Алёна Волгина – Ветер перемен (страница 27)
Она снова в воздухе и свободна! Больше не нужно прятаться от таможенников. Не нужно думать, чем пригрозить контрабандистам, если они захотят отобрать у нее рюкзак и деньги. Не нужно хитрить и держать в памяти разные укромные места, где можно сбросить груз, если вдруг налетишь на таможенный катер. Свобода!
Вовремя подвернувшийся ветер всего лишь за час донес ее до Палмеры, так что даже лавировать почти не пришлось. Это было большой удачей, так как Дийна заметила, что парус «Плясуньи» после починки стал хуже слушаться: мачта заедала в степсе, и крыло поворачивалось с трудом. Сейчас еще ладно, но в дождь или в шквальный ветер она не рискнула бы выйти на такой лодке!
В отличие от Сильбандо или Ланферро, имевших такой обугленный вид, будто там вдоволь порезвилась орава драконов (наследие вулканического прошлого этих островов), Палмера вся утопала в зелени. Подлетая, Дийна с восторгом разглядывала густо-зеленые холмы, выступавшие из пенного прибоя облаков. Метеостанция находилась на мысе Агандо, и Дейзи снабдила ее подробными сведениями, как туда добраться. Описав в небе широкую дугу, «Плясунья» приземлилась на крутом уступе, нависавшем над чашеобразной долиной. Дийна вытащила лодку и осталась стоять на утесе, балансируя в потоках прохладного ветра. Перед ней простирался огромный, шелестящий деревьями амфитеатр, почти черный от густой зелени. В одном месте виднелась деревня – словно стайка чаек присела отдохнуть среди темно-зеленых волн.
Здесь встречались два ветра: Фрайо и Тибио. Первый приносил дожди с севера, поил землю и наполнял озера. Второй разгонял клочья облаков над золотистыми нагорьями, подсушивал улицы и ускорял созревание мелких бананов, которыми Палмера славилась на весь Архипелаг. За спиной у Дийны простирался узловатый перекрученный лес. Непрерывная игра ветров так искривила деревья, что жалко было смотреть. Сквозь мглистый сумрак кое-где просвечивало заходящее солнце. В отличие от сухого холодного воздуха Керрона Палмере было душно и влажно. В ноздри бил такой запах, будто где-то рядом варили цветочный суп.
Приблизительное расположение метеостанции Дийна определила еще с воздуха по торчавшей над деревьями мачте с флюгером. В глубину леса уходила кривая тропа. С каждым шагом растительность становилась все гуще, и порой Дийне с трудом удавалось пролезть сквозь естественный тоннель из сплетенных над головой ветвей. Ну и джунгли!
Наконец, отбросив со лба влажную прядь, она остановилась на круглой поляне. Из оборудования здесь имелись мачта, будка для психрометра и осадкомер. В хижине наверняка находились еще какие-нибудь датчики, анализаторы и пробоотборники, но все было заперто.
«Интересно, куда все подевались?»
Кроме ветра, тревожно гудевшего в кронах, больше ничего не нарушало тишину этого места. Трудно было поверить, что в то же самое время где-то в порту работали краны и лебедки, шумели ветряки, снабжавшие остров энергией, и грохочущие фабрики. Доисторический мир Палмеры предстал перед Дийной во всей красе.
Краем глаза она уловила движение в кустах папоротника и резко развернулась, выхватив нож. Водятся ли здесь опасные хищники? Она не помнила. В диких районах Керро, например, человек мог нечаянно встретиться с вышедшей на охоту тридентой – великолепное зрелище, если, конечно, любоваться им с верхушки дерева.
Пока Дийна, сверяясь с инструкцией, устанавливала психрометр в будку, небо померкло, а ветер заметно усилился. Выпрямившись, она с тревогой посмотрела на быстро бегущие облака. Вообще-то она планировала быстренько заскочить к орнитологам в город и сегодня же вернуться на Керро, но стремительно ухудшающаяся погода и капризы «Плясуньи» внесли свои коррективы. На лодке с плохо управляемым парусом нечего делать в воздухе при таком ветре, тем более – в сумерках!
«Зря я столько возилась с приборами. И без всяких «психометров» ясно, что влажность здесь ого-го! Хоть губку в воздухе выжимай. Местные жители, наверное, каждое утро вытряхивают грибы из сапог!»
Дийна еще раз огляделась. Хижина заперта, но рядом с ней в скале находилась неглубокая выбоина. Если установить навес перед входом и настелить внутрь папоротник, то получится вполне пригодное место для ночлега. Только лучше поспешить, пока совсем не стемнело.
Неподалеку были сложены крупные напиленные ветки – скорее всего, для растопки. Дийна выбрала несколько тонких стволов поровнее и наскоро обтесала концы ножом. Затем воткнула их перед входом и сверху обвязала пальмовыми листьями, а внутрь натаскала папоротник, в изобилии растущий между камней.
