Алёна Смирнова – Макадамия (страница 22)

– Твой сок, Лера, – вошла Надя и прервала эту мучительную паузу. – Роман, ты не надумал?

– Не надумал, он сейчас уже уходит, видишь, даже пальто не снимает, – спокойно сказала я, глядя на Рому.

– Лера, ну что за манеры, – досадно заметила Надя.

– Всё в порядке, Надя, я правда уже ухожу. Спасибо, – любезно согласился Рома.

Не могу понять, почему он так раздражал меня в тот момент. Вся эта история с кольцом просто вывела меня из себя. Я начала пить долгожданный напиток, параллельно разглядывая блестевшее на пальце украшение. Рома же разглядывал меня.

– Хотите? – спросила, протягивая ему стакан, в котором ещё было чуть меньше половины сока.

– Очень хочу, – сказав это, он взял не стакан, а мою руку со стаканом, другую руку он положил мне на талию и поцеловал, в этот раз без всяких промедлений. Я бы выронила стакан, если бы Рома так сильно не сжимал его вместе с моей рукой. Обнаженную кожу на талии обжигало тепло его ладони. Поцелуй был недолгим, бесстрастным и больше походил на легкое касание губ, но именно этот поцелуй заставил проснуться пресловутых бабочек в моем животе.

Отпустив меня, Рома молча допил остатки сока.

– Очень вкусно, – с какой-то ухмылкой заметил он и отдал мне стакан. Я же смотрела на него в недоумении и растерянности, пытаясь понять, о чем он: о соке или о моих губах. Глупая, глупая Лера!

– Мне правда надо идти. Скоро увидимся, – только и сказал мне он и направился к выходу. На повороте к прихожей Рома развернулся:

– Поработай над тем, чтобы больше мне не выкать. Я и без того ощущаю себя стариком рядом с тобой.

Рома ушел, а я всё стояла, держа в руках этот докучливый стакан, и уже не могла сдержать улыбку. Тогда я узнала, каков на вкус поцелуй Романа Зуева. Он был апельсиновым.

13. Продано!

– Давай я тебе помогу, – говорила мама за моей спиной. – Здесь столько пуговиц.

Мы стояли в комнате напротив большого зеркала, утренняя суета в виде макияжей, причёсок, сборов подходила к концу. С минуту на минуту должен был подъехать Рома, чтобы вместе направиться во дворец бракосочетания.

– Когда ты её сделала? – тихо спросила мама. – Я ещё в салоне заметила, но не стала акцентировать. Отец увидит – шуму будет. Ты же знаешь его отношение к татуировкам.

– До этого же не увидел. Всё под одеждой прячется, – спокойно отвечала я.

– Сегодня может увидеть, спина-то полупрозрачная. Ох, Лера… Так когда?

– На свое 18-летие. После того, как вы…

– Не приехали, – перебила меня мама. – Ты же знаешь, что у Лёши…

– Был ещё один инфаркт. Я помню.

В зеркало я наблюдала за мамой, пока она неспешно застегивала одну за другой маленькие пуговицы на моём свадебном платье.

– Зачем, Лера? Зачем именно такую? – с грустью интересовалась она, голос её дрожал.

– Мне хотелось… Мне казалось, что так что-то от Вики всегда будет со мной.

Мама посмотрела на меня в зеркало.

– Как же ты там страдала одна, Лера. Как же могли так поступить с тобой?… Ты только не думай, что нам здесь было легко, но…

– Я не думаю так, мам. Всё в порядке, – снова перебила её. Мне меньше всего тогда хотелось поднимать эту тему.

– Так было нужно, понимаешь… – закончила она.

А я не понимала. До сих пор не понимала, почему родители спихнули меня в другую страну, оставив наедине с той болью. Но маме я об этом, естественно, сказать не могла.

– Конечно, понимаю. Вы же хотели, как лучше. Давай не будем об этом сегодня.

Я видела, что слезы в ее глазах уже начинали скапливаться в дружную команду, и очень хотела как-то её успокоить.

