Алёна Цветкова – Южная пустошь 4 (страница 33)

Я не стала тянуть зайца за уши. Взяла факел и сразу пошла к артефактам. Пару горстей драгоценных камней, конечно, тоже не будут лишними, но основную ставку я и раньше делала именно на Дары Древних Богов. И золото из шахт Южной пустоши, конечно. Однако все мои ельки исчезли вместе с Зелейной. А обманывать Великого отца, подсовывая ему вместо золота добытого на территории, где буйствует дикая магия, то, что лежало в сундуках королевы Вайдилы, я не хотела. Вдруг на моем золоте есть какие-то остаточные магические эманации, а Великий отец уже держал в руках монеты Южной Грилории? Тогда мой обман раскроется в один миг и вызовет недоверие и ко мне, и к моим словам и предложениям. Я не могла так рисковать.

Сундучок с артефактами стоял именно там, куда меня отправил Аррам. Но вопреки его словам был не таким уж маленьким. Я откинула резную крышку, украшенную полудрагоценными камнями…

Даров внутри было довольно много, но практически все из них были сломаны. Я не знаю, откуда во мне появилась уверенность в том, что эти артефакты бесполезны. Но стоило мне взять в любой амулет из знакомого темного старинного серебра, как я сразу понимала, он абсолютно мертв. В итоге, я выбрала всего несколько артефактов, в которых все еще теплилась магия. И страшно разочарованная хотела уйти, как вдруг ощутила что-то такое… Непонятное… Как будто бы кто-то невидимый и неслышимый позвал меня. Я замерла, глядя в ту сторону, откуда то ли услышала, то ли придумала зов. В самом дальнем углу шкафа стояла неприметная деревянная коробочка, покрытая толстым слоем пыли…

Пыль, в общем-то, была везде. Я вывозила всю юбку и испачкала пальцы, постоянно чихала и вытирала зудевший нос. Но на этой коробочке слой пыли был особенно плотным. Я осторожно протянула руки и с силой выдрала коробочку из шкафа. Она столько времени стояла там без движения, что ее дно намертво прикипело к полке.

Отбросила крышку и поднесла факел…

— Боги… — выдохнула я, осознав, что именно лежало в неприметной коробочке. И чей зов я услышала. Замерла, с благоговением глядя на него… Захотелось потрогать и убедиться, что глаза меня не обманывают. Но я не могла отвести глаз…

— Что это? — сунулся ко мне Аррам. И бесцеремонно зацепил пальцами артефакт лежащий на темной шелковой подушечке. Я открыла рот, чтобы возмутиться, но он уже развернул цепочку и… — О! Кажется, я знаю что это! Это кулон принадлежавший рабу, которого королева Иррила выбрала в качестве отца своей дочери… По-крайней мере я видел точно такой же у него на шее, на портрете в королевской семейной галерее. Мы ведь только что вспоминали о нем.

Я сразу передумала возмущаться. Значит именно этот артефакт помогал гениальному архитектору создавать удивительные строения, способные выдержать не только течение времени, но даже магический удар… А еще я тем же самым чувством, которым определяла бракованные Дары, понимала: этот в отличие от них заряжен и полон сил. И он жаждет найти того, кто сможет воспользоваться его способностями.

Протянув руку, я подставила ладонь под висевший амулет. Он был немного больше всех тех, которые мне довелось видеть, за исключением артефактов, принадлежавших самим Древним Богам. Лист бумаги с чертежами, карандаш, что-то похожее на логарифмическую линейку… Все это воплотилось в темном серебре с такой точностью, что приглядевшись можно было бы различить обозначения и надписи на схеме.

— Нравится? — Аррам внезапно выпустил из рук цепочку, и артефакт упал мне прямо на подставленную ладонь. — Это семейная реликвия королевского рода, но, думаю, Вайдила не будет против, если вы возьмете его в качестве подношения Великому отцу… Он его явно заинтересует. А это именно то, что нам надо.

— Ты думаешь? — растерянно произнесла я. И пояснила, — ты прав, этот артефакт определенно вызовет интерес Великого отца, но вдруг мы потом не сможем вернуть его обратно?

— Если эта побрякушка приведет нас к победе, то неважно сколько она стоит и как дорога королевскому роду. Но если мы проиграем, то тем более будет неважно, кому она теперь принадлежит… Идем, а то скоро утро. — Он развернулся и пошел прочь.

Я не стала спорить, Аррам был прав. Я и сама готова была пожертвовать чем угодно ради победы. В этот самый момент на груди, там где Зеркало касалось кожи, зачесалось… Но я старательно отогнала непрошеные мысли. Этот подарок, украденный из сокровищницы Великого отца, я отложу на самый крайний случай.

