Амадео – Ничего личного...-6 (страница 7)

Промах еще больше разозлил Рауля.

— Пошел прочь, — бросил он Хесусу.

— Рад бы да не могу. — Дальний родственник по ошибке считал, что фамилия позволяет ему вести себя фамильярно с начальством. — Пришло сообщение, адресованное всем картелям.

— От кого?

Хесус сладко улыбнулся, и Раулю захотелось достать пистолет из ящика стола и пустить пулю прямо в мелкозубую улыбку.

— От группировки Марсело Флавио.

Рауля затошнило. Он знал о работорговце понаслышке, но о сфере его деятельности был осведомлен прекрасно — Энрике частенько пользовался его услугами для поиска работников на плантациях марихуаны, на чем и погорел: Флавио сдал его связи с УБН всему преступному миру. Несколько недель назад Марсело Флавио пропал — поговаривали, что он бежал за границу и был убит, но доказательств так и не нашли.

— Что им нужно?

— «Принесите нам голову прекрасного принца».

Рауль вздрогнул так, что это не укрылось от глаз Хесуса. Но нет, всего лишь совпадение, таких прозвищ пруд пруди. Это не может быть Лучиано. Он уже два года обретается на кладбище Долорес.

— Что это, дьявол их раздери, значит?

— Они объявили охоту на убийцу своего босса, — объяснил Хесус. — Подозревают раба, который был в услужении у Флавио как раз перед его исчезновением.

— А сами справиться не могут?

— Если бы могли, вряд ли просили бы помощи.

Логично. После пропажи начальника группировка разбилась на мелкие банды, которые расползлись кто куда. Флавио никого не подпускал достаточно близко, чтобы можно было назначить заместителя. Только вот картелям сейчас не до того, чтобы искать какого-то жалкого раба — Мексику раздирала война, каждый стремился урвать кусок пожирнее и похоронить конкурентов. Отношения между ними обострились как раз из-за Флавио, который подставлял глав одного за другим так же, как сделал это с Энрике. И его подручные действительно думают, что все ринутся искать этого «прекрасного принца»? Если он действительно убил Флавио, Рауль первым пожмет ему руку.

Он потер лоб. Из-за духоты начинала болеть голова, но открывать окно не хотелось — чертов дождь и не думал прекращаться.

— Пошли их к чертям. — Хесус уже шел к двери, когда Рауль окликнул его. — А впрочем, потребуй у них все, что они накопали на того парня.

— Зачем? — Хесус насторожился. Неожиданный интерес босса ему не понравился.

— Мне стало любопытно. — Рауль все же распахнул окно и поежился от хлынувшего в комнату мокрого воздуха. — Кому пришла в голову безумная мысль убить самого Флавио? Шевелись, ты знаешь, что я ненавижу ждать.

Хесус перетупил с ноги на ногу и скрылся за дверью, точно крыса шмыгнула в нору. Рауль же уставился на небо — облака поредели, где-то блеснуло солнце.

— Убит прекрасным принцем, — прошептал он. — Однако.

— Вы помните Рамона?

Мигель удобно устроился в кресле, закинув ноги на подлокотник. Роза неодобрительно поцокала языком, но сделать замечание гостю не решилась и ушла, оставив на журнальном столике поднос с чашками. Ксавьер взял кофе, желая оказаться как можно дальше отсюда — он так и не смог привыкнуть к своеобразной манере Мигеля общаться с людьми. Тео со всей братией мигелевых телохранителей играл во дворе, в гостиной находились только они трое.

— Разумеется, помню. — Амадео предложил Мигелю шоколад, и тот резво схватил чашку. — Ваш шпион в логове Флавио, который здорово помог мне, раздобыв телефон.

— Он мертв.

Амадео поперхнулся шоколадом.

— Простите?..

— Два дня назад его подбросили на крыльцо виллы Торресов. Видимо, посчитали, что он уже умер, но он продержался еще немного. Настоящий мужик.

Амадео и даже Ксавьер теперь не сводили с Мигеля глаз. Тот помешивал свой шоколад, выпятив губу, как ребенок, который старается не заплакать.

— Кто? — спросил Амадео севшим голосом. В висках застучало, и он поставил чашку на стол, чтобы не расплескать напиток. Рамон, который из кожи вон лез, чтобы вытащить семью из нищеты. Рамон, трещащий без умолку и всегда готовый подхватить хорошую шутку. Рамон, который добыл ему телефон, не требуя никакой благодарности… Убит? С ужасом Амадео понял, что на краю сознания шевельнулось что-то темное, отдаленно похожее на то, что захлестнуло его во время расправы над Флавио. Взгляд непроизвольно скользнул к пакету с таблетками на каминной полке. Ксавьер прав — если они помогут подавить тьму, придется их принимать.

— Даже гадать не надо, — ответил Мигель. — Рамон сказал только одно слово, а потом впал в забытье и… с концами. — Он отставил чашку и сцепил пальцы перед собой. — Мануэла не успела вызвать «скорую помощь», а он уже отправился пить мескаль с ангелами. Но это детали.

— Что он сказал? — Амадео уже знал ответ. В висках застучало громче.

— Арманд.

