Алёна Цветкова – Хозяйка приюта семи сестер (страница 5)

Я вяло запихала в себя еще пару пирожков с чаем и из последних сил заползла в палатку. Все остальное потом, а сейчас спать… Мне под бок приползла Жучка. Я обняла старого друга и уткнувшись в шерсть пахнущую псиной заснула. Резкий аромат собачьей шерсти был гораздо приятнее запаха тухлой воды и тины.

Проспала я свечей шесть. И проснулась уже под вечер. Выползла из платки и тяжело вздохнула, с тоской глядя на на дом. Там внутри все настолько грязное, заплывшее жиром и вонючее, что даже браться за уборку не хочется. И самое неприятное, что пока все комнаты не отмоешь и весь дом хорошенько не проветришь, жить там будет невозможно из-за вони.

– И как я все это уберу? – спросила Жучку, которая дремала у крыльца.

Собака подняла на меня равнодушный взгляд, зевнула, широко разевая пасть и дернула хвостом, изображая радость от разговора со мной. Я вздохнула:

– Ясно все с тобой. Ладно, спи… Как-нибудь справлюсь.

На уборку дома я потратила целую семидневку. И так быстро получилось только потому, что дом внутри, как и родник, был накачан магией под завязку. Иначе проще было бы просто снести все к Никому и построить заново.

А так стоило только отмыть грязь, как стены засияли свежей, как будто бы только что после ремонта краской, а потолки стали белее снега, словно я не просто отмыла их от копоти, но и побелила. Только вся мебель пришла в негодность. Причем кажется даже раньше, чем разбойники нашли это чудо-избушку.

Я даже не пыталась отодрать жир, копоть и грязь от полуразвалившихся шкафов, столов и стульев, доламывала и выносила весь хлам, чтобы сжечь его под гномьими котлами, грея воду для мытья дома. Лучше пока без мебели обойдусь, чем сидеть на продавленных и засаленных креслах и диванах. Тем более, если тракт рядом, это, вообще, не проблема. Деньги у меня есть. Он позаботился о том, чтобы я ни в чем не нуждалась. И пусть я старалась обходиться собственными силами, не хотелось быть Ему обязанной, но все же пару раз уже приходилось заглядывать в кубышку. Кубышка у меня и имелась.

Что меня особенно порадовало в моем новом жилище, так это наличие собственной ванной комнаты в каждой спальне. Их было семь, четыре слева и три с права. В центре располагалась огромная гостиная. Когда-то здесь, наверное, было уютно, но сейчас большая и пустая комната казалась слишком огромной и холодной.

А вот кухня, которая располагалась справа от входа, меня впечатлила в самом хорошем смысле. Когда я отодрала от стен, потолков и печей столетнюю грязь с налетом свежей копоти от разбойничьих костров, она оказалась очень удобной и какой-то уютной, несмотря на пустоту. Две печи для готовки: одна большая, другая маленькая, светло-серые каменные столы со встроенными стазис-шкафами, которые до сих пор исправно работали. Там даже были разбойничьи продукты. Я их перебрала и большую часть оставила себе, только перенесла в чистый шкаф.

Кроме стазис-шкафов, в стенах были встроенные ниши для хранения посуды. Кажется, раньше там были дверцы и полки, но сейчас остались только следы от петель и отверстия в стенках для крепления полок.

Сами стены, выкрашенные в цвет молочной пенки, четко выделялись на фоне серых шкафов-ниш, делая кухню светлее и как будто бы ярче.

Чем больше я думала о странностях крохотной, затерянной в лесах избушки, тем яснее понимала: мне повезло попасть в один из Забытых городов. Он мне рассказывал, что, когда Боги делили Миры, кое-где границы прошли прямо по городам. Проживающих там разумных Они просто перенесли прямо с их жильем и хозяйством на территории своих миров, распределив по расам. А на месте Забытых городов осталось только то, что не унести даже Богам: здание ратуши, центральная площадь и фонтан связанный с магическим источником.

Он, конечно, говорил, что это просто красивые легенды. Но если допустить, что это правда, то все сходилось: и домик, и родник, и полянка. И карации, которые прижились все до одной. Еще бы, рядом с таким-то волшебным фонтаном!

И мне вдруг так захотелось назвать это место. Пусть сейчас это не город, и даже не деревня, а всего лишь одинокий дом на границе Человеческих городов, но у него должно быть свое имя. Я это чувствовала.

Однажды вечером, в тот самый день, когда закончилась моя битва за чистоту в избушке, я сидела у костра и смотрела на закат. В котелке булькал кулеш, негромко шелестели листья в лесу, стрекотали сверчки, ухал в лесу филин, шуршали ветками невидимые звери и тихо звенели юные карации, мне было хорошо и уютно. И я вдруг поняла, как должно называться это место – Приют Семи Сестер.