В харчевню мы вернулись тем же путем, что и пришли. Едва отойдя от вернувшейся на место стены, Аррам снова завязал мне глаза. Но в этот раз я гораздо легче перенесла невозможность видеть куда мы идем. Я несла в руках деревянную коробочку с артефактом великого архитектора и думала о том, сколько пользы мог бы принести он за все то время, пока пылился в тайной комнате Королевства Кларин. То, чем Боги одарили людей, должно принадлежать им. Нельзя прятать артефакты в сокровищницах.

И вдвойне жаль, что призрачный маг Хигрон не успел рассказать мне о Дарах Древних Богов. Он определенно знал о них гораздо больше, чем я, или кто-то другой.

Глава 20

К утру буря стихла. Ветер все еще гонял снежную пыль, и легко забирался под одежду, выдувая тепло. Но небо прояснилось, кое-где в прогалах туч виднелись яркие звезды. Воздух посвежел, а снег, укрывший все вокруг толстой, с локоть, шубой местами подернулся очень тонкой и хрупкой ледяной скорлупой. Если сейчас ударит мороз, эта тонкая корка станет твердой, как железо, и острой на сколах, как нож. Наши лошади мгновенно изрежут ноги ледяными осколками…

— Надо выезжать прямо сейчас. — Мы с Аррамом только что выбрались из подземелий и вышли во двор, чтобы подышать свежим воздухом и очистить легкие от пыли.

— Согласен, — кивнул он. — Я сейчас же подниму ребят и отправлю раба к госпоже Доррине. Ее пятерка будет сопровождать нас. Но нам нужно обмотать ноги лошадей шкурами, иначе по такому насту не пройти, и запасти провиант. Неизвестно сколько дней придется ждать вашего возвращения у стен Епархии. Значит у вас есть около свечи на сборы…

Мне собирать было нечего. Но я кивнула. Вернулась в свою комнату и достала Зеркало. Всю обратную дорогу я думала о том, что мне придется оставить этот артефакт Арраму. Слишком рискованно тащить его в логово Великого отца. До берега всего пару свечей пути, а значит уже сегодня я окажусь там, куда стремилась все эти долгие месяцы: в самой восточной точке, где сходятся Королевства Кларин, Монтийская Епархия и Северное море. Именно сюда меня отправил Веним. Только отсюда, по его словам, можно попасть на территорию Епархии. Правда, я пока не знала как… Заверения монаха, что для этого нужно прыгать со скалы, звучали как полный бред. Стоило ли проделать такой путь, чтобы самоубиться?

Фиодор спокойно спал в своей постели. В Яснограде была еще глубокая ночь. Я немного полюбовалась на сына. Сейчас король как никогда был похож на маленького Лушку: растрепанные вихры, губы вытянутые уточкой, он всегда так мило причмокивал во сне, и совершенно беззащитный вид. Я прикрыла глаза, и мгновенно унеслась в прошлое. Вспомнила, как он, не просыпаясь и не открывая глаз, обнимал меня маленькими ручками, доверчиво прижимаясь всем телом и шептал на ушко: «Мама, ты пришла».

Смахнула непрошеную слезу и подняла глаза к потолку… Как же быстро он вырос. А я так сильно стремилась к своей цели, что не успела насладиться этими годами бесконечного счастья. И мало того, я тяжело вздохнула, прошлое ничему не научило меня. Мои дочери: Хурра и Виктория, опять растут без меня. Я снова спасаю свою страну вместо того, чтобы спокойно растить своих детей и наслаждаться каждым мгновением их детской любви.

Однако, еще кое-что привлекло мое внимание: Фиодор спал один. И это было немного странно. Живела уже должна была стать его женой. Но зачем ей понадобилось оставлять мужа и куда-то уходить ночью? Я не удивилась бы, если бы узнала, что у этой стервы есть любовник, с которым она наставляет рога Фиодору, но она могла бы найти для встреч более подходящее время. Ночью слишком рискованно. Если король проснется и увидит, что его супруги нет рядом… Нет, Живела, конечно, та еще дрянь, но она точно не идиотка. Она не может не понимать, что ее отсутствие в супружеской постели поставит под сомнение верность, а значит и отцовство Фиодора, когда она забеременеет. А это не в ее интересах. И не в интересах Великого отца.

Со вздохом отодвинула зеркало, потерла глаза. В них словно песка насыпали, давала о себе знать бессонная ночь. А мне еще нужно было увидеть дочерей.

Поморгала, подергала себя за мочки ушей, чтобы разогнать кровь и, отбросив мысли о Фиодоре и странностях Живелы, снова мысленно потянулась к Зеркалу, представляя своих девочек…

Они тоже спали. То, что они снова спали все вместе на одной большой кровати, меня не удивило. С тех пор, как они выехали из Златограда, такое случалось довольно часто. В постоялых дворах безопаснее ночевать всем вместе, чем каждому по отдельности. Но меня очень сильно беспокоила продолжительность их пути… Возможно, конечно, Гирем решил увезти их на север, в Беломорье, но что-то не сходилось. И моя интуиция с каждым разом звучала все тревожнее. Вот и сейчас. Я снова чувствовала, что что-то упускаю. Но не могла понять что.