В голове загрохотал кузнечный молот, и Амадео до боли стиснул кулаки. Мигель прав, даже угадывать не нужно, кто разыскивал его и зачем.

— Диего и Рикардо, — выдавил он. — Им нельзя…

— Они в безопасности, я об этом позаботился. — К Мигелю вернулось его обычное оживление. — Мануэла с ними. Рикардо нашел меня за пару часов до того, как к ним на крыльцо упал Рамон, и сообщил, что кто-то расспрашивал о вас. Полиция не знала о вашем существовании, так что это не дядюшки-детективы, расследующие пропажу отчима.

— Почему он не позвонил мне?

— Боялся прослушки. Нелишняя предосторожность. Потому я сразу после гибели Рамона вылетел сюда. — Мигель извлек из кармана шортов пачку «M&M» s» и закинул горсть драже в рот. — Рикардо порывался лететь сам, но Диего убедил его, что так он лишь навлечет на вас подозрение. А меня никто не знает.

Амадео лихорадочно размышлял. Значит, на него открыли охоту, и причина тому может быть одна — расправа над Флавио. Рамон наверняка не сообщил его настоящее имя, но Амадео всерьез опасался за остальных обитателей виллы — они запросто могли повторить судьбу охранника. Никаких иллюзий насчет «сказал то, что требуется — отпустили» он не строил.

— Охрану нужно усилить, — впервые за все время подал голос Ксавьер. — Я распоряжусь. И ни шагу без сопровождения, принц, я не собираюсь отскребать твои мозги с асфальта.

— Мигель, вы уверены, что братья Торресы и Мануэла в безопасности?

Тот и не подумал обидеться.

— Конечно. Их никто не станет искать — себе дороже. Если бы банда Флавио собиралась их прижать, сделала бы это сразу, а не истязала бедного охранника. — Мигель грустно потряс пустой пачкой над раскрытой ладонью.

Амадео едва подавил тошноту. Рамона пытали, мучили, издевались, клещами вытаскивали имя. Его, Амадео! Все из-за того, что он прикончил клятого работорговца, который более чем заслуживал смерти!

— Принц, — окликнул его Ксавьер. — Принц! Разожми ладонь. Немедленно.

Только сейчас Амадео почувствовал жжение — он крепко стиснул горячую чашку, и кожа уже покраснела. Дернул руку к себе, шоколад брызнул на пол.

— Ой-ей. — Мигель подхватил чашку прежде, чем та упала. — Тетя Роза будет ругаться, но ничего, валите все на меня. Амадео, никто никогда не докажет, что вы имеете какое-то отношение к исчезновению Флавио. У его людей есть только предположения. Но для них главное — найти виноватого, и им окажется не только сеньор Витале, — он указал на Ксавьера, — но и раб по имени Арманд.

— Почему не я? — Ксавьер крутил в свободной руке незажженную сигарету. — По логике, именно я купил Амадео за чемодан кокаина, я подставил Флавио, и меня они должны разыскивать в первую очередь.

— А я и не сказал, что вас оставят в покое. На вашем месте я бы тоже поостерегся, сеньор Санторо. И за это мне следует попросить прощения — вы так вляпались по моей милости.

Ксавьер чуть было не согласился вслух, однако это было бы несправедливо — никто не мог предвидеть, чем обернется план по освобождению Амадео и устранению Флавио с бизнес-арены.

— Тем не менее, Амадео не убивал Флавио. Это сделал я.

— Скажете это тем, кто придет за ним. — Мигель смял пустую пачку и сунул в карман. — В любом случае, будьте бдительны. По сравнению с этими людьми Жаклин Коллинз — маленькая девочка.

Ксавьер подался вперед, стальные глаза сощурились.

— Откуда вы…

Мигель приложил палец к губам, чем еще больше стал похож на проказливого мальчишку.

— Я знаю много, — с самым таинственным видом изрек он, тряся руками над головой, как мексиканский колдун, — но помню мало. Если я или мои молодцы вам понадобятся, ищите в «Азарино». — Он подмигнул Амадео. — Номер зарегистрирован на имя Пабло Эскобара.

Ксавьер буркнул под нос что-то, отдаленно напоминающее «гений чертов». Мигель ушел, не забыв напоследок похвалить горячий шоколад, чем наконец растопил сердце Розы. Амадео этого не заметил. Он накручивал прядь на палец, беспрестанно повторяя про себя: «Рамон мертв. Мертв из-за меня».

Ксавьер схватил его за запястье и заставил выпустить волосы.

— Прекрати. Ты не виноват в том, что произошло.

Амадео зло глянул на него.

— Нет? Рамона убили из-за меня! Они искали меня, Ксавьер, и ты еще говоришь, что я тут ни при чем?

— С тем же успехом можешь обвинять себя в смерти Кристофа.

Амадео вздрогнул, как от пощечины.

— Что?

— Ты не виноват, что твой брат — больной ублюдок, который поднял руку на отца. И не виноват, что Флавио — такой же больной ублюдок, покалечивший пасынка и похитивший твоего ребенка. В любой войне жертвы неизбежны, и вместо того, чтобы топить себя в чувстве вины и гадать, мог ли ты спасти погибших, сосредоточься на том, как защитить тех, кто еще жив.