Алёна Ветрова – Две недели лета (страница 2)

Я таскала его по городу, показывая любимые места, познакомила с девченками и заставила встать на лыжи. В Москве снега практически нет и его уроки физкультуры зимой проходят в бассейне.

В первый же день приезда бабушка авторитетно заявила: «Алёнка, отведи его на горку, а то наш бедный ребёнок снега белого в этом году ещё не видел». Несчастный Димасик!

Мы катались на санках и я нещадно подрезала его на всем ходу, а он падал в сугроб и смеялся, увлекая меня за собой в белую, пушистую бесконечность.

А потом мы сидели, прижавшись друг к другу у батареи, замотанные одним на двоих одеялом и пили чай с малиновым вареньем. Это было настолько здорово, что  я с радостью предложила и следующий Новый год тоже встречать вместе.

 Первые, ещё незаметные изменения произошли после нашего окончания начальной школы. Я приехала в Москву в июле и Димка не подлетел ко мне как обычно с обнимашками, а так и остался стоять, прислонившись к косяку дверного проёма бабушкиной комнаты.

– Привет, – тихо сказал он мне, чуть прищурив глаза от льющегося через распахнутые балконные окна солнца.

Я смотрела на его окрепшую фигуру и немного не узнавала прежнего друга. Он вытянулся за год и кажется даже стал чуточку выше меня, а ещё он немного поправился и был теперь скорее стройным мальчиком, чем «гремящим костями скелетом». Димкины волосы, выгоревшие от летнего солнца,  заметно отрасли и больше не походили на гладко выбритую вертолётную площадку. Мне всегда нравились длинноволосые мальчики и Димка, с его короткой, почти под ноль, стрижкой часто являлся объектом моих насмешек. Правда до этого лета данная ситуация его вполне устраивала.

– Привет, – радостно ответила я и подбежала с намерением привычным жестом схватить его за руки, точь-в-точь, как в самую первую встречу в раннем детстве и слишком поздно заметила, что Димка держит руки в карманах.

От неловкости меня спасла не пойми откуда взявшаяся Полинка с шумом налетевшая на меня с поцелуйчиками и обнимашками.

– Ты такая красивая-я, – восторженно заявила она, отойдя на два шага и беззастенчиво разглядывая мой теперешний облик, – прямо как куколка.

 Меня часто называли куклой из-за длинных кудрявых волос, что лежали на моей спине крупными буклями. Я специально не стригла их, оттягивая внимание от цвета. «Пусть лучше зовут куклой, чем рыжей» – решила я, стесняясь своего яркого оттенка.

– Ну что встали, входите, – мы торт привезли, – пригласила всех бабушка, которая  в этом году сама забирала меня у родителей.

Мы пили горячий чай с «наполеоном» и я украдкой поглядывала на непривычно молчаливого Димку, гадая, что с ним случилось.

– Алёнка, не переживай,  он просто обалдел от твоей красоты, – заметив это, тихо прошептала Полинка, – на самом деле он каждый день ждал твоего приезда, даже дни в календаре зачёркивал, весь извёлся, хочешь покажу? –  заговорщически предложила она.

4.

Я знал, что она приехала. Дни в календаре зачёркивал, а когда увидел, как они с бабой Ирой заходят в подъезд, то рванул следом из магазина и плевать, что сумки были тяжёлые, Не успел, они уже на лифте уехали.

С каждым годом аленкозависимость во мне только росла, если бы я уже тогда изучал геометрию, то сказал бы, что в геометрической прогрессии*.

Помню в шестом классе я весь декабрь ходил за мамой и уговаривал её отпустить меня с бабушкой Ирой в гости к Апенкиным родителям. Посуду за всех мыл, мусор выносил без напоминаний и даже четверть закончил на одни пятёрки. Но усилия того стоили!

Наверное, это был лучший Новый год в моей жизни. Даже сейчас, спустя много лет, я по-прежнему так думаю.

Запах еловых веток, обжигающий губы чай и вкус клубничного варенья, если я закрою глаза, то легко нарисую в своём воображении эту картину. А ещё её – маленькую и замёрзшую, с покрасневшими от мороза щёчками.Толи из-за любви к клубничному варенью, толи из-за гигиенической помады с тем же ароматом, или из-за её неизменного шампуня «Love Nature» фирмы Oriflame, но Алёнка из моих воспоминаний всегда пахла клубникой.

Милая, клубничная фея с укравшими кусочек весеннее неба глазами и рыжими кудряшками. Она всегда была очень хорошенькой. Такой, что при взгляде на неё у меня сбивалось дыхание, но сегодня я действительно не был готов к ожидавшим меня переменам.

Я влетел в квартиру следом за ними, бросил сумки на кухне, проигнорировав недовольно заворчавшую Полю и буквально побежал в комнату Ираиды Петровны. Но застыл.

Новая, незнакомая мне, Алёнка стояла в лучах яркого летнего солнца и улыбалась.

Я с трудом успокоил участившееся дыхание, прислонился к косяку, словно искал опору для собственного, разом ослабевшего тела и поспешно спрятал в карманы затрясшиеся от волнения руки.

– Привет, – глухо сказал я, щурясь толи от солнца, толи от ее лучезарной улыбки.

– Привет, – тут же отозвалась Алёнка.

Думаю она хотела привычным жестом схватить меня за руки и закружить по комнате, восторженно визжа, но растерялась, наткнувшись на мою застывшую фигуру. Положение спасла вовремя появившаяся сеструха, правда потом выдала меня с головой, ну зачем ей было выдавать Алёнке то, насколько я по ней скучал?

Мы пили на кухне чай с тортом. Я сидел, молчаливо уткнувшись в чашку и лишь изредка поднимал глаза на свою повзрослевшую подругу. Кажется Алёнка стала красить ресницы. Или они всегда были такими длинными и темными?

– А ты чего это волосы так отрастил? – неожиданно спросила Алёнка и я выплеснул от неожиданности чай.

– Все в порядке? – участливо уточнила бабушка, а я красный, как помидорка поспешно наступил на ногу, сидящей рядом и открывшей было рот сестре. Она ойкнула и выразительно посмотрела на меня хитрыми, оценивающими глазами. Мелкая шантажистка, наверняка придумывает, что же у меня попросить за молчание!

Волосы я на самом деле отрастил тоже из-за Алёнки. Как-то по весне, зайдя в комнату к Полине, я заметил, что она с интересом рассматривает фотографию незнакомого мне паренька.

– Кто это? – без особой заинтересованности спросил я, выглядывая у нее из-за спины.

– Мальчик, который нравится Алёнке.

– Чего? – почти заорал я, не справившись с эмоциями и чувствуя, как жжёт в лёгких, словно из них разом выкачали весь воздух. Я с семи лет занимался плаванием, так вот это чувство, как будто плывёшь стометровку не в своём темпе и забываешь сделать очередной вдох.

– А что? – сощурила глаза Полина, – Страшно, Димочка? – издевательски рассмеялась она.

А я смотрел на фото и понимал, что меня по-жёсткому развели. Парень на снимке был безусловно симпатичным, темноволосым, с густой, довольно длинной шевелюрой, но каким-то ярко накрашенным и немного узкоглазым.

– Это кто? – требовательно повторил я свой вопрос.

– Наш с Алёнкой общий биас.**

– Чего? – все так же непонимающе продолжил я, но расслабился, сел на кровать и теперь уже спокойно ждал объяснений.

– Тёмный ты, Дима, – миролюбиво ответила сестра, – это наш любимый певец Эл – вижуал корейской группы Infinite

– Пофиг, – я поменял положение, и закинув руки за голову, вытянулся на кровати. Где Аленка, а где Корея? Этот красавчик нам вовсе не страшен.

– Кстати, – ехидно добавила Поля и я инстинктивно подобрался, ожидая следующих её откровений, – а ты знал, что Алёнка терпеть не может коротковолосых?

______________

*Геометрическая прогрессия – это последовательность чисел, где каждый последующий член получается умножением предыдущего на одно и то же число. Это число называется знаменателем – q.

Например, последовательность 2, 6, 18, 54 – это геометрическая прогрессия с первым членом a₁ = 2 и знаменателем q = 3, так как: 2×3=6 6×3=18 18×3=54

** «Биас» (от англ. bias – предвзятость) – любимый участник или участница в группе в культуре k-pop

5.

Все окончательно изменилось в мои четырнадцать. То лето стало поворотным моментом в наших с Димкой отношениях .

Обычно я приезжала к бабушке в июне, но в этот раз в июне мы летали к папиным родителям в Мурманск и мои «московские каникулы» было решено перенести на август.

Я впервые путешествовала одна, папа, посадив меня в вагон скоростного поезда, помахал доче ручкой и ускакал праздновать с мамой временное «безподросковье», как он выразился.

Димка должен был встречать меня на вокзале. Я вышла из своего седьмого вагона, тащя за собой тяжёлый чемодан и высматривая щуплую фигурку на перроне.

Вдруг какой-то незнакомый мне, высокий, и видимо не вполне адекватный парень в белой футболке и потертых удлиненых джинсовых шортах , принялся этот самый чемодан просто выдирать из моих рук. Я, обалдевшая от такой наглости, пнула его под колено, и пока он согнулся от боли, рванула в сторону здания вокзала.

– Стой, – закричал парень смутно знакомым голосом.

Я повернулась и глупо уставилась на Димку, который снимал, скрывавшие его лицо тёмные очки. Реально обалдевшая я только сейчас поняла, что это был он.

– Ты почему ничего не сказал? – сердито начала я.

А он улыбнулся какой-то новой, чуть нагловатой улыбкой и тихо сказал: «Прости».

Мы виделись всего полгода назад, я сдержала обещание и уговорила родителей встречать Новый год в Москве.

Мы опять ездили на ВДНХ, катались на фуникулёре и учили Полину стоять на коньках на местном катке. А тридцать первого всей толпой отправились на Красную площадь и кричали : «С новым годом!» Родители и бабушка пили шампанское, а мы чай. А потом пешком шли домой…