Глава 6

В ту ночь я впервые ночевала в доме. Пусть и в своей походной постели, прямо на полу. И так разоспалась, что вскочила, когда солнце уже над горизонтом высоко поднялось. Коза-дереза орала благим матом, возмущаясь тем, что я ее до сих пор так и не подоила. Пришлось сразу за подойник хвататься.

Перелила молоко в кувшин пятиковшовый, специально на торгу для молока покупала. Порадовалась снова, что тогда сразу десяток взяла: научила меня жизнь в бегах, что запас в сундучке волшебном карман не тянет. Очень мне сейчас пригодились эти кувшины. Я-то в первую очередь кухню отмыла, и все эти дни молоко в стазис-шкафы прятала. И теперь там скопилось почти пятьдесят ковшей молока. Надо срочно сыр варить, иначе вечернее придется в подойнике на хранение ставить, а завтра утром в горсть сдаивать.

Раньше я варила сыр в ведерном горшке, который до сих пор так и не достала из сундука. Не успела еще с этой бесконечной уборкой. Но сегодня я с этим горшком провожусь неизвестно сколько. Это же пять раз надо будет сыр варить. Подумала я и решила под это дело приспособить один из разбойничьих котлов.

Выбрала самый чистый. Правда я столько раз уже кипятила в них воду, что отмыть котел оказалось несложно. Вся грязь уже либо обгорела – снаружи, либо почти смылась – внутри.

С котлом я закончила довольно быстро, отскребла до блеска со всех сторон. Установила на треноге, проверив, чтоб вся эта конструкция стояла устойчиво. Молоко налила…

Хорошая вещь стазис-шкафы. И дорогая. Я с ними знакома только потому, что у Него в замке такие были. В каком состоянии ты туда продукты положишь, в том и вытащишь. Горячая каша годами горячей стоять будет. А кусок льда, если рядом положить, не растает, так замерзшим и останется. Вот и мое молоко до сих пор парным оставалось, как будто бы я его туда только-что поставила.

Не понятно только, почему до сих пор магия во всем доме держится? Сомневаюсь, что разбойники мага нанимали, чтобы он им артефакты заряжал. А это значило, что они самозаряжающиеся и стоят в сотни раз дороже тех, которые Он мне из своей сокровищницы выдал.

Пока думы думала, огонек небольшой под котлом развела, молоко греться поставила. А сама быстренько сундучок свой волшебный в комнату занесла, и узлы да короба из него достала. Разбирать все не стала, только закваску сырную вынула. Нельзя молоко перегревать, а то сыр невкусный получится.

Молоко как раз до нужной температуры нагрелось. Я целый ковш закваски туда вылила, а угольки в сторону отгребла, чтобы жар еле-еле до котла с молоком доходил. И греть его сейчас не надо, но и остужать не следует.

Когда сгусток стал плотным, быстро его порезала на квадратики специальным длинным ножом. Для этого котла его длина, правда, была маловата, пришлось удлинять с помощью половника и ворочать этой штуковиной.

Пока сырные зерна доходили до готовности и оседали на дно котла, быстренько приготовила самую большую корзинку из тех, в которых продукты хранила. Сыра-то будет намного больше, чем обычно. Выстелила корзину холстом и приволокла железку какую-то потяжелее из разбойничьих запасов.

Потом осторожно специальным плетеным половником-шумовкой, выложила сырное зерно в форму, накрыла тканью и придавила грузом. Все… Теперь остынет и можно есть.

Только мне одной этого сыра за глаза. Зачем набивать стазис-шкаф лишними продуктами? Зато будет повод съездить в город… Нужно только дождаться ворона, и расспросить, куда ехать. Эти дни я так уставала, что у меня даже не было сил разговаривать, а Воорр засыпал раньше, чем я заканчивала ужинать и была способна на диалог.

А пока разложила по местам вещи. Без шкафов и сундуков плохо, пришлось приспособить вместо этого короба, в которых приехала посуда и другая хозяйственная утварь. Зато кухня обрела почти жилой вид. Почти, потому что моей посуды было маловато для такой большой комнаты.

Но зато я впервые приготовила ужин не на костре, а в печи… Это только поначалу кажется, что открытый огонь и каша с дымком ужасно романтично и вкусно. Но на самом деле, еда без мусора и насекомых, которые попадают в котелок при готовке на открытом воздухе вне зависимости от стараний повара, намного вкуснее.

Если бы проклятый дракон не сломал мой стол, я и поела бы по человечески. А сейчас бухнула миску каши, схватила ложку и кусок хлеба с сыром и вяленым мясом и собралась на двор пойти. Я там еще в первые дни бревнышко притащила, чтобы сидеть.

– Дзынь!Дзынь! – тревожно зазвенел потревоженный кем-то охранный периметр…

Я мгновенно забыла про кашу и оставив ее на столе, выскочила на улицу. Да, без моего согласия никто не зайдет на закрытую артефактом территорию, но все равно… Вдруг не все разбойники погибли там, на дороге? Вдруг часть из них уходила, к примеру, в город и только что вернулась?