– Прости меня, Лера, – тихо сказала мама. – Прости, что так вела себя после того, что произошло. Прости, что не поддержала тебя, когда ты не хотела уезжать и молила нас тебя оставить дома. Лерочка… Я… – слёзы взяли над ней вверх.

Я же стояла и не знала, как мне быть. Я ждала этих слов от мамы. Ждала. Потому что тогда считала их виноватыми перед собой.

– Прекрати, мам. Чего сейчас прошлое ворошить. Что было, то было. Пуговицы, наконец, закончились? – спросила, чтобы уже перевести тему в сегодняшний день.

– И за это тоже прости, – она рукой провела по моему отражению. – Эта свадьба…

– Мама, прошу тебя. В конце концов, я выхожу замуж за красивого, богатого, молодого мужчину, который к тому же мне очень нравится. Не самый худший вариант, согласись? – натягивая улыбку, говорила я.

– Не нравится мне этот Рома. Не доверяю я ему, Лера.

– Мама, Рома – отличный парень, я это чувствую. Всё будет хорошо. Чего ты накручиваешь себя?

– Лера, пообещай мне одну вещь.

– Какую?

– Если он будет тебя обижать, ты нам сразу расскажешь. Сразу же! И не будешь терпеть, поняла?

– Хорошо, мама, – спокойно ответила, хотя вся эта недоверчивость с ее стороны меня немного насторожила.

– Ты – красавица! – сказала она моему отражению. В этот момент у нее зазвонил телефон.

– Приехал. Надо идти, Орешек.

– Мам, ты иди пока. Дай мне ещё 5 минут, пожалуйста.

– Конечно, милая, – она поцеловала меня в лоб и вышла из комнаты.

Я надела туфли, взяла накидку и вернулась к зеркалу. Аккуратно собранные в прическу волосы, едва уловимый нюдовый макияж, нежное облегающее платье кремового цвета с воротником-стойкой и длинными рукавами, покрытое кружевными узорами, женственно обволакивало силуэт моей юной и стройной фигуры. Мама и тётя Наташа назвали его чересчур простым для такой свадьбы, но я отстояла свой выбор. И очень нравилась себе в нем. Я была молода, образована, красива и невинна. Тогда я подумала, что все козыри в моих руках, что смогу не просто потеснить Юлю из Роминого сердца, но и вытеснить, будто её и не было.

– Какая же ты глупая! – усмехнулась в зеркало собственным мыслям, выдохнула и направилась вниз.

– Привет, – только и сказал Рома, протягивая мне мой букет невесты.

– Здравствуй, – улыбнулась я.

– Готова?

– Разумеется.

– Тогда поехали.

«Многообещающее начало».

До дворца дорога занимала чуть больше часа, поэтому у нас было время о чем-нибудь поговорить в машине. Но мы ехали молча, по разные стороны, каждый уткнувшись в свое окно. Погода была пасмурная, но настоящего снегопада пока так и не случилось, только иногда что-то похожее на снег слегка посыпало землю. Поэтому пейзаж за городом продолжал быть всё таким же унылым.

Я украдкой поглядывала на Рому. Он задумчиво смотрел в окно, облокотившись на дверь автомобиля, вид у него был невероятно серьезный. На нем был обыкновенный черный костюм, таких можно сотнями встретить на подобных мероприятиях. Но в этом костюме уровень его привлекательности для меня просто зашкаливал. К тому, что сердце рядом с ним опять бьётся своим собственным ритмом, я уже начинала привыкать.

– Ты очень красивый, Рома, – сказала вдруг, сама не заметив, как запросто обратилась к нему на ты.

Он повернулся ко мне с лёгкой улыбкой:

– Спасибо, Лера. А у тебя очень красивое платье.

– Тебе правда нравится? – я улыбнулась в ответ.

– Правда. Оно тебе к лицу.

– Спасибо.

– И ты была права, кольцо подходит, как будто шло в комплекте, – сказал Рома, глядя на мою руку, лежавшую на коленях. Улыбка уже давно спала с его губ. Опять всё тот же сдержанный, спокойный, невозмутимый вид.

– Твоя мама очень постаралась, – сухо заметила я.

Он удивился: