Алёна Смирнова – Макадамия (страница 23)

– А при чем здесь моя мама?

– Разве не она выбирала кольцо?

– Не она. Свои обязательства, Лера, я ни на кого не перекладываю, – и снова этот выжигательный взгляд. Мне стало не по себе.

– Я просто…

– Мама лишь посоветовала не покупать кольцо с крупными камнями. Но я бы и так не взял такое.

– Почему же? – поинтересовалась я.

– Мне кажется, тебе бы не понравилось.

– Верно, – по моему лицу снова проскочила улыбка.

Кивнув, Рома вернулся к изучению пейзажа за окном. А я же решила воспользоваться его разговорчивостью и задала вопрос, который меня очень волновал.

– Рома, можно спросить? Зачем ты поцеловал меня тогда?

Он глубоко вздохнул.

– Ты очень смущалась рядом со мной. А нам предстоит быть парой для всех, не забывай. Хотел немного снять напряжение. Ты на ужине чуть в обморок не упала, когда я…

– Тогда было просто очень неожиданно, – перебила я.

– А тебя всегда предупреждали перед тем, как поцеловать? – спокойно спросил он.

– Меня по-разному целовали, – краснея, произнесла я, будто за моими плечами сотня поцелуев. Хотя на самом деле, все касания моих губ можно было пересчитать на пальцах одной руки.

– Не сомневаюсь, – усмехнулся он и добавил, разворачиваясь обратно к окну. – Не переживай, сегодня перед каждым поцелуем тебя будет криком предупреждать полупьяная толпа. И поверь мне, кричать они будут много.

– А ещё, – продолжил Рома через какое-то время, – считай меня старомодным, но я хотел, чтобы наш первый поцелуй был приватен.

От его слов мне стало так тепло, а на губах сразу появился привкус апельсина. «Первый поцелуй… а ведь сегодня их ещё столько будет». От предвкушения этого немного закружилась голова. Я улыбалась.

– Поняла.

– Лер, – повернулся ко мне Рома, – я сегодня очень плохо спал. Давай просто доедем до дворца в тишине, хорошо?

В его голосе чувствовалось как будто легкое раздражение.

– Конечно.

«Ты хотя бы плохо, но спал. Я вообще глаз не сомкнула», – подумала и вернулась к своему окошку.

Закончив с рутинной короткой фотосессий в стенах дворца, мы с Ромой сидели в комнате ожидания, родные – в гостевом зале. Как и условились, на регистрации были только наши родители, Алиса, младшая сестра Ромы, и её друг Артём. С Алисой я виделась впервые. Это была красивая, фигуристая, чуть выше меня ростом девушка 20 лет, в пышном платье и диадеме. «Понятно, кто в доме принцесса», – подумала я. Она и правда выглядела как принцесса, и жила, судя по всему, также. Как я узнала от Ромы, Алиса училась на факультете японистики и грезила Востоком. Родители её выбор всячески поощряли и, как водится, невероятно ей гордились. Младшим в таких семьях, как Зуевы, везёт больше. На старших же ложится вся наследственная часть. Думаю, у Ромы никто не спрашивал, отдавая его познавать экономику, финансы, менеджмент и прочие науки, способствующие укреплению предпринимательских навыков. Парень Алисы на вид был самым простым молодым человеком года на 4 старше ее.

– А кто его родители? – поинтересовалась я, полагая, что абы кого Евгений Зуев к дочери не подпустит.

– Они хорошие люди, – сухо ответил Рома.

– Я в этом не сомневаюсь. Но всё же, кто они? Чем занимаются? – не унималась я.

– Какая тебе разница? Артем – отличный парень, который любит мою сестру, а она любит его. Так имеет ли значение, кто его родители? – всё также сдержанно говорил Рома.

– Думала, для твоего отца имеет, – я слегка потупила взгляд.

– Не в отношении Алисы.

– Всё понятно. Надеюсь, его мнение не поменяется, – мне вспомнились слова папы о том, что он будет лоялен ко мне и позволит самой выбрать себе спутника жизни. Забавно.

– Не поменяется, – вздохнул Рома.

– Надо же, – вдруг сказала я, – ты считаешь мою веру в любовь глупостью, а в чувства Алисы и Артема веришь.

Рома сжал губы, бросив на меня суровый взгляд.

– Я немного неправильно выразился тогда. Верь ты в свою любовь, сколько пожелаешь. Но не строй иллюзий насчёт нашей, – строго закончил он.

В этот момент нас наконец-то пригласили в торжественный зал. Я была в смятении. С одной стороны, я выходила замуж за человека, к которому питала самые чистые и искренние чувства, а с другой, не могла не осознавать, что всё это не результат наших любовных сплетений, а лишь следствие не самых удачных стечений обстоятельств, подтолкнувших наши семьи к этому браку.

Мы стояли перед регистратором, который торжественно зачитывал отчеканенную речь, и я чувствовала, как от волнения потеет моя ладошка в Роминой руке. Сделала попытку вытащить свою руку, но Рома резким движением сжал мою ладонь, давая понять, что не отпустит её. Может и он тоже нервничал? По его внешнему виду я никогда не могла понять, что творится у него в душе или в голове. Он был всегда и во всем сдержан.

