Алёна Волгина – Ветер перемен (страница 28)
– Ты действительно был в Коста-Кальмо тогда… во время бунта?
Спросила – как в омут шагнула. Даже холодно стало от страха: что он ответит?
– Да, – прозвучало с другой стороны костра.
«Ну, конечно…» Дийна отвернулась, глядя в огонь. А чего она ожидала? Что это ошибка? Чудес не бывает.
– Почему же ты не остановил это?
Поленья в костре багровели и медленно подергивались пеплом. Не выдержав, Дийна подняла голову. Она ожидала какой-нибудь грубости вроде «не твое дело, краболовка», но Альваро молчал. Его лица почти не было видно, только очертания скул и темные впадины глаз.
– Это уже второй вопрос, – сказал он мягко. Разговор увял.
– Когда-нибудь я тебе расскажу, – пообещал он так негромко, будто разговаривал сам с собой. – Пригодится… наверное. Теперь твоя очередь! Правда или желание?
Де Мельгар поворошил палкой угли, вспыхнувшие алым светом, и при этом коротком взблеске Дийна увидела в его глазах столько азарта, что стало сразу понятно: банальными вопросами дело не обойдется! Альваро был твердо намерен вытряхнуть из нее, как из мешка, все секреты.
– Желание! – выпалила она, вся загоревшись от собственной храбрости.
Тогда он улыбнулся. В первый раз улыбнулся по-настоящему, а не той кривоватой ухмылкой, к которой она привыкла в колледже.
«О! Я и не знала, что он так умеет!»
– Отлично! – обрадовался он. – Чур, я сплю первым, а ты подежуришь. Это мое желание, – пояснил он, так как Дийна молча смотрела на него с очень странным выражением и хлопала ресницами. – Нам лучше дежурить по очереди. Не думаю, чтобы здесь водились опасные звери, но…
Он поднялся, настороженно вслушиваясь в голоса леса. На первый взгляд в них не было ничего необычного: скрип деревьев под ветром, влажный шорох папоротника и треск медленно потухающих углей. Дийна, сидевшая у костра, была похожа на маленького лесного духа с огромными мерцающими глазами. Перехватив его взгляд, она кивнула:
– Я тоже это чувствую. Как будто мы здесь не одни.
Гроза все-таки разразилась, глубокой ночью. Вспышки молний стали чаще, потом, перебивая друг друга, загрохотали громовые раскаты, и зашумела, засвистела дикая ночь. Дийне даже не пришлось будить де Мельгара – он сам проснулся, зевая, выбрался из пещеры и прогнал девушку спать, заявив, что в таком шуме она все равно не расслышит, даже если стая кайсеров подкрадется к ночевке. Дийна хотела заметить, что в такую погоду все приличные хищники сидят по домам, но решила, что слишком устала для пикировок.
Ей долго не удавалось заснуть, так как от холода и от грозы сон рвался, как тонкая пряжа. Каждый раз, просыпаясь, она видела у входа очертания фигуры Альваро – тот сидел и любовался природой. В очередной раз она проснулась уже утром от того, что в пещеру проник узкий щекочущий луч. Оказалось, что она спала под двумя куртками, а ее спутник куда-то исчез. Лес вокруг пещеры вставал тихий и сонный, весь окутанный утренней дымкой. Дийна набрала в горсть воды с самой ближней ветки, чтобы наспех умыться.
– Ну что, собираемся? – прозвучало над ухом, снова заставив ее подпрыгнуть.
Нет, она никогда не привыкнет к его бесшумным и мгновенным перемещениям!
– Ты не мог бы погромче подкрадываться, для приличия?
Де Мельгар засмеялся:
– Только не в лесу.
В Кастильо дель Вьенто они вернулись, когда на замковой башне пробило десять. Успели записать показания приборов, навестить орнитологов и даже узнать, что случилось с работниками покинутой станции. Оказалось, что один из них сломал ногу, и напарнику пришлось отвезти его к врачу, в ближайший город Эль Седро.
«О чем мы тебя и предупреждали, – заметил де Мельгар. – Метеорология – опасная наука!»
Пока Дийна беседовала с орнитологами, он успел прикупить огромную связку мелких бананов, и поэтому пребывал в отличном настроении. Обратно они летели порознь. Дийна, из какого-то лихого кокетства поднявшаяся почти до перистых облаков, следила за пунктирной линией дыма, отмечавшей маршрут парового катера.
Она решила оставить лодку в порту Оротавы, подальше от бдительных глаз сеньоры ди Кобро. Когда она открывала
Альваро, нагруженный рюкзаком и бананами, с интересом смотрел, как она разоружает мачту, а затем чистит парус от пыли и влаги.
– Интересно. У нас на таких почти не летают, – сказал он про джунту.
«Оно и понятно, – подумала Дийна. – Сильбандо – окраинный остров, а Эстладо, овевающий его берега, – коварный ветер. Чуть зазеваешься, и тебя зашвырнет в такое поднебесье, куда ворон костей не заносил! Хуже всего, если вылетишь за пределы поля флайра. Тогда все. Короткий полет вертикально вниз, прямо до Океана – и полный конец приключений!»
