Алёна Цветкова – Южная пустошь – 6 (страница 4)
К тому же мы вздрагивали от каждого шороха и замирали на месте, пригвожденные страхом. Это могла быть измененная тварь, порвавшая целый караван. А у нас совсем не было оружие… Вернее было. Но совсем не могло нас защитить. Я вытащила свой верный нож с алой лентой и сжимала его в руках, надеясь, что прежде чем тварь вцепится мне в шею, я успею нанести хотя бы один удар.
— Уф! — тяжело выдохнул Веним и свалился прямо в сугроб там, где стоял. — Я больше не могу… надо отдохнуть, ваше величество… Иначе я помру через три шага от разрыва сердца… Как колотиться, — запыхтел он. стирая пот со лба.
Я тоже устала. Мы уже раз двадцать ныряли в снег за валенками монаха. Я взмокла и тоже больше всего мечтала об отдыхе. Поэтому согласно кивнула и тоже рухнула прямо там, где стояла.
Сердце колотилось в горле, я дышала открытым ртом, но никак не могла надышаться. Повернулась в ту сторону, откуда мы пришли… Посмотрела вперед… Аккуратная цепочка моих следов после того, как мы проходили по ней снова, превращалась и изрытую огромными кротами широкую снеговую дорогу. Совершенно удручающее зрелище. Сходила, называется, Елина в разведку… Эти рытвины теперь до следующего снегопада останутся. А то и до самой весны.
И, главное, не понятно, почему? Ладно Веним… Но я-то вряд ли так сильно ослабла за свечу? Или…
Додумать я не успела. Впереди, чуть левее нас, там, где по моему мнению находился мой отряд, внезапно раздался взрыв. Пространство дрогнуло, деревья качнулись, сбрасывая с ветвей иней. Первое кольцо взрывной волны прошло мимо нас, и заставляя вздрогнуть от ощущения смертельной опасности…
Веним испуганно вскрикнул и закрутил головой. Я вскочила… Что это было? Бомба⁈ Граната⁈ Но откуда здесь такое оружие⁈ Здесь даже пороха нет! Образы мелькнувшие в моей голове были не моими. Слишком чуждыми для нашего мира. Взрыв пробудил память о мире призванной души. Память, которую я давно считала погибшей и погребенной где-то на задворках моего подсознания.
— Что это было? — прошептал Веним еле слышно. Монах был смертельно бледен от ужаса. Да и я чувствовала себя не лучше.
— Не знаю, — так же тихо ответила я. И застонала. Очередное кольцо ударной волны тряхнуло деревья рядом с нами. В ушах противно зазвенело и во рту появился железистый вкус крови. — похоже какое-то неизвестное оружие…
Но откуда здесь бомбы и гранаты⁈ Истерически выкрикнула я про себя. Борясь с накатывающей паникой…
— Боги, — выдохнул Веним, — как же страшно-то!
Да! Страшно! Слова монаха, словно сдернули черную, плотную тряпицу с окна. И мысли хлынули поток, едва позволяя проследить цепочку размышлений.
С почти таким же необъяснимым страхом, накатывающим волнами, я уже сталкивалась однажды. В тот самый день, когда мы с Аррамом попали в Мертвые холмы. И породила его Древняя магия, пробужденная неаккуратными действиями магов, которые хотели отыскать артефакт Хигрона.
И сейчас, готова голову дать на отсечение, это были никакие не бомбы и гранаты, а та же самая магия. Только не древняя…
Не знаю, как Идору это удалось, но я самолично всыплю ему по первое число! Спущу штаны и выпорю!
Одновременно с этим я поняла другое…
Страх, навеянный магией, не шел ни в какой сравнение с тем ужасом, который я испытала сейчас, когда поняла, какие последствия могли быть у этого магического взрыва. А если все погибли?
Выругалась, беспомощно глядя вокруг.
— Идор? — Веним поймал мой взгляд.
— И остальные, — шепотом ответила я. Воображение услужливо нарисовало перед глазами картину: зимний лес, огромная воронка, смешавшая снег с землей, и по краям лежат разорванные в клочья амазонки… Идор… Хелейна… и моя маленькая Олира… У меня перехватило горло. Я с хрипом глотнула воздух…
— Бежим! Ваше величество! — Веним вскочил и резво, откуда-то только взялись силы, рванул туда, где взорвалась какая-то магическая штука, созданная его неугомонным сыном.
Глава 3
Как ни странно, бежать оказалось легче, чем идти. И хотя Веним потерял в сугробах оба валенка, мы добежали до места, где остались мои люди за несколько мгновений, пару раз столкнувшись с очередным кольцом «ударной волны». К счастью, с каждым разом их сила становилась все меньше и меньше, и последнюю я ощутила как кольнувшее сердце беспокойство.
Но все страхи оказались мелкими по сравнению с нахлынувшей на меня радостью от того, что все оказались живы…
— Что это⁈ — ахнул Веним с разбега утыкаясь в пружинистую поверхность купола, который тут же среагировал на вторжение и откинул его на несколько шагов, едва не впечатав в ствол старой промороженной осины.
