Алёна Цветкова – Южная пустошь 5 (страница 17)
— Повторяйте за мной, — Олира отлепилась от Агора, которого она все это время так и держала за воротник, и, прикрыв, глаза негромко зашептала-запела странные непроизносимые слова, которые тем не менее ложились на язык так легко и свободно, как будто бы я знала их с самого детства.
Это, и правда, совсем не было похоже на магию. Пусть весь мой магический арсенал и состоит всего из одного единственного заклинания щита, но я очень хорошо ощущала разницу между магией и силой Богини…
Магия была похожа на маленький родник с мутной водой, отдающей железом, который, подчиняясь голосу, появляется из-под земли, чтобы утолить мучительную жажду. А Божественная сила казалась мне океаном чистой, свежей и вкусной воды, из которого я могла зачерпнуть столько, сколько нужно, чтобы напиться самой и напоить тех, кто сам не мог добраться до желанного берега. Главное не жадничать и зачерпнуть ровно столько, сколько нужно. Иначе можно надорваться и потерять способность помогать людям. Как Ягурда…
Я услышала тихий смех Богини. Ей понравилось мое сравнение. Он звучал так четко, как будто бы она была совсем рядом. Я даже ощутила Ее крошечную ладошку в своей руке и увидела лукавый взгляд. Моя маленькая Виктория… Там, в мягком сумраке Тени она была не одна. Анни и Хурра были рядом и тоже улыбались… А Фиодор, стоявший чуть в стороне, хмурился и что-то пытался рассказать мне…
Их лиц я не видела, я просто чувствовала присутствие. А может быть, это были не мои дети, а Те, кто оставил им в наследство, кровь Древних Богов: Абрегор, Грилор и Аддия… Они, наконец-то, снова были все вместе. Вернувшиеся в родительский дом повзрослевшие дети…
— Госпожа Елина, — тихий шепот Олиры нарушил концентрацию, и меня вынесло из Тени. Юная магичка смотрела на меня с искренним любопытством, — у вас получилось?
Я улыбнулась и кивнула. Слегка кружилась голова, а накатившая слабость, от которой тряслись колени и больше всего хотелось вернуться к себе и прилечь, не шла ни в какое сравнение с прошлыми ощущениями от «лечения»… Сейчас я знала, что этот процесс не имеет ничего общего с привычным нам лекарским мастерством. Это скорее чудо, чем знания и опыт…
— Как они? — так же шепотом ответила я. Хотя я и сама уже видела, что Агор больше не умирает. Он по прежнему спал, сидя на стуле, но сейчас его дыхание было ровным и спокойным, а неестественно бледный цвет лица сменился здоровым румянцем. — Как Илайя?
— Я не знаю, — так же шепотом ответила Олира. — Я ничего не понимаю в лекарском деле. Но сейчас за Тирохом сбегаю!
Она умчалась, хлопнув дверью. Я прислонилась к холодной каменной стене и закрыла глаза. Приятная усталость, как после хорошо выполненной работы, качала меня, как ребенка в колыбели. Я расслабленно зевнула, и чуть не подавилась, когда раздался голос Агора:
— Значит я был прав. Вы на самом деле новая Верховная жрица. Но почему тогда Зеркало не приняло вас?
Я открыла один глаз. Агор смотрел на меня хмуро… точно так же, как несколько мгновений назад Фиодор, прятавшийся в Тени.
— Почему не приняло? — спросила я. Улыбнулась. И сама же ответила, — приняло. Просто я побоялась приносить его сюда… Я же пришла к Великом отцу и не хотела подставлять вас. Веним сказал, что вы выкрали эту реликвию, заменив на подделку. Я оставила его за стенами у своего человека. И да, я верю ему, как самой себе, — ответила раньше, чем он произнес следующий вопрос, прочитав его намерения по лицу, на котором отразилось тревожное сомнение.
— Хорошо, — не стал спорить Агор.
Он смотрел на меня не отрываясь. А я на него… И между нами снова появилось что-то такое, от чего жар опалил мои щеки, а мне захотелось опустить глаза и сдаться.
— Елина, — прошептал он хриплым шепотом. И медленно поднявшись сделал шаг навстречу. А я шагнула к нему. Еще немного и…
Дверь с грохотом распахнулась, впуская в крошечную комнату взбудораженную Олиру и незнакомого мне толстого монаха, от которого пронзительно пахло перечной мятой. Судя по мокрому пятну на его просторной хламиде, он опрокинул на себя целый котелок лекарства от простуды.
— Великий инквизитор! — всплеснул он пухлыми руками и, пробежав взглядом по Агору, чтобы убедиться, что с ним все хорошо, бросился к постели, — Илайя! Как она⁈
Склонившись над спящей девушкой, принялся водить над телом ладонями, как будто бы поглаживая на расстоянии.
— С ней все порядке, — шептал он, — она все еще очень слаба и ей нужно время, чтобы восстановить силы, но заклинание снято… Жизненная сила больше не утекает…
— Все верно, Тирох, — улыбнулся Агор. И куда делся этот холодный и бесчувственный чурбан, которого Великий отец называл замороженной рыбой? Его теплый взгляд и мягкая улыбка обескураживали. — Госпожа Елина новая Верховная…
Взгляд мага-лекаря коснулся меня. А потом одновременно случилось сразу два события. Олира, как капризный ребенок затопала ногами и закричала:
— Нет! Нет! Это я! Я! Я новая Верховная! — И разрыдавшись бросилась прочь из кельи.
А Тирох упал на колени и склонил передо мной голову…
— Это большая честь для меня, Верховная… Я могу попросить вас излечить еще пару человек, с которыми не способна справиться моя магия? Я знаю, что Великая Мать не помогает злодеям, но они хорошие люди и пострадали за свои убеждения…
— Кхм, — прокашлялась я и вопросительно взглянула на Агора. Он кивнул, подтверждая слова Тироха. — Хорошо, я попробую… попросить об этом Великую Мать… Но завтра. Я не уверена, что сегодня у меня получится обратиться к Богам еще раз.
— Благодарю, Верховная, — Тирох поклонился еще раз и встал. — Я буду ждать завтра… А сейчас, раз моя помощь уже не нужна, позвольте покинуть вас. Мне нужно готовить отвар от простуды… Зимой без этого отара никак…
Он улыбнулся и вышел из комнатки, оставляя нас одних. Но тот флер, который толкнул нас навстречу друг другу уже пропал. И мы остались стоять там, где стояли…
— Олира, — подала я голос, — кажется расстроилась…
— Ничего, — пожал плечами Агор, — ей пора повзрослеть и принять, что не всегда бывает так, как хочешь. Иногда даже мечты приходится менять… — он сделал паузу. А потом протянул мне руку, — позвольте я провожу вас до кельи. Я вижу вы сильно устали…
— Да, — кивнула я, оперлась на подставленную ладонь и неловко пошутила, — оказывается лечить молитвами не так-то просто…
Агор фыркнул и тихо рассмеялся, сбрасывая напряжение.
Глава 11
Мы шли по холодным пустым коридорам. Время было довольно позднее, маги-монахи уже разбрелись по кельям и готовились ко сну.
— Илайя сказала, — первым заговорил Агор, — что я ошибся. И вы жестокая и безжалостная женщина, которая готова на все ради достижения своей цели.
Я тяжело вздохнула. Меньше всего сейчас мне хотелось говорить про Илайю и про себя в таком ключе…
— Она права, — не стала отрицать, — я такая и есть.
— Этого не может быть, — мотнул головой Великий инквизитор, — иначе Великая Мать не откликнулась бы на ваш призыв. В прошлом Верховная жрица считалась самой невинной, чистой и непогрешимой…
— Это точно не про меня, — пожала я плечами, вклиниваясь в паузу…
— Ее доброта и любовь к людям, — он как будто бы не ничего не услышал, — считались продолжением материнской любви Великой Матери.
Мне снова ничего не оставалось, как пожать плечами. Все это опять не имело ко мне никакого отношения.
— Поначалу, когда я узнал, как на самом деле вернулись Древние Боги, я решил, что вы стали жертвой тех, кто стоял за вами и вашим братом. Тех, кто решил отобрать трон Грилории у его законных владельцев, чтобы посадить на трон марионетку… Я был уверен, что вы-то сами ничего не решали, а значит не могли нести ответственность за смерть его величества Грегорика и всей его семьи. И за то, что юная принцесса и принцы оказались далеко за пределами страны. Никому не нужные и бесконечно одинокие… Видели бы вы Илайю, когда магические сети впервые принесли ее к нам. Несчастная, брошенная всеми девочка, решившая закончить жизнь, прыгнув со скалы в бушующее море. Я тогда только-только поступил на службу в главной обители, но все прекрасно помню. Великий отец проникся ее судьбой и проводил с ней очень много времени, тем более, что Илайя оказалась ровесницей его собственных дочерей: Живелы и Вижелы…
Я невесело усмехнулась. Если послушать рассказ Агора, не зная всей истории целиком, то все становится с ног на голову… Но я не собиралась оправдываться. Если бы мне пришлось прожить свою жизнь заново, я снова приняла бы те же решения и совершила бы те же поступки, что и в прошлом. За исключением, пожалуй, нескольких, не особенно значительных нюансов.
— Мне жаль разбивать ваши мечты, но во главе заговора против Грегорика стояла именно я. Это я принимала все решения, я отправила людей убить узурпатора и его семью, и я приказала вытащить Илайю с братьями из королевского замка и вывезти в Королевство Кларин под покровительство королевы Вайдилы.
Но Агор как будто бы не услышал. Он продолжал свой перевернутый с ног на голову рассказ:
— Меня Великий отец назначил наставником девочки, приказав помочь ей принять свою новую жизнь, но категорически запретил учить ее молитвам: девочка хотела вернуться в большой мир. Тогда заклинания не имели той силы, что сейчас, но вспышки возвратной магии случались гораздо чаще, чем раньше… Илайя привязалась к Великому отцу. Он стал для нее всем. Она боготворила его. Привела к нему Антоса, желая спасти мальчика от участи стать рабом. К сожалению, старший к тому времени был уже продан, и хотя Великий отец пообещал Илайе, что поможет ей выкупить брата и заплатит любую сумму за мальчишку, новая хозяйка категорически отказалась возвращать раба обратно.