Они заперли лодку и направились к замку. На середине тропы, которую Дийна уже изучила до последнего камешка за время пробежек, им неожиданно встретился Мартин.
– Ну как? Что-нибудь разузнали? – взволнованно начал он.
Дийна передала ему привет от орнитологов:
– Все в порядке с твоими гусями, улетели на Континент.
– Ох! Слава ветрам! – воскликнул Мартин с чувством непередаваемого облегчения. Странный он все-таки человек.
Дальше они шли втроем. Не дождавшись от своего сокурсника больше ни слова, Альваро добавил с сарказмом:
– Мы с Дийной тоже в порядке, но спасибо, что спросил!
– Да-да, – рассеянно улыбнулся Мартин. Чужая ирония свободно обтекала его, словно камень в потоке, нисколько не задевая его чувств. Как только они дошли до ворот, он кивнул друзьям напоследок и сразу направился в свои «птичьи угодья», беззаботно насвистывая.
Зато во флигеле их встретили гораздо приветливее.
– Мы уже хотели организовать спасательную экспедицию! – воскликнула Саина, забирая у Альваро бананы и придвинув каждому из путешественников по горке горячих оладий. Они не заставили просить себя дважды, принимаясь за поздний завтрак.
– А у нас тоже есть новости! – не утерпев, воскликнула Дейзи.
– Представляете, Мойзес собирается серьезно заняться проблемами флайра!
– Давно пора, – невнятно проговорил Альваро набитым ртом.
– И он решил взять помощника! – добавил Орландо. – Сказал, что определится с кандидатурой на этой неделе. Вчера вечером было чрезвычайное заседание ученого сообщества.
По лицу Альваро было заметно, что ему досадно было пропустить такое событие, и Дийна почувствовала укол вины. Хотя при чем тут она? Это все Мартин с его гусями!
Дейзи продолжала рассказывать:
– Мойзес хочет устроить лабораторию в Башне Ветров. Там с утра стоит дым коромыслом! Такую кучу хлама выгребли – не передать!
– А еще из порта пришел караван с новым оборудованием, – перебил Орландо. – Студенты его целый час перетаскивали!
Да уж, если сеньор Мойзес брался за дело, то брался со всей энергией. Ради перспективы попасть в его лабораторию студенты были готовы на многое! Чувствовалось, что между Дейзи и Орландо уже разгорелись искры соперничества: каждый думал, что именно он достоин этого места. «А какой ажиотаж сейчас творится у второкурсников!» – подумала Дийна.
– Мойзес попросил нас предоставить ему свои работы о морфологии флайра и динамике системы ветров. Обещал внимательно рассмотреть самые интересные! – рассказывал Орландо, демонстративно игнорируя Дейзи и обращаясь только к Альваро и Дийне.
– Между прочим, однажды он назвал мои расчеты по измерению активности флайра потрясающими и новаторскими! – с гордостью заметила Дейзи, чтобы обратить на себя внимание.
Обстановка во флигеле становилась взрывоопасной. Дийна поняла, что пора спасаться бегством. Оба «конкурента» так увлеклись, что даже грехи Барриги (который в это время тихо тащил по лестнице нечто, напоминавшее дамский чулок) отошли на второй план. Дейзи с Орландо всецело поглотила идея создания новой лаборатории, и цель попасть туда временно заслонила для них все остальное.
Глава 15
Когда Мартин пригласил ее посмотреть орнитологическую станцию, Дийна с радостью согласилась. Его рабочий кабинет, весь заставленный птичьими клетками, был для Мартина чем-то вроде святилища, куда допускались только близкие люди. Приглашение означало, что он наконец решил предать забвению тот неприятный эпизод в саду с участием Барриги, Кайо и метательного ножа.
Алагато давно оправился от раны и скакал по дому, но царапина в сердце Мартина заживала гораздо дольше. При каждой встрече он холодно кивал Дийне, почти не разговаривал с ней и вообще старался держаться от нее подальше. Он немного оттаял, лишь когда Баррига по непонятной причине выбрал девушку главным объектом своих интересов, но еще больше на юношу повлиял ее опасный вояж на Палмеру и готовность рискнуть собой ради гусей. По мнению Мартина, человек, способный на такое самопожертвование, однозначно заслуживал дружбы!
Центром орнитологической станции было небольшое помещение, на девяносто процентов заставленное клетками и вольерами. Здесь пахло опилками, а воздух был полон щебета, клекота, чириканья, урчания и других звуков, производимых пернатыми обитателями. Студенты обычно притаскивали сюда всех раненых и больных птиц, которых находили в округе. На свободных участках стены висели карты с линиями миграционных маршрутов. В углу притулился стол, за которым Мартин вел записи. В соседней комнате пойманных птиц измеряли, взвешивали, определяли возраст и пол. Там же происходило кольцевание.