– Объявляю вас мужем и женой! – говорит регистратор.

«Продано!» – почему-то слышится мне.

Последовал формальный поцелуй, всё такой же бесстрастный, но во время которого я осмелилась положить правую руку Роме на плечо. После наигранных поздравлений родных, мы, наконец, направились в банкетный зал, где предстояла вторая часть нашего представления.

14. Банкет

– Кто все эти люди? – в ступоре стояла я в дверях банкетного зала, полного незнакомых мне персон. Не было сомнений, что из 95 человек, что были приглашены, многие будут мне неизвестны, но чтобы бо́льшая часть. «Зря отнекивалась от таких элементарных вещей, как список гостей», – пронеслось в голове. Я тяжело переношу публику, а в тот момент готова была просто расплакаться и убежать. Схватив от неожиданности под руку Рому, не могла сделать и шагу в сторону зала.

– Ну чего ты, – спокойно сказал он, повернувшись ко мне и загораживая собой от толпы хлопающих, что-то кричащих людей. – У нас же премьера.

– Я же никого здесь не знаю, – взмолилась я.

Рома улыбнулся и слегка провел большим пальцем по моей щеке. Судя по всему, вид у меня был очень напуганным, раз он решился на такой несвойственный ему жест.

– Кое-кого знаешь. Пойдем. Невежливо заставлять гостей ждать.

С этими словами мы направились к нашему президиуму, я всё также держала его под руку, боясь отпустить.

Началась самая обыкновенная свадебная кутерьма. Организаторы и наши мамы спланировали всё до мелочей, сколько нового я узнала о наших с Ромой отношениях, чего не знала прежде. Но без лжи в тот день видимо было не обойтись. Разговоры, байки, шутки, тосты. Неважно, какого уровня у вас свадьба, сколько гостей и какого они достатка, свадебное торжество – это всегда ярко, весело и «горько!». Вскоре даже я устала постоянно подскакивать и целоваться с Ромой, что уж говорить о нем. Все наши поцелуи были сдержанными, как и сам жених, публика требовала ещё и ещё, раскручивая на более страстный поцелуй, но Рома был непоколебим. Как на завтра напишут городские паблики: «жених и невеста были скромны в проявлении своих чувств, что ещё раз подтверждает слухи о врождённой робости обоих». Родители и здесь постарались, но благодаря этому ни у кого не возникло и мысли о фальшивости события.

Настало время танца жениха и невесты, прекрасный момент для любой влюбленной пары показать истинность своих чувств. Я верила в его магию, поэтому, когда ведущий пригласил нас для исполнения, уверенно зашагала на отведенное для танцпола место. С первых секунд мне стало понятно, кто именно выбирал музыку. Моя мама. Оказывается, она запомнила, как когда-то давно я ляпнула, что, если и танцевать с женихом, то только под эту песню.

– Она верно шутит! – сказала себе под нос.

Не уверена, что Рома услышал меня. Он молча и невозмутимо притянул к себе, и мы медленно закружились в нашем первом танце. Первом во всех отношениях. Рома соблюдал некую дистанцию, держался уверенно и спокойно. Я же чувствовала себя в тот момент невероятно счастливой. Я не была уверена, что заслуживала этого, но, Господи, как же я была тогда счастлива! Как маленькая девочка, которая получила долгожданную желанную игрушку… Я, наконец, честно призналась себе, что выбор в пользу этой свадьбы сделала ни для отца, я сделала его для себя. Когда ещё я могла танцевать перед кучей людей в свадебном платье с Ромой, которого любила столько лет всем сердцем. Был бы он так близко, если бы папа не попросил меня об этой свадьбе? Уверена, что нет. А, значит, я вряд ли узнала бы, как это – танцевать с самым любимым мужчиной. А то, что Рома тот самый, единственный, уже не вызывало у меня никаких сомнений. Не было больше сомнений…

Не знаю, что тогда на меня нашло, то ли усталость, то ли нервы, то ли тот единственный бокал шампанского или интимность момента, но губы сами шепнули его имя.

– Рома, – позвала я его еле слышно.

Он молча посмотрел на меня.

– Я… – ещё чуть-чуть и я бы призналась ему в том, что чувствую, как чувствую, но его безразличный, пустой взгляд немного отрезвил меня. – Немного устала. Можно положу голову тебе на плечо?

Он ничего не сказал, только кивнул.

Я крепче прижалась к нему, сжимая рукой плечо, и уткнулась в его шею. Запах тела вперемешку с туалетной водой вскружил мне голову.

– Как ты вкусно пахнешь, – шепнула я, хотя думала, что говорю про себя.

Мягким голосом Даны Виннер по залу разносилось «"I'll never ask for more than your love…», я была рядом с Ромой, ощущала биение его сердца, теплая нега разливалась по всему моему телу, лишая рассудка… Я желала его так, как никогда никого прежде. Не замечая даже, как Рома напряжен, как сильно он сжимает мою ладонь, я, всё глубже зарываясь кончиком носа в его шею, не сдержалась и нежно прикоснулась к ней губами. Рома натянулся, как струна, и подернул плечом.