Когда она покончила с этой работой, румянец неба на западе почти растаял. В темноте сложно было оценить результаты ее усилий, но, кажется, получилось вполне удобно. Полюбовавшись своим временным жилищем, Дийна мысленно похвалила себя и полезла в рюкзак за бутербродами.
– А что, неплохо вышло, – вдруг сказал кто-то сзади, словно эхо ее мыслей.
От испуга она подскочила на метр. Нож сам влетел в руку, и секунду спустя она уже прижималась спиной к стене хижины, выставив оружие перед собой. Посреди поляны стоял де Мельгар.
– Эй, это всего лишь я. – Он успокаивающим жестом поднял ладони.
– Ты… как ты здесь оказался?
«Да еще так незаметно! Ни шума катера, ни единого шороха не было слышно!» Де Мельгар просто возник на поляне, как будто соткался из воздуха.
– Починил катер и сразу сюда. Саина за тебя волновалась, решил вот проведать. Не знал, что ты у нас такая опытная туристка! – присвистнул он с одобрением, разглядывая модернизированную пещерку.
Несмотря ни на что, похвала была ей приятна.
– Учителя хорошие были, – равнодушно сказала Дийна и, спохватившись, прикусила язык.
Она подумала, что, вероятно, «школа выживания» у них с Альваро была одинаковой. На феодальных островах покушения на семьи правителей, увы, не были редкостью. Телохранители, чьей обязанностью было спасти наследника, могли зашвырнуть тебя в любую дикую местность – и хорошо еще, если на хвосте не будет погони. Все их действия тщательно отрабатывались на практике. Дийну учили, как выживать в пустыне, в лесу и даже на «изнанке». Один раз она двое суток продержалась в кальдере Ройя, не попав на глаза преследователям и израсходовав всего половину запаса воды. За это преподаватель отдельно ее похвалил.
Над их головами заволновались пальмы, нервно шелестя длинными листьями.
– Будет гроза, – уверенно заявил Альваро. – Может, поужинаем, пока не накрыло? Кажется, с возвращением придется повременить.
У Дийны с собой были только бутерброды, которые ей подсунула заботливая Саина, зато де Мельгар оказался более запаслив. Он принес свой рюкзак из катера, выбрал место для костра и захватил еще кусок брезента, чтобы получше защитить их укрытие от дождя. Тяжелое полотнище вырывалось из рук под порывами ветра.
– Погоди, здесь что-то мешается…
– Осторожно! – предупредила Дийна. – Это несущая палка!
Чуть не уронив «крышу» себе на головы, они закрепили брезент и решили перекусить. Наступило время навигационных сумерек, когда солнце уже скрылось за горизонтом, но очертания рыжеватых гор были еще четко видны в густо-синем небе. Вдалеке ярко блеснула молния.
– Надеюсь, ты не боишься грозы? – усмехнулся аспирант.
– Ха! Напугал дракона спичками! Да у нас на острове… – начала Дийна и осеклась, снова вспомнив, с кем разговаривает.
На Ланферро молнии били пачками – сильные и яростные, похожие на слепящие смертоносные деревья. Они буквально отпечатывались у вас на сетчатке, а грохот потом стоял такой, что уши закладывало. Говорили, это оттого, что в сердце острова скрыто много железной руды – она, мол, и притягивает грозы. Не зря же Ланферро прозвали Железным островом. Дийна с детства привыкла к бушующему великолепию стихий.
– Да? – подбодрил ее де Мельгар. – Где это «у нас»?
Чтобы не отвечать, она сделала вид, будто совершенно поглощена едой. «Очень вкусно», – пробубнила она, подбирая ложкой остатки тушеного мяса из своей жестяной банки. И мысленно отругала себя за расслабленность.
Здесь, вдалеке от Керро, все представлялось иначе. Здесь они с Альваро были
«Но это не значит, что он внезапно превратился в моего друга! Хотя я рада, что он приехал, чего уж там». Дийна представила, как сидела бы здесь одна, вздрагивая от треска разрывов в небе, и невольно поежилась.
Костер почти прогорел. Только оранжевые искры иногда вспыхивали, освещая пятачок углей и лица сидящих напротив людей. Пора было прятаться в пещеру, но так жалко было гасить уютный огонь, дающий чуть-чуть тепла! Де Мельгар, наверное, думал так же, потому что сидел, не проявляя никаких признаков спешки, и думал о чем-то своем.
– Знаешь, у практикантов на выезде есть традиционная игра: правда или желание. Поиграем? – Он хитро прищурился.
«Только не с тобой!» – тут же подумала Дийна. Хотя отказаться еще хуже – тогда он мгновенно поймет, что ей есть что скрывать. Если он уже это не понял. Она кивнула с видом заправского игрока в покер:
– Ладно, чур, ты начинаешь. Правда или желание?
– Правда.
«О, вот это удачно! Чего бы такого спросить?»
Она вовсе не собиралась задавать ему