Я осторожно подошла и потрогала ладонью мягкую поверхность, похожую на молочное желе. Эта штука не пропускала звуки, и я видела, как внутри бегали встревоженные амазонки, тыкаясь во внутренню поверхность пузыря и отлетая назад, точно так же как Веним. Напуганная Хелейна, что-то кричала. То ли отдавала команды искать брешь в этой странной штуке, то ли пыталась успокоить ошеломленных воительниц. Олира сидела на лошади и с искренним любопытством смотрела по сторонам и улыбалась. Она, как будто бы совсем не испугалась, хотя может быть просто не поняла, что именно произошло.
Главный же виновник этого происшествия стоял на снегу на коленях, хмурился и что-то судорожно чертил на его поверхности трухлявой палкой, которая постоянно крошилась, оставляя на снегу темный след из кусочков коры и древесной трухи. Не уверена, но мне показалось, я узнала одну кракозябру, написанную рукой Идора. Это была руна воздуха, которую я сама много раз рисовала на поминальной чаше…
— Боги, — прошептал Веним. Он уже приполз обратно к куполу и теперь смотрел на сына, побелев сильнее, чем свежевыпавший снег. — Мой сын ранен! У него кровь!
От звука его голоса все внутри замерли.
Идор встрепенулся и поднял взгляд в сторону Венима, беззвучно зашевелив губами. Я смогла уловить одно слово: «Папа…» Он повторил его несколько раз. Веним его понял и закричал:
— Да, это я! Сынок, ты жив⁈ Ранен⁈ У тебя кровь на лице!
Его снова услышали все. Идор отбросил палку и кинулся к краю купола, прямо к Вениму. Хелейна в тот же миг слетела с лошади и бросилась туда же. Она тоже что-то кричала. Что-то тревожное, если судить по лицу.
Амазонки, мгновенно перестали носиться, как перепуганные тараканы, и выстроились по периметру круга, обнажив оружие.
— Это что еще за ерунда? — за спиной выругалась Илайя. — Я же говорила, этот дурной маг не может не сделать какую-нибудь пакость.
«Илайя?» — произнесла одними губами Хелейна. Она догадалась, что в отличие от них, мы ничего не слышим, но видим, и поэтому, не обращая внимания на кричащего что-то Идора, говорила медленно, тщательно артикулируя губами, чтобы мы смогли прочесть слова по губам. — «Елина? Жива?»
— Да, со мной все в порядке, — крикнула я. — Что это за купол?
«Не знаю. Мы вас слышим, но не видим. Вокруг густой туман. А вы?»
— Видим, но не слышим, — ехидно фыркнула Илайя. И снова повторила с легким презрением, — я же говорила, этот тупоголовый маг…
— Не надо говорить так, про моего сына! Он инквизитор и личный ученик Великого отца! — возмутился Веним.
— Твой сын, как ржаная ость попавшая за шиворот, — усмехнулась Илайя. — Маленькая, еле заметная, а вся спина зудит.
— Илайя, хватит. — Вмешалась я. И снова заговорила с теми, кто был внутри. — Идор, это ты сделал?
Маг тяжело вздохнул, опустил голову и кивнул…
«Это я попросила Идора поставить купол тишины, чтобы нас никто не слышал. Лошади начали сильно беспокоиться и шуметь. Я побоялись, что маги услышат нас. А получилось это».
Хелейна прикусила губу. Она боялась, поняла я. Только прятала этот страх даже от себя.
— Идор, ты можешь убрать этот купол?
Маг опустил голову еще ниже и помотал ею из стороны в сторону. Его плечи опустились, он весь съежился. Илайя невесело расхохоталась, Веним беспомощно взглянул на меня…
«А этот маг. Который с вами. Он может?» Хелейна смотрела в нашу сторону. Она держалась, но я видела, как юная амазонка вздрогнула и побледнела, после того, как я ответила:
— Нет, Веним очень слабый маг. У него не хватит ни сил, ни знаний…
«Тогда у нас проблема… Кажется, здесь, внутри, заканчивается воздух. Становится тяжело дышать».
Идор поник еще больше, почти рухнув на землю. Я выругалась. Веним всхлипнул. А Илайя громко захохотала, как будто бы рядом закаркала ворона. И поняла: она тоже боится и переживает за тех, кто внутри. Просто не может это показать и делает вид, что ей все равно. Ее никто и никогда не учил проявлять сочувствие… Пока была принцессой в королевском замке, все беды проходили мимо. А когда оказалась у амазонок, ей пришлось ломать себя через колено и становиться другой. У нее ведь не было памяти призванной души, которая бы помогла выжить в мире простых людей. Надо поговорить с ней об этом. Сказать, что нет ничего плохого в том, чтобы другие видели твой страх.
Но это потом. Сейчас у меня была другая проблема.
— Идор, попробуй еще раз. — я старалась говорить спокойно, хотя больше всего мне хотелось наорать на бестолкового мага и припомнить, сколько раз он обещал мне не использовать магию. Но это не помогло бы нам решить проблему. — Сосредоточься. У тебя получится.
Маг понял на меня глаза, в которых стояли слезы. И кивнул. А потом помотал головой. И что-то беззвучно зашептал. Хелейна повернулась к Идору и внимательно его слушала, одновременно бледнея еще больше. Но она все еще держала себя в руках. И когда заговорила с нами, выглядела почти спокойной.