Шотландии растекся по горлу с долгим фруктово-торфяным послевкусием.
Девушка продолжала любоваться пламенем в камине и маленькими глотками пила виски, вспоминая минувший день. Сборы, перелет и дорогу до замка. Разбитую вазу, знакомство с вождем и его дядей и интерес к своей научной работе. После расслабленно зевнула, вернув пустую чашу на поднос, и, любуясь пляшущим оранжево-алым огнем, незаметно для себя заснула в удобном кресле, укутавшись в плед.
Убаюкивающий треск бревен в камине превратился в ласкающий слух шум прибоя. Лицо Оливии обдувал морской бриз, а на губах ощущался соленый вкус холодного и недружелюбного моря. Издалека доносился крик чаек, но их не было видно.
– В легендах истина, хотя бывает только крупица оной.
Девушка повернула голову на знакомый голос:
– Дедушка… – ее лицо засветилось от счастья.
– Здравствуй, родная, – возле глаз пожилого мужчины возникли сети морщин, глубоких и до боли знакомых.
– Это же сон… – глаза Оливии наполнились слезами, но она только грустно улыбнулась, любуясь любимым дедом, по которому безумно соскучилась.
– Если и так, мы можем поговорить. Ты приехала в Росс-Шир. Я рад, – шершавый голос звучал согревающе.
– Я тоже. Я хочу дописать свою научную диссертацию.
– Я горжусь тобой.
– Но не родители, – с грустью выдохнула девушка.
– Они поймут скоро важность твоего пути. Иногда нужно больше времени, чтобы признать значимость знаний предков.
– Скажи, дедушка, келпи и мулиартех все же существовали? Поиску их ты посвятил всю свою жизнь…
– Если мы не видим что-то, это не значит, что этого нет, – его ответ был неизменным.
– Наверное, многое скрыто от посторонних глаз? Но все равно мифология больше похожа на сказки. Разве нет? – Оливии хотелось услышать слова поддержки. Хотя бы во сне.
– Мулиартех. Так называли морского змея-оборотня. Помнишь, я тебе рассказывал?
– Да, дедушка.
– Это существо иногда выходило на сушу в обличье дряхлой одноглазой старухи и просилось в дом погреться. А если его впустить, то не миновать беды. Верно?
– Да. Но где истина?
– Ми-из… – Оливию кто-то настойчиво звал, ворвавшись в беседу с самым дорогим для нее человеком. Мираж сна рассеялся, оставив после себя только тьму…
По комнате разносился громкий стук в дверь.
– Ми-из!
Лениво открыв глаза, англичанка огляделась. Комната была залита солнечным светом, а кровать застелена. Камин практически догорел, а за окнами пели птицы песни о коротком шотландском лете.
Откинув плед, девушка схватила телефон и поежилась от прохлады в ее спальне.
На часах было начало девятого утра.
«Проспала!» – первая же мысль напугала Оливию. И она вскочила на ноги, чтобы открыть дверь.
– Морна, я не знаю, как я не услышала будильник… Или… – распахнув дверь, чтобы впустить служанку, Оливия уперлась в широкую грудь владельца замка. Синяя рубашка с темными пуговицами, ее взгляд скользнул выше – две верхние были расстёгнуты. Крепкая шея, англичанка сглотнула и промямлила:
– Милорд, – ее взгляд поднимался выше, минуя бешено танцующие желваки, подбородок с трехдневной щетиной, тонкую линию губ. – Мне жаль, что так произошло… Я… Я…
– Виски?! – в его голосе прозвучало удивление. Но, как оказалось, это было мимолетное замешательство. – Морна!!!
Рядом стоящая рыжеволосая служанка тут же потупила взор, не смея взглянуть на графа, и невнятно лепетала оправдания:
– Ми-из вчера продрогла… И… И я… предложила испробовать глоточек… – ее руки теребили подол клетчатой юбки. – Я… Я…
Его внимательный взгляд шоколадно-медовых глаз уже обжигал английскую гостью. Вождь клана терпеливо слушал, сцепив руки за спиной. Он был почти на целую голову выше Оливии. Сильный и властный.
– Вчера я замерзла. Немного. – Она смело прервала служанку, хотя и продолжала говорить сбивчиво. – И Морна любезно предложила…
В это время служанка проскочила в комнату, чтобы забрать поднос. Так же быстро вышла и, не оглядываясь, поспешила по